Князь Кощей - Наташа Окольникова

— Антип с Тоней.

— Чушь, какая! Они идут по следу, и отбирают то, что было у князя Кощея.

— Ты права. Возникает вопрос, что связывало князя Кощея и Тоню?

— Хороший вопрос, Илья Муромец!

— Электра, я люблю тебя!

— Верю, Илья Муромец, верю, но я не верю, что взрывы закончились.

— Я вызвал минеров, но они чего-то не улавливают, есть странные помехи.

— Это князь Кощей сердится!

— Ты так думаешь?

— Он был великий человек, я чувствовала его биологическое поле, ему со мной становилось лучше, и когда я уснула от снотворного, он умер.

— Ты права, Электра. А ты не боишься посмотреть на место замка, на то, что осталось от взрыва?

— Илья Муромец, можешь мне поверить, что все будет все хорошо. Но землю продавать нельзя!

— Если ты так говоришь, то я, тебе, верю и не продам землю. Но, что на ней делать?

— Пока не знаю. Надо вызвать археологов, пусть копают глубже, а заодно мы корректно откажем Тоне, мол, земли государственной важности, и продаже не подлежат.

— Умница, ты моя! — воскликнул Илья Муромец и захотел обнять жену, но она потеряла сознание.

Электра очнулась в одном из номеров пансионата, куда ее отвез Илья Муромец. Рядом с ней сидела врач.

— Что случилось? — спросила Электра.

— Лежать, голубушка, лежать, у вас сильное истощение нервной системы, мы вас подлечим и вылечим.

Рядом с Электрой всегда сидела врач или медсестра пансионата, ее одну в палате несколько дней не оставляли. Илья Муромец приходил, улыбался, разговаривал ни о чем, приносил нечто вкусное и уходил.

Паша скучал от одиночества. Он сделал для себя вывод, что привык быть в большой работе и быть начальником! А, здесь, на малой фирме он был дважды подчиненным. Он подумывал о том, что зря отказал Илье Муромцу, а отказал из-за элементарной ревности. Паша позвонил Илье Муромцу. Илья Муромец ответил, что с Электрой плохо, что она лежит в пансионате. Паша отпросился у Юры, своего начальника и поехал в Анисовку.

Электра отворачивалась от сиделки и думала о Василисе. Такие мысли ее угнетали, тогда она стала подниматься, улыбаться Илье Муромцу, улыбнулась она и Павлу, когда он появился на пороге ее номера. Павлу не сразу разрешили с Электрой говорить, вначале его пригласили в кабинет директора пансионата, к Илье Муромцу.

Илья Муромец и Паша открыли первое производственное совещание после смерти Василисы. Илья Муромец предложил Павлу руководство всей недвижимостью. Паша дал свое согласие на предложение. Они пожали друг другу руки.

Илья Муромец спросил:

— Паша, что произошло с Электрой?

— У нее жизнь дома не сложилась, и она пришла ко мне с одной сумочкой.

— А ты ее и пожалел?

— Да, не прогнал, неделю она жила в нашей квартире, но спали мы врозь.

— А, что если я поверю?!

— Илья Муромец, я рад за вас обоих! — серьезно ответил Паша.

— Хорошо. Паша, дом, который вы построили с Василисой очень хороший, и он будет нужен нам! Как ты смотришь на то, что я его у тебя заберу?

— Буду жить в городе Кипарисе, в той квартире, где жил.

— Разумно, там три квартиры, скажешь, какую выбрал.

— Я не буду выбирать, оставлю свою квартиру, а на квартиры Юры и Ирины я не претендую.

— Что ж, Паша, флаг вам в руки! Приступайте к управлению всей моей недвижимостью, — сказал спокойно Илья Муромец, и внутренне улыбнулся, проводя глазами Павла.

Муж пришел в номер жены:

— Электра предлагаю тебе жить в доме, построенном Василисой и Павлом.

— Я согласна.

— Ты не будешь возражать, если Паша… — и Илья Муромец осекся, — нет, нет, все нормально, — Илья Муромец не смог продолжить фразу, вместе Павла и Электру он не хотел упоминать.

Так получилось, что Илья Муромец похоронил только вещи Василисы. После взрыва в замке князя Кощея, ее труп не обнаружили, но нашли обрывки одежды в каплях ее крови, в которой ее видели в последний раз. Взрыв произошел в пустой части замка, там, где находилась спальня князя Кощея и Василисы. Естественно, все решили, что она погибла, находясь в эпицентре взрыва.

Тоня на месте взорванного замка Павлина построила свой замок, точнее многоэтажный дом гостиницы. Новая мебель и картины ей были бы как нельзя кстати. За мебелью ездил ее муж Антип. Он загрузил мебель на мебельной фабрике в огромную машину с помощью грузчиков, потом посадил их рядом с мебелью для охраны. С собой Антип взял деньги на штрафы и увез мебель в новый дом на побережье моря. Тоня встретила мужа, поцеловала его в щеку и с нетерпением стала смотреть за выгрузкой мебели, она трепетала от любого неосторожного движения грузчиков. Новую, дорогую коллекцию мебели она решила поставить на втором этаже для гостей высокого уровня достатка.

Интерьер для одного номера из трех комнат получился весьма внушительный, это Тоня поняла сразу. Тут можно было требовать с гостей хорошие деньги, и было за что. Она обошла комнаты, не решаясь присесть даже на стул. Зеркала в лучах южного солнца слабо мерцали, но на меркантильный ум богатой женщины мистика жемчужного номера не действовала, она не уловила флюидов картин Электры. Зато внимательно прочитала сертификат качества на мебель.

Слух о жемчужном гостиничном номере немедленно приобрел свои ноги, и дошел до нужных ушей. Илья Муромец, продавший землю под гостиничный комплекс Тоне, получил информацию о необыкновенной покупке, но пропустил ее мимо ушей. Зато Электра потеряла покой, мало того, что ее тянуло не территорию бывшего замка Павлина, так еще ей очень захотелось увидеть жемчужный комплект мебели. Она не понимала, почему его продали Тоне, а не ей. Естественно обо всем Электре рассказал Антип по телефону.

Электра у Ильи Муромца выпросила разрешение на жизнь в жемчужном номере в течение трех суток. Тоня была польщена, что именно Электра станет ее первой клиенткой и заплатит ей за трое суток приличную сумму денег. Среди своей бижутерии Электра нашла жемчужные бусы, представляющие собой три нитки бус, завинчивающиеся одним замком. Она надела темное легкое платье, чтобы бусы лежали по вырезу, чем очень заинтересовала Илью Муромца, который наблюдал за ее сборами в элитный номер. Она собрала небольшую сумку вещей, махнула мужу рукой, и пошла к своей машине, стоявшей у нового замка.

Новый дом был последним творением Василисы. Илья Муромец ничего нового не построил, деньги делать он не умел, но слегка поддерживал на плаву наследие своей сестры. Электра в душе сохранила жалость к старому замку, взорванному Василисой. Теперь Электра ехала к месту трагических событий, где так давно не была… Сохранились прежние ворота замка. Охрана ее узнала и пропустила. Она въехала на знакомую территорию, где ничего знакомого не было. Здесь стоял пятиэтажный, вычурный дом, выполненный выступами. Деревья были посажены новые, только у ворот сохранился старый каштан.