Хроника Великого всплеска - Алексей Беркутов

– Кстати, Салтер, скажите мне, может быть так, что у кого-то генотип подходит под культуру варгена, но не полностью? Что тогда?- спросил задумчиво Палмер.

– Пол, это даже хуже чем смерть. Это мутация. Возможно шизофрения, бешенство и другие побочные эффекты. Полноценно этот аспект действия патогенов ещё никем не изучен. До нас такое страшное оружие применяли только ОСА и то в весьма узких рамках. Но результаты их операций думаю нам не обнаружить.

– Значит, сейчас в гигасах бродят мутанты?- спросил с усмешкой второй.

– Значит так,- ответил генетик.

– Неплохо было взглянуть на них, вступил в разговор спецназовец.

– Это вы ещё успеете сделать. Я знаю это точно!- твёрдо произнёс второй, усаживаясь в своё кресло, принесённое с "Вултура",- Нам как можно скорее необходимо облететь все гигасы. И ещё. Кроме Земли, два поселения имеются на Луне, конкреционные заводы и станции в океане, подземные бункера ООН, поселения пещерников и староверов. Насчёт Лунного города я не особо беспокоюсь. Ещё когда операция начиналась, бойцы бразильского подразделения провезли в лунный завод несколько небольших контейнеров с варгенами. Скоро мы наведаемся туда и проверим состояние населения.

– Зачем нам убивать людей на станциях Марса и Венеры? Их там не так уж много. Можно просто предложить сдаться,- предложил Палмер

– Не скажите. Там их около двух тысяч. У них имеются межорбитальные корабли, а в поселениях установлены нейропередатчики и центры контроля,- второй щёлкнул языком.

– Да, это действительно так. Вы как всегда правы, сэр. Прикажете загружать прибывший корабль?

– Нет. "Вултур" останется командным кораблём. Какие ещё у нас имеются корабли?- спросил второй, сложив при этом руки в замок перед собой.

– Готовы к старту "Леший" и "Владыка". В ангаре номер два ремонтируют ещё один корабль, но там работы не меньше чем на месяц

Второй махнул рукой, показывая, что ему не интересны неработоспособные машины.

– Подготовьте "Владыку". Густаво, собирайтесь, вы будете лично следить за обезвреживанием поселений. Вот ещё что. Венеру не трогайте, там исследовательская база и на ней всего пятнадцать человек. У них только две машины, вакоэдж и вакоклоддер. Их мы и голыми руками уберём, если понадобится.

– Руководитель.

– Да, Олару?

– Что мне делать?

– Вы полетите на "Владыке". И подготовьте до отлёта себе заместителя и пилотов на "Леший". Этот корабль тоже пусть готовится к работе. Густаво, с собой возьмёте полсотни бойцов, так, на всякий случай. И шестьдесят бойцов подготовьте для "Лешего". Они отправляются не на прогулку в узловой центр нейробиблиотеки, а в гигас. Могут быть неприятности. Осложнения после столь удачной серии операций нам ни к чему.

– Да, сэр.

– "Леший" полетит на территорию, откуда прибыли мы. Для начала зачистим Австралию. Начните с Сиднея. Мне нужна смерть всего правительства и пара синтетических установок. Соберите все запасы препарата молодости и полную информацию о военных и ООН. Удачи всем. Я считаю встречу законченной.

Глава 7

Когда мне было одиннадцать лет, шел две тысячи восемнадцатый

год. Я поражался, что мы, люди, ходим в масках. Что мы

задыхаемся от смога, боимся простого гриппа, не пьем воду из

реки, боясь стать козленочком. Все как в сказках. И мы сами себя

довели до этого. И даже не пытаемся вернуть чистый воздух,

воду, продукты. Это выглядело, как тоннель только мы шли не на

свет, а, наоборот в темноту, вниз. Мы не sapiens, а foedus!

Помню, мультик такой был, Валл-и. Так вот он частично отражал

правду современного мира. Я смотрел его лет в шесть, и он все

еще не выходит у меня из головы. Мы сейчас живем в Токио.

Многие люди сейчас голодают. Чистая вода стала на вес золота.

Хорошо, что мой отец генерал. Мы вроде ни в чем не нуждаемся.

В основном я провожу время с местными ребятами. Мы бродим

по зараженным радиацией окраинам города. Однажды, даже чуть

не попались шайке мародеров, но нам повезло. Самое удивительное

было потом. Отец узнал об этом случае, но не запретил мне гулять

и даже не ругал. Он все время говорит, что у меня есть ангел-

хранитель, но я слишком быстро растрачиваю его терпение!

Личный вариоком Никиты Стелли. 5 ноября 2022 г.

Эти плавающие круги и звёздочки, до боли знакомые картинки. Тело вращалось со сверхзвуковой скоростью. Мелькали события из прошлого и настоящего.

Где-то подсознательно Карину охватил страх. Такое непривычное состояние уже было знакомо ей, но когда, девушка не могла вспомнить.

Она лежала на полу. И словно в лихорадке тряслась. Душа же летала над незнакомым местом. Ощущалась неземная свобода и полнота чувств.

Прошло сорок три минуты с момента отключения маски сна. Нейрокомпьютер полностью отключился, уже не работал режим подзарядки аккумуляторов. Нейроконтроль исчез.

Память начала восстанавливаться. Незнакомая местность превратилась в термитник, родной Сидней. Здесь она родилась в 2013 году и её родителям, англичанину и малазийке удалось скрыть факт рождения дочери от нейровластей. Они передали двухмесячного ребёнка движению сопротивления.

Перед глазами появился молодой мужчина, которого раньше Карина возможно и видела, но вспомнить пока не могла. Лишь сердце дважды кольнуло при виде его лица.

Больше двух десятилетий прожила она в сопротивлении в Старом Сиднее. На двадцать пятом году, во время нападения на центр подготовки спецназа в гигасе 28-153 Брисбен, её ранили и схватили.

Тогда ей очень повезло. Бойца не казнили, а отправили в нейроцентр для изоляции памяти. Шла третья волна нейроконтроля. Полтора года пробыла она в гигасе 34-152 Новый Сидней, а затем словно по своей воле переехала в Северную Америку и поселилась в Монтеррее.

Свет сменился кромешной тьмой. Словно подброшенный мячик, тело Карины удалялось от всех городов и от Земли. Потом резко рванулось вниз, к светлой точке, стремительно превращавшейся в чьё-то лицо "Ну, конечно же, это опять он, тот молодой человек с базы"

– Где ты!- вскрикнула Уэсли, приняв сидячее положение на полу и одновременно с этим схватившись за голову.

Сильно зажмурившись, она попыталась снова представить лицо мужчины из сна, но это не удалось, зато боль немного утихла.

В голове была необычайная ясность, несмотря на боль, хотелось летать, петь и кричать во весь голос от небывалой радости, недоступной доселе, запертой раньше в стальной ящик.