Старший брат моего парня (СИ) - Маршал Ева

На самом деле раздувая его!

Ноги подкашиваются, и я едва не падаю в нагретое им кожаное кресло. И остро ощущаю запах его тела. Или он мне уже мерещится? Я точно схожу с ума!

А дальше я наблюдаю цивилизованную битву двух хищников, красивых, грациозных, уверенных в себе. Они сосредоточены и напряжены во время удара, но расслаблены и вальяжны в перерывах. И оба то и дело поглядывают в мою сторону. Марк — с многообещающей улыбкой, Логан — с загадочным выражением на суровом лице.

И я то обмираю от страха, дрожу, пугаюсь. То смущаюсь и отвожу глаза.

Попеременно они оказываются спиной ко мне, наклоняются, позволяя любоваться чертовски соблазнительными видами.

Хочется спрятать лицо в руках, чтобы не видеть, не чувствовать, не сходить с ума. Не дуреть от их присутствия и своих же чёртовых, непристойных желаний.

Я словно опоена какой — то наркотической дрянью и не могу вырваться из оков порочной страсти. Не хочу. Мне бы хоть малюсенькую помощь со стороны. Хоть каплю здравого смысла.

В дальнем углу вижу холодильник с пивом и напитками. Холодное — то, что нужно. Мне нужно смыть с рецепторов запах Логана, уничтожить его, избавиться от отравляющего разум дурмана.

Дефилирую мимо мужчин, стараясь не вертеть попой. Я ведь хорошая девочка. Правильная. Нужно почаще себе об этом напоминать, может, смогу себя убедить.

Полки заставлены пивом нескольких марок, а вот воды совсем мало и она вся внизу. Стук костяных шаров стихает. Пялятся, гады! Воздух в огромном помещении едва ли не искрит от напряжения.

Ждите — ждите, что я эротично нагнусь. Размечтались! С моей стороны не будет никаких провокаций. Достаточно того, что Марк сегодня на взводе, но тянет время, соблазняет, хочет, чтобы мозги отказали мне напрочь, дразнит, а Логан… У того свои планы, и я боюсь даже представить, какие.

В любом случае, у него ничего не выйдет!

Присаживаюсь и достаю сразу три бутылки. Из вежливости стоило бы спросить у мужчин, может, они хотят пива, но собственному голосу не доверяю, он может подвести.

Прижимаю добычу к груди, чувствуя, как приятная прохлада освежает тело и совсем немного — мысли. Работает, конечно, не так эффективно, как погружение с головой в бассейн, но лучше, чем ничего.

Я справилась. Обманула организм с танцующими танго гормонами.

Молодец, Кэти. Продолжай в том же духе. Осталось продержаться всего несколько часов, вернутся родственники, мы пойдём праздновать и можно будет расслабиться. Надеюсь.

Отдаю воду Марку, он нежно целует, мимолётно касаясь языком приоткрытых губ, возвращается к игре, обходит стол, рассматривая варианты следующего хода, прицеливается. Он сосредоточен и красиво хмурит брови, прикусывает губу. Длинные музыкальные пальцы скользят по древесине кия вверх, вниз, вверх, вниз.

Мысли улетают в горизонтальную плоскость и я, чтобы встряхнуться и прийти в себя, оборачиваюсь к Логану, протягиваю воду. И замечаю, что чёртов конденсат на бутылках сделал своё грязное дело. По тонкой ткани платья расходятся тёмные круги, прилипая, подчёркивая контуры лифа от купальника, словно нарочно выделяя, обтягивая мои напряжённые соски.

Клянусь, до взгляда Логана на острые вершинки они были в приличном состоянии и не торчали столь вызывающе! Следующий купальник возьму с сантиметровым поролоном!

— Спасибо, — произносит мужчина с сексуальной хрипотцой в голосе, и соски сжимаются ещё сильнее, превращаясь в сверхчувствительные антенны, направленные строго на источник порочных радиоволн.

Хочу поскорее сбежать на своё место или в комнату, а ещё лучше — в общежитие университета, но Логан передаёт мне кий.

— Сделай его, детка. Уверен, против тебя у него ни единого шанса.

Он подмигивает, с хрустом распечатывает воду и делает глоток. Кадык ходит ходуном, и я вновь обмираю от эротичности зрелища. Эта его нарочитая грубость, жадные глотки, испарина на коже, которую так и хочется слизнуть языком…

«Каталина, твою мать!» — орёт совесть где — то там вдалеке, словно и не мне вовсе.

Логан возвращается к креслу, слышу, как хлопает деревянная крышка шкатулки, щёлканье металла о металл, характерное постукивание спичек в коробке.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В фильмах прикуривают сигары от газовых зажигалок, но Логан и здесь не торопится, получает удовольствие от классического процесса.

Представляю, как он прикрывает глаза, делая первый вдох ароматного дыма и сама едва не дымлюсь.

Щёки обжигает огнём, я обмахиваюсь ладошкой и делаю маленький глоток холодной воды, безуспешно пытаясь вытащить себя из затягивающей в свою глубину трясины под названием «Одержимое влечение».

Мы находимся здесь от силы минут десять — пятнадцать, а ощущение, будто прошли часы, сутки. Я вся — один напряжённо пульсирующий нерв, чуткий, тревожный. Невероятно отзывчивый, реагирующий одинаково сильно на оба «раздражителя».

— Бильярд — одновременно простая и сложная игра, — начинает Марк процесс обучения, мягко и неспешно подбираясь ко мне. — Давай попробуем разбить пирамиду. Я тебе помогу. — Его рука ложится на мою спину, давит, заставляя склониться к столу, проводит сверху вниз по позвоночнику, ползёт ниже, мягко сжимает ягодицу и не отпускает. — Целишься в центр шара и бьёшь резким, точно выверенным движением. С силой, чтобы хватило на все шары сразу.

— Ты уверен, что это поможет? — шепчу, поглядывая в сторону Логана. Тот раскуривает сигару и сидит в облаке сизого дыма, как какой — нибудь гангстер из фильмов и, кажется, не видит действий Марка. Не смотрит. А ведь мы находимся в каких — то трёх метрах от него, только чуть поверни голову вправо — всё увидишь.

— Обязательно. Это станет нашей личной маленькой традицией, — отвечает любимый, помогая занять правильную позу, выставляя левую руку и укладывая на неё кий.

Его гибкое накачанное тело накрывает меня сверху, я оказываюсь в кольце его заботливых, опытных рук. Он раздаёт указания, советы, касаясь горячими губами моего уха, и, разумеется, у меня ничего не получается. Кий дрожит в руках, ведь я и сама вся дрожу.

Кожа горит огнём, в ушах шумит, я не разбираю часть слов, догадываюсь по смыслу, моргаю, пытаясь хоть что — то соображать. Но он дразнит меня так долго, так сладко, что даже присутствие наблюдателя горячит кровь, а не смущает.

Что делает Логан? Смотрит на меня? Видит ли, как его брат ведёт горячей ладонью по моему бедру, задирая платье? Или крестообразные ножки супернавороченного стола «The Predator» с нереально агрессивным и так подходящим хозяину дома дизайном лишают его просмотра онлайн?

Марк внезапно наклоняется сильнее, заставляя прижаться отяжелевшей от возбуждения грудью к чёрному сукну.

— Посмотри на шары. Твой должен лежать точно в центре.

— Я…

Не могу признаться, что ни черта не соображаю и хочу только одного — чтобы его пальцы прекратили рисовать узоры на моей коже и переместились выше. Глубже.

Это я только что подумала? Какой кошмар!

Стыдливость поднимает голову, проясняя сознание, возвращая привычную мне сознательную, правильную, умную Каталину вместо этой распутной нахалки, что едва не призналась в ужасном, страшном, жутко непристойном!

— У тебя всё получится, — воркует Марк, тогда как его чуткие, музыкальные пальцы перебираются на внутреннюю поверхность бедра.

— Марк, — выдыхаю сдавленно. Хватаю ртом воздух.

Он помогает отвести правую руку назад и сделать удар. Удивительно точный, учитывая нашу позу и моё состояние. Шарики разлетаются по столу, с приятным звуком ударяясь друг о друга и стеклянно — металлические бортики стола, разгоняя сизый туман дыма, и я на мгновение любуюсь разноцветным танцем, а вот Марк не мешкает. Бессовестно пробирается под влажную тёплую ткань именно туда, куда я хотела, куда мечтала.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ахаю, прогибаясь в пояснице. Представляю как выгляжу со стороны — хоть картину рисуй. Сексуальная, возбуждённая, разгорячённая. В крепком захвате красивого мужчины, одна рука которого бесстыдно блуждает под юбкой. Ноздри щекочет шоколадно — пряный дым сигар…