О чём молчат псионики (СИ) - Ео Рэеллин Евгения

— Твою мать! — выругались они почти хором, когда оставленный на столике комм-браслет Лиама замигал белым светом, сообщая о вызове в лазарет.

— Скорей бы уже второго медика прислали, — высказал недовольство Лиам, приводя в порядок одежду.

— Блэкмор говорит, что в следующем квартале, — разочарованно ответила Вивиан и упала спиной на кровать. — Как освободишься, приходи.

— Да поди опять диарея, — фыркнул Лиам. — Уоллс какое-то пойло купил, вот теперь все механики и летают.

— Придурки!

— Поэтому они и механики, а не пилоты, — бросил он перед выходом из каюты.

Идти до медблока было не более пяти минут, в течение которых Лиам усиленно пытался придумать, какой подарок заказать дочери на четырёхлетие. Агнес жила вместе с Ингой на Старой Земле, потому выбирать и заказыватьприходилось заранее — слишком долго шла посылка, а пользоваться магазинами доставки он не хотел: хотя бы открытку подписать надо лично, своей рукой. И так слишком мало участвует в жизни девочки, практически числясь как биологический отец. Лиам никогда неревновал к Роману, который, женившись на Инге, теперь стал для Агнес полноценным отцом — кто бы знал, что телепаты настолько сблизятся после того, как дарнийский корабль подберёт спасательный челнок с Ингой на борту во время финальной схватки с Призраками.

Многие офицеры Консорциума погибли, когда флагман на полном ходу врезался в астероид, где находилась база, остальные — попали под суд. Не по правилам Консорциума, а по земным законам.

Агнес родилась в тюремном лазарете; прошло некоторое время, прежде чем её мать, Ингу Аксель, переквалифицировали из обвиняемой в свидетельницу — в первую очередь благодаря показаниям Лиама. Ведь без помощи телепатки он не смог бы сбежать из купола и интегрироваться с крейсером, тем самым разрушив нейронную сеть, управлявшую многочисленными кораблями противника.

Суд был жесток, но справедлив: тех, кто подчинялся потому, что не в силах противостоять Консорциуму, в большей массе оправдали, а вот верхушку организации — Бенджамина Уэсли в том числе — почти всем составом казнили. И, надо сказать, такой вердикт поддержали не только обычные люди, но и телепаты.

В воздухе повис вопрос: какой должна стать жизнь после произошедшего? Земля заключила с Дарном мирный договор, оказывая посильную помощь в восстановлении — древняя цивилизация пострадала больше всего. А вот что делать людям? Как сосуществовать вместе с теми, кого так отчаянно боялись, от кого столетиями отгораживались, кого избегали — телепатами? Ведь среди них были как те, кто убивал, насиловал, ломал человеческие жизни, так и те, кто рисковал собой ради общего дела — ради людей и других менталистов, которые хотели быть свободными и жить в обществе, не скрываясь.

Возможно, данную проблему власти смогли бы как-то замять, если бы не пример Лиама Олдриджа, остановившего своими действиями целую армию Призраков. А ещё Лиам во всеуслышание рассказал о том, что к победе приложил руку другой телепат — его тётя Элис, попавшая в Консорциум в возрасте пятнадцати лет, но до самого конца так и не подчинившаяся, несмотря на то, что её превратили в часть боевой нейросети.

Тогда было принято решение о создании Соглашения — так телепаты стали равноправными участниками человеческого общества, ущемление их прав запрещалось законодательно. Для менталистов разработали новый Кодекс — согласно ему они не должны были вмешиваться в личную жизнь людей без согласия. Но этот свод правил не шёл ни в какое сравнение с правилами Консорциума, существовавшими ранее.

Да, первое время и людям, и телепатам тяжело было принять, что они живут бок о бок, без всяких барьеров. Может, отчасти поэтому Лиам принял решение остаться на «Аполлоне» — там его знали и даже уважали, считая героем войны с Призраками. А может, фармацевтика не так привлекала его в связи с последними событиями. Хотя, скорее всего, он выбрал работу военного медика потому, что хотел быть рядом с Вивиан — девушкой, которую любил. С которой хотел создать семью.

— Зачем вы это пили? — спросил Лиам бледного Криса, уже третьего механика, обратившегося в лазарет за последние сутки.

— Док… Джастин сказал, что иттайская водка отлично вставляет, — виновато потупился тот.

— Нашли кому верить… — пробубнил Лиам себе под нос, выдавая противодиарейный препарат.

Уже через четверть часа Лиам спешилобратно — когда Вивиан повысили до капитана, сделав старшим помощником Блэкмора, они зарегистрировали отношения и стали жить вместе: каюта второго на крейсере человека была гораздо просторнее стандартной офицерской, а также имела довольно широкую кровать.

«Лиам, я придумала, подаришь Агнес автомобиль».

«Автомобиль?» — нахмурил брови он.

«Люди раньше ездили… на Амаге в лавке попадалось. Сейчас… Можно синтезатор наш напрячь».

Вивиан сосредоточилась, чтобы максимально детально прорисовать в сознании картинку — нечто крупное из пластика, разукрашенного розовыми цветочками и с четырьмя не менее розовыми колёсами, руль был непривычно круглым и по цвету тоже напоминал часто упоминаемого ими в постельных разговорчиках слона. Кажется, Лиам видел что-то подобное в древних детских голофильмах…

«А что? Зато точно никто не додумается до такого», — лукаво улыбнулась Вивиан, похлопав по покрывалу, приглашая Лиама присесть рядом с собой.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ

Глава 10

Часть 2. Соглашение

— Наш новый медик — Меган Уиллиамс, 0-3-1-12 по КМ, — произнёс капитан Дэвис перед практически всем личным составом эсминца «Агамемнон».

Меган сдержанно улыбнулась, разглядывая полсотни военных — вопреки ожиданиям, отвращения или ненависти она к себе не услышала. Согласно Кодексу поведения менталистов, созданному после подписания Соглашения, телепаты были обязаны называть свой уровень по квалификации менталистов (КМ): первыми шли боевые данные, потом по программированию разума, третьими — по чтению мыслей, а четвёртой называли уже степень эмпатии. Именно в такой очерёдности — законодатели решили, что способности должны идти в порядке убывания опасности для обычных людей.

В общем, Меган не умела применять силовые телепатические приёмы, но могла внушить лёгкие галлюцинации и почти не была способна читать мысли. Зато она являлась довольно сильным эмпатом: прекрасно считывала эмоции людей, могла их истолковать, а ещё — в случае необходимости поделиться энергией. То есть с помощью своего дара Меган лечила лёгкие травмы, головную боль, справлялась с похмельем или недосыпом.

В Консорциуме сильные эмпаты традиционно обучались медицине — чтобы диагностировать более серьёзные проблемы, например. Поэтому Меган уже знала следующий шаг — обучение в медицинской академии для обычных людей. В принципе, её знаний хватало, чтобы работать фельдшером, но спорить с системой никто не хотел — ни люди, ни псионики, — потому просто создали двухлетний курс по переподготовке менталистов, чтобы новые, теперь уже полноправные члены общества имели стандартный диплом о высшем медицинском образовании.

Со момента краха Консорциума прошло больше двух лет — одновременно и мало, и много. Когда заговор против земного правительства был раскрыт, а верфь по производству Призраков — разрушена, большинство выживших офицеров тоталитарной организации попали на скамью подсудимых.

Меган в числе немногих этой участи избежала — вместе с двумя десятками менталистов подпольно боролась с системой в сопротивлении, оттого вопросов о роли в чёрном деле Консорциума никто не задавал. Напротив, стало широко известно, что сама Меган лично приложила руку к победе. Точнее, ладони к голове менталиста, который переломил ход схватки — отдала ему энергию.

Лиам Олдридж тоже служил медиком во флоте, на крейсере «Аполлон», и ему удавалось очень долго скрывать от Консорциума свои способности. Наверное, именно жизнь среди людей и дала ему возможность победить — не было покорности перед, казалось бы, незыблемой властью Консорциума над телепатами.