Леди Арт - Дарья Кей

сможет пристрелить косулю с любого расстояния. В итоге он проспорил мне сапфир. Представляешь? Я знал, что стоит спорить на что-то покруче.

— Определённо, — отозвалась Хелена, и на губах у неё играла задумчивая улыбка. Человека, который последним рассказывал ей про чудеса на охоте, она бросила в тот же день.

Роланд самозабвенно продолжал. Хелена скользила взглядом по залу, изредка поддакивала, смеялась и всё выискивала причины встать и уйти.

Взглядом она встретилась с Лайзой, и та улыбнулась деланно сочувственно. А потом указала куда-то взглядом. Хелена посмотрела в ту сторону и едва смогла подавить раздражённый выдох. Роджер Кейз тоже был в зале. Стоял в компании Рене, принцессы Вейера, и что-то ей весело рассказывал. Хелена нахмурилась, не понимая, что он здесь забыл, как достал приглашение?

А между тем Лайза с таким радушным выражением лица, с каким встречают давних подруг, уже приближалась. Хелена поднялась, и они обнялись, целуя друг друга в щёки.

— Как мы давно не виделись! — чересчур радостно проворковала Лайза. — Как ты?

— О, прекрасно! — Хелена закатила глаза. — Надеюсь, и ты тоже.

Лайза поджала губы. Обычный обмен любезностями бывших подруг. Ничего не менялось.

— Здравствуй, Роланд! — быстро переключилась она.

— Добрый вечер, мисс, — радостно ответил тот, целуя девушку в руку.

Лайза одарила его натянутой улыбкой, которая должна была казаться милой со стороны, особенно такому недоумку как Роланд, и тут же потеряла к нему интерес.

— Так что с нашим общим знакомым? — спросила Хелена, понижая голос. — Как он тут оказался?

— Я не слежу за ним и ничего не знаю, — пожала плечами Лайза, но пауза и поднятые тонкие брови Хелене не понравились. — Конечно, кроме того, что он подружился с Рене, и она таскает его везде, знакомит со всеми. Поговаривают, что у них роман…

— Мне должно быть до этого дело? Ты думаешь обо мне хуже, чем я предполагала.

— О нет, ты не можешь предположить, что я о тебе думаю, — Лайза прижала ладонь к груди. — Но, разумеется, это не то, что, по моему скромному мнению, тебя может заинтересовать. Скорее то, что Кейз пьёт больше, чем ему стоит, а после этого — болтает.

— Болтает? — одновременно воскликнули Роланд и Хелена.

Обе девушки обернулись к нему. Для них он перестал существовать ещё пару минут назад.

— Я слышал от него таки-и-ие вещи! — воодушевлённо закивал Роланд. — Ему, конечно, никто не верит.

— Что он говорит? — нотки обречённости послышались в голосе Хелены. Она бросила короткий взгляд на Лайзу, и та коротко кивнула, мол, да, то, что ты думаешь.

— Всякие непристойности. — Роланд не переставал веселиться, но тут же добавил: — Но ему никто не верит. По крайней мере я — не верю.

Хелена медленно перевела взгляд на Лайзу, которая с ироничным сочувствием смотрела на Роланда, очевидно сомневаясь в его адекватности.

— Знаешь, Арт, — заговорила она, — после твоей реакции пару месяцев назад мне и слушать Кейза не нужно было, чтобы понять, что всё правда. Но ты бы слышала! Он так гордится.

Лайза прыснула.

Хелена почувствовала, как краска прилила к щекам — и тут же отхлынула, а во рту пересохло. Она посмотрела в сторону Роджера. Он всё так же смеялся со своими друзьями, Рене положила подбородок ему на плечо, скалясь и совсем не стесняясь ни гостей, ни слухов, которые распускал её кавалер. В какой-то момент они с Хеленой встретились взглядами, Рене улыбнулась ещё шире — и что-то зашептала Роджеру на ухо.

— Кому ещё он проболтался? — Хелена замерла, глядя перед собой и не видя ничего. В ушах звенело, плечи напряглись, и руки начинали подрагивать.

— Как будто я слежу, с кем Кейз распускает свой длинный язык. — Лайза отмахнулась. — Он точно проболтался Рене. И её брату. И половине наших общих знакомых. У него было полно времени на это! И я точно знаю, что ему верят. Или верят Рене и её брату… Они же у вас были тогда. — Лайза усмехнулась. — И знаешь, это так странно, Арт. Слишком похоже на тебя, с одной стороны, а с другой… Неужели тебе серьёзно по душе тратить время на таких парней?

Она посмотрела на Роланда так, будто он был неприятным насекомым, улыбнулась ему и, дёрнув плечами, пошла прочь.

Хелена вцепилась в тонкие кольца, сжимая их с такой силой, что они и ободки, и камешки впились в кожу. Ей хотелось подойти к Роджеру и ударить его. Оставить на его улыбающейся физиономии красный след от ладони, а может, и от ногтей. Хотелось, чтобы Рене и её братец провалились на месте. Чтобы у всех, кто успел прослышать об этом, стёрлась память. Да чтобы у неё самой стёрлась память!

Руки затряслись. Один взгляд на смеющуюся компанию — и ей показалось, что они непременно обсуждают её. Что все обсуждают её. Стало нечем дышать, и мир растёкся невнятным пятном.

— Что-то случилось? — Роланд привстал и потянулся к Хелене, но она ловко увернулась от его руки.

— Всё в порядке, — почти прошептала она, ловя ртом воздух. — Я… Мне просто нужно… Извини.

И она вылетела из зала.

* * *

Эдвард был рад Нефриту, но чем ближе подбиралась ночь, тем сильнее становилась головная боль. Она ударила в виски почти сразу и больше не отпускала. Казалось, что голова взорвётся, но Эдвард старался этого не показывать, улыбаясь, смеясь со всеми. Рюмка вина на какое-то время позволила ему расслабиться, но спасительный эффект прошёл, как только зазвучала музыка. Необычно громкая, сильная… И как он раньше этого не замечал? Неужели раньше играли тише? Эдвард никогда прежде не мучился на балах от головной боли.

Жара и шум давили. Приоткрытые окна не спасали — в них почти не залетал тяжёлый, влажный от дождя воздух. И наконец, доведённый невыносимой мигренью, Эдвард покинул искрящийся зал. Он прошёл насквозь несколько игровых и комнат отдыха и оказался в коридоре. Там не горели свечи и шары, но высокие окна не были зашторены, и слабый свет с улицы попадал в холодные, полные воздуха тихие коридоры. Музыка осталась позади, уступая место монотонному стуку бьющих в стекло капель.

Эдвард облегчённо вздохнул.

Гроза за окном усиливалась. Редкие раскаты грома разрывали постукивающую тишину, но голова от них уже не болела. Боль вообще начинала медленно отступать, пока Эдвард бродил по коридорам, оглядываясь, чтобы не потерять путь обратно в зал — больно было похоже поместье на лабиринт из дверей и комнат. Он словно находился где-то вне реальности. Та осталась в зале, с шумом, с огнями, с выпивкой и людьми, а он попал в