Очарованный (ЛП) - Сильвия Дэй

Она в спешке вошла в офис, глядя на него ее глаза светились любовью и наслаждением. Ее блестящие черные волосы были коротко отстрижены, чтобы лучше демонстрировать ее тонкую шею и скульптурные скулы. Это роскошь не менялась и в ее кошачьем обличии, также как и ее глаза. От ее любого воплощения - будь то женщина или Знакомая - у него перехватывало желание.

От ощущения любви к ней, у него удлинился член, и все его основные инстинкты пришли в боевую готовность. Она была была почти одичавшей, когда они впервые встретились. Его заданием было либо укротить ее для последующего спаривания с другим магом, либо уничтожить ее. В итоге, он ничего не смог сделать только, как сохранить ее для себя. Она стала для него такой же необходимой, как воздух, которым он дышал. Тени дикости в ней идеально подходили к его склонности ходить по краю черной магии.

Пнув дверь, которая захлопнулась за ней, Виктория с кошачьей грацией пересекла огромную комнату.

- Я скучала по тебе как сумасшедшая, Макс.

- Не больше чем я скучал по тебе. - Он обернул ее голо своими руками, изображая ошейник, который связывал ее с ним.

Одной мыслью он послал чары на стеклянные стены обрамляющие ее офис до двери, прикрывая их объятия от зоны приемной и создавая эффект занятости чтобы их не беспокоили.

Он был дома. Она была его домом.

Макс захватил ее рот в страстном горячем поцелуе, его язык толкался глубоко и уверенно, скользя по ее языку. Его хватка стала крепче, не достаточно, чтобы лишить ее воздуха, но достаточно, чтобы усилить чувство давления, которое заставит ее разум отвлечься от работы и переключиться в то место где существовали только они вдвоем. Виктория застонала и растворилась в нем, мгновенно теряя командирский настрой и сдаваясь его ненасытной потребности в ней. Дикое удовольствие наполнило его.

Я люблю тебя. Ее пылкое признание проскользнуло в его разум как ароматный дым, отгоняя тени, которые постоянно преследовали его в течении последних двух дней. Черная магия была соблазнительной, и охота на двух непревзойденных практиков, пробудила в нем тягу к ней. Если бы не любовь к Виктории, он бы был уязвим к ее притяжению. Она держала его в здравом уме и делала сильным, сдерживая его, так как его мощь росла с каждым проходящим днем.

Его губы оторвались от ее рта и передвинулись к уху.

- Ты была хорошей девочкой пока меня не было?

Она вцепилась в его талию.

- Конечно. Но это было сложно.

Отклоняя ее назад, он посмотрел на нее. Он потер большим пальцем по ее полной нижней губе, зная какой нуждающейся была она, повинуясь его приказу не удовлетворять себя саму в его отсутствие.

- Не так сложно, как моему члену последние два дня. Я собирался дождаться конца обеда, но я возьму твой рот прямо сейчас, котенок.

Она прикусила подушечку его пальца зубами, покорно опустив глаза. Он потянул ее назад с собой, держа ее рядом, пока не достиг ее стола и не присел на край.

- Дотронься до меня, - приказал он, нуждаясь почувствовать на себе ее руки.

Ловкими пальцами она расстегнула его жилет, раздвигая края, пробегая руками по всей длине его галстука.

- Что хотел Высший Совет?

- То, что Они всегда хотят, - он сделал глубокий вдох, не решаясь испортить ее прекрасное настроение. - Сириус Пауэлл сбежал.

Виктория застыла, ее рука остановилась на его сердце. Затем она вытянула стул и села.

- Как такое возможно?

- У него был помощник - Ксандер Барнс сбежал вместе с ним.

Ее рука придвинулась к ее горлу, чувствуя ошейник, который мог увидеть только тот, кто практиковал магию. Его ошейник - символ ее покорности и его собственности. Виктория понимала всю серьезность этой новости. Пауэлл и Барнс оба были ужасными преступниками сильно пристрастившиеся к черной магии, они убивали тех, кто практиковал ее, чтобы украсть их силу.

Она не спросила, почему Они выбрали его. Она знала, он был первым выбором Совета, когда речь шла об охоте на Других - тех, которые слишком глубоко увязли в черной магии и не могли быть спасены. Тем не менее, он уточнил,

- Я тот, кто поймал их в самом начале.

Ее рука упала на колено и сжалась в кулачок.

- Конечно. Тогда они были по раздельности? Или вместе?

- Раздельно. Но на этот раз у меня другие указания. Теперь мне нужно их просто уничтожить.

- Ты сказал «мне» вместо «нам», - ее взгляд затвердел. - Мы команда, Макс. Ты больше не работаешь один.

Он взял ее лицо в свои руки. Как у охотника за преступниками, у него не должно было быть Знакомой. Знакомые очень сильно укрепляли мощь мага или ведьмы, но также, в бою они становились ужасной точкой слабости. Он по себе знал, насколько правдиво было это утверждение, потому что он был близок к тому, чтобы потерять Викторию в их битве с Триумвиратом. Вид ее истекающей кровью и разбитой той ночью на снегу, и то, как ее жизнь ускользала даже, когда он прижимал ее тело к себе, привело его к краю безумия. Он бы никогда не отпустил ее, он бы просто не смог. Он оставил все над чем когда-либо работал, лишился ценного места в Высшем Совете, тем самым заработав гнев его членов, потому что его жизнь не стоила ничего, если в ней не было ее.

- Есть причина, по которой Охотники не имеют Знакомых, - мягко напомнил он. - Кроме того, это неоконченное дело было еще до того как я встретил тебя.

- Так же как и моя битва с Триумвиратом, - ответила она, - Но я позволила тебе бороться вместе со мной. Не смей вести себя так, словно я твоя обязанность.

Кончики его пальцев погладили изгиб ее брови.

- Ты мое сердце.

- Макс, - ее голос смягчился. Но пока она изучала его лицо, ее глаза прищурились и она приняла вид умного и просчитывающего все представителя семейства кошачьих.

Чтобы отвлечь ее и напомнить ей о приказе, которому она пока не повиновалась, он махнул рукой и предстал перед ней обнаженным, его одежда была аккуратно сложена на диване позади нее. Сидя на уровне глаз с его пахом, Виктория облизала губы. Несколько секунд она боролась со своей необходимостью подчиниться, затем уступила и дотянулась до него, ее тонкие руки обхватили его ноющую длину.

Рука Макса скользнула по ее горлу, приподнимая ее подбородок так, чтобы их взгляды встретились.

- Ты будешь сосать мой член, потому что мне это нравится, а не потому, что ты видишь в этом способ управлять мной.

- Почему это не может быть по обоим причинам, - бросила она.

- Ох, Виктория, - пропел он, его кровь нагревалась с опасной быстротой. С его целенаправленной мыслью появились шелковые веревки и спирально извиваясь вокруг ее запястий связали их за ее спиной. - Давай займем этот твой красивый ротик чем-нибудь другим, прежде чем ты будешь отшлепана.