Затерявшийся - Вадим Мельнюшкин

Фу, убежал вроде довольный.

— Как вы, товарищ командир, с ним. Это ж чистая бестия, мать с ним сладу не имеет, только отцовского ремня боялся, а как того мобилизовали, совсем от рук отбился.

Гиперактивный пацан, тяжело с ним будет. Ну да ничего, на старшину свалю – тот хоть и кряхтит, но пока тащит. Дисциплину в малолеток надо вбить, иначе погибнут ни за грош. Даже если их оттолкнуть, всё равно погибнут, при этом как бы не быстрее, чем если принять.

Дальше пошли дела хозяйственные, а именно Степан собрал хозактив, причём не только местный, но и соседей пригласил из четырёх рядом стоящих деревень. Разговор зашёл об урожае. Рожь и ячмень, которых в общем-то было немного, практически собрали, а значит нужно готовить справку – типа бабайка унёс. Хозяйственные соседи тоже не прочь были приобрести подобные справочки за долю малую. За совсем малую у них конечно не вышло, но думаю что моё умение торговаться, впечатление на мужиков не произвело. Это ничего, коготок увяз – всей птичке пропасть. Куда они теперь с подводной лодки денутся. Скоро картошечка пойдёт, основная местная культура, вот тогда и поговорим серьёзно, а пока пусть радуются. Попросил сдавать в отряд вооружение и прочую военную амуницию. Покивали согласно головой, но похоже фигу в кармане сложили, а ведь им ещё хранилища в лесу рыть. Затем посетил местного кузнеца. Мужчина основательный. Поинтересовался у него насчёт изготовления пружин, мысль интересная в голове болталась. Корней Борисович заявил, что дело нехитрое из проволоки стальной навить, да закалить, только проволоки той нема, а тянуть её конечно можно, но канительно, сам рассмеявшись получившемуся каламбуру. Посмотрел на почти готовый трёхногий станок под пулемёт. Ничего так, впечатляет, как с завода. Пушкой и пулемётами он пока заниматься не начал, ну и я не стал наседать, чай у человека своих дел хватает. Пошлёт сгоряча, потом самому на попятную идти неудобно будет, так и с ерунды дело не сделается. Курочка по зёрнышку клюёт, а я за сегодня хорошо наклевал. Последней добычей на сегодня для меня были две банки краски – белой и чёрной, и несколько плакатов из плотной бумаги – под трафареты в самый раз.

Глава 7

— Докладывай.

Сержант Байстрюк развернул на столе лист бумаги с набросанным от руки планом.

— Двор МТС представляет собой частично мощёную площадку со сторонами в сто двадцать на сто восемьдесят метров, примерно. Периметр ограждён забором из простого штакетника, с севера калитка, запертая на висячий замок. С южной стороны въезд, перекрытый деревянными распашными воротами, достаточными для проезда техники. Ворота охраняются парным постом с пулемётом. Пулемёт "максим" стоит открыто – ни окопа ни бруствера из мешков. Внутри четыре строения. Малое – это бывшая контора, находится около въезда, три крупных в восточной части ранее вероятно служили складами для горюче-смазочных материалов, запчастей и прочих ценностей. Также есть шесть длинных навесов – бывшая стоянка техники. Охрана, как я уже говорил, состоит из парного поста у ворот и сменяемого раз в два часа. В ночное время внутри периметра каждые полчаса, хоть часы сверяй, проходит парный патруль с электрофонарями. Есть также стационарное освещение запитанное от генератора, но немцы включают его редко и ненадолго, после заката заваливаются спать. Кроме охраны, естественно. Уличное освещение состоит из шести электролампочек, также подключены контора и один из сараев. В этом сарае у них похоже мастерская, причём даже со станками.

— С чего взял?

— Немцы включают генератор, из сарая шум работы механизмов слышен. Когда полчаса, когда час. Потом в сарае всё стихает, и генератор тоже прекращает молотить.

— И насколько же близко ты туда подбирался? Только не ври.

— Метров на тридцать. Только опасности никакой. Это место ниоткуда не просматривается.

— Ладно, продолжай.

— Немцев на объекте ровно тринадцать штук. Восемь охранников, четыре ремонтника и какой-то важный унтер, наверно начальник. Ещё есть четверо наших пленных, их в основном на погрузке используют. Интересный момент – питание у них не местное. Три раза в день приходит машина с термосами, прямо как к тем сапёрам. Немцы сначала сами едят, потом двое часовых меняют, те уже двоём трапезничают, а объедки уже нашим бросают. Машина приходит с севера, вероятно из Больших Жариц. В селе немцы консервный цех восстанавливают, их там до взвода, и кухня.

— А это как узнал.

— Димка бегал в церковь свечку поставить за папкино здравие, ну и с местными поболтал. Клянётся, что к немцам даже не приближался. Командир, надо было проверить откуда к фрицам может помощь быстро подойти и какими силами.

— Согласен, прав. Дальше.

— Машины приходят по одной. В каждой от двух до четырёх человек, кроме продуктовой, в ней всегда один водитель, по крайней мере при нас, больше не было.

— Что есть на складе и как много?

— Вот это трудно сказать. Что в сараях, вообще неясно. Под навесами в основном ящики и мешки. Под одним винтовки сложены навалом, под другим сорокапятки стоят, две штуки и вроде миномёт. Один навес, рядом с сараями фрицы используют под открытую мастерскую – в сараях без освещения темно, потому они в основном там что-то делают. Под тем же навесом столовая.

— Есть план как это экспроприировать будем?

— Даже много, но основных два. Первый – тихонько ночью всех порезать.

— Как думаешь, почему мы на мосту никого не резали?

— Так мало нас было.

— Нас было трое против двоих, но только Кузьма мог тихо подойти, а сейчас у нас даже Кузьмы нет. И плана здания у нас нет. Можем найти того, кто там бывал, но и он не скажет где сколько немцев, кто спит, а кто совсем даже наоборот. Если бы их было с пяток, то ещё куда ни шло, но чёртова дюжина… Как бы это число для нас не стало несчастливым. Какой второй план?

— Второй тоже простой. Приезжаем днём на машине парой отделений, ты командир, машешь у них перед носом бумажками, типа забрать что-то должен и кладём их всех.

— Где кладём, из чего кладём, как кладём? Они чего, все на улицу вылезают, когда машина приходит?

— Не все, но двое часовых сразу под раздачу попадут, их можно прямо из кузова положить, начальник склада выйдет – ещё минус один, и четверо ремонтников. Значит останется всего пятеро. Этих быстро покрошим.

— Поваром бы тебе быть – окрошку делал бы мастерски. Если немцы ещё на посту не прочухают, а чего это толпа такая привалила, то может пропустят. Ну хорошо, положим покрошили, а дальше? С подмогой из Жариц воевать? Нам не бой нужен, а конкретное ограбление, мокруха только по причине, что за так не отдадут. Нам нужно несколько спокойных часов, для вывоза хабара. По объёму сколько там?

— Без сараев, машин на восемь-десять.

— Блин, столько ходок мы не сделаем – наглости не хватит. Надо с местными насчёт гужевого транспорта говорить. А нужно его будет до хрена, лошадка по бездорожью много не утянет. А что ты говорил насчёт продуктовой машины?

— Хотите её тоже прибрать? Можно вполне, но как бы немцы в Жарицах не спохватились.

— Да, тоже верно, но они и так при стрельбе спохватятся.

— Ну, это как стрелять.

— Так, чего опять в рукаве спрятал?

— Дело в том, что ремонтники время от времени оружие проверяют. Выйдут за ворота и давай палить. Если из винтовок, то терпимо, а могут и пулемёт проверять, так что и в Жарицах и в Горках небось привыкли.

— Дам я тебе когда-нибудь по шее, да так что руку отобью. Значит половина проблемы решена – надо сделать так чтобы перестрелка была короткой, а лучше вообще её не допустить. Привычка привычкой, но заполошная стрельба от проверочной сильно отличается. Теперь бы придумать как фуражирную машину прибрать.

— А может ну её.

— Да не от жадности я, её просто нельзя будет выпустить, иначе весь план идёт насмарку.

— Так может ей колесо прострелить, шофёр позвонит, скажет что задержится. Если подгадать под ужин, то вся ночь свободная.

— Так у них что связь есть?

— Точно не знаю, но столбы с проводами в Жарцы идут. Да и Димка сказал, что телефон вроде работает.

— Из тебя информацию надо клещами тянуть? Опять думать надо. То, что шофёр может позвонить, это хорошо, а вот то что со складом могут в любой момент связаться это плохо.

— Так повалим потом столб, на ночь глядя восстанавливать не будут.

— Слишком много случайностей, но мысль здравая, надо только творчески доработать. Значит так – готовишь пять групп. Первая – четыре стрелка, хороших, вторая – два пулемётчика с ДП, можно без вторых номеров, третья и четвёртая по пять бойцов, одной придашь "максим", другой два трофейных пулемёта. Пятую возглавишь сам, подбери трёх бойцов с немецкими мордами и пусть зубрят десяток ходовых фраз на вражеской мове, проверю. Мухой выполнять! Да, старшину ко мне.