Двоичная вера - Эрнест Орнелл

как одного из нас? Как ты можешь касаться этой соли, если твоя душа состоит из наших отголосков? – спросил он и внезапно осёкся, – Неужели ты хочешь забрать Джеймса себе? В этом дело, священник? – испуганным шёпотом спросил демон.

– Нет, я собираюсь всего лишь освободить мальчика от одержимости, вот и всё, – ответил отец Фидес, положил мел и пустой флакон в кейс и достал оттуда старый, потрёпанный молитвенник.

Священнослужитель встал напротив Джеймса и уставился на него немигающим взглядом. Все молитвы были давно выучены им наизусть, однако молитвенник служил дополнительным проводником его веры.

– Помолимся, друг мой, – безжалостно отчеканил Фидес и начал читать Книгу общих молитв.

Слова священника резонировали в сознании мальчика, заставляя беса отчаянно метаться внутри. Зелёные кольца глаз святого отца неотрывно наблюдали за состоянием Джеймса, а его голос звучно отражался от стен, доводя демона до исступления. Внезапно свечи погасли, а молитва стала приглушённой.

– Я не хочу этого делать, святоша, но ты не оставляешь мне выбора, – прорычал мальчик гортанным голосом; путы на его руках рассыпались в прах, и он поднялся на ноги. Демон медленно подошёл к священнику, угрожающе сгибая и разгибая пальцы, однако отец Фидес оставался непоколебим и всё читал молитву.

Джеймс занёс руку и ударил священника в живот. Послышался треск ломающихся костей и разъярённый вскрик. Демон начал задыхаться и шокировано разглядывать кровавую тряпку, оставшуюся от его кулака. Отец Фидес, ни на секунду не прерываясь, всё читал и читал молитву, продолжая холодно разглядывать изгоняемого.

Бес, всё ещё тяжело дыша, подошёл к священнику и осторожно сорвал с него рубашку, стараясь не касаться голого тела. Серебристые отблески затанцевали на стенах, однако демон не мог этого увидеть; он только подошёл к своему врагу и приложил к нему непокалеченную руку. Дух почувствовал, как его ладонь обожгло огнём; однако кожа одержимого прикасалась к холодному металлу. Ошарашенный, бес отошёл прочь, а рот мальчика раскрылся в изумлении.

– Ты не человек, ты один из металлических! Как ты можешь изгонять духов? – злобно и обиженно воскликнул демон, не способный осознать происходящее. Священник всё так же смотрел на беса и читал молитвы, сжигая остатки его разума.

– Прошу тебя, прекрати, я не хочу вредить мальчонке, – взмолился, рыдая, демон и закрыл лицо руками, – я не хочу терять контроль, я не хочу возвращаться к тому, чем я… – проплакал он и внезапно замолчал.

Чёрные тени начали танцевать по стенам, борясь за пространство с серебристыми отблесками металлического тела. Внезапно Джеймс завыл, словно дикий зверь, и начал метаться по комнате, раз за разом ударяясь о созданные солью барьеры. Отец Фидес повысил голос, чтобы пересилить яростный рёв беса. Через какое-то время злой дух начал бросать тело мальчика в сторону священника, но каждый раз он только с болезненным криком отлетал обратно. Тем не менее, его потуги оставляли небольшие вмятины на теле робота, дополняя и даже оттеняя его старые шрамы.

После очередной попытки сбить священника с ног демон упал и больше не поднимался, только лишь страдальчески рыдая и пытаясь растереть повреждённые плечи мальчика. Глаза одержимого покраснели до невозможности, и кровавые слёзы начали пропитывать деревянные доски пола. Отец Фидес дочитал молитву до конца, захлопнул молитвенник и подошёл к своему дипломату. Убрав Книгу, он достал из него небольшую ручку – переносной лазерный гравировщик. Священник сконцентрировался и выжег на своей левой ладони печать-ловушку. Когда расплавленный металл застыл в нужном рисунке, отец Фидес подошёл к одержимому.

Демон взвыл и попытался отползти от своего убийцы, однако упёрся в соляной барьер, обжигающий его душу. Кровавые слёзы стали прозрачнее, и злой дух начал бесконтрольно рыдать.

– Он будет думать, что я его бросил, священник! Я обещал ему, что никуда не уйду! – прорыдал демон, уже не надеясь на пощаду, – У мальчика и так никого нет! Ты видел его родителей? Думаешь, ржавчина на роботе от времени появилась? Сколько времени, как думаешь, пройдёт, прежде чем это жирное животное перейдёт на своего сына? Бесполезного, жалкого сына, которого им придётся кормить до своей – или его – смерти?

Отец Фидес как будто не слышал слов одержимого и осторожно шагал к мальчику, ожидая снова столкнуться с демонической яростью.

– Я слышу их разговоры, святой отец. Я слышал их планы по сдаче его Question’у. Они хотят сдать его на человеческий процессор. Я не знаю, что это, но они думают от него избавиться. Я – всё, что у него есть, священник! – вскрикнул демон и повернул лицо мальчика вверх, чтобы попытаться вглядеться в лицо робота.

– Хотя кому я об этом говорю?! Ты сделан из железа, и сердце твоё не бьётся, как человеческое. Тебе приказали изгнать демона – ты изгоняешь демона, не думая о последствиях, верно? Тебе ведь плевать на то, что с ним будет? – спросил дух и опустил голову.

Массивная металлическая фигура мерцала в темноте комнаты, а взгляд холодных глаз пригвождал мальчика к полу. Робот молчал.

– Я заберу мальчика к себе, если он того захочет, – сказал отец Фидес, разорвав тишину, – Но! – только если он того захочет, – повторил робот.

Мальчик недоумённо поднял голову и долгое время не мог найти слов.

– Уйдёшь ли ты добровольно, дух? – спросил отец Фидес.

Дух ухмыльнулся и выдал облегчённый смешок.

– Я уйду добровольно, святой отец, если ты пообещаешь мне кое-что ещё.

Отец Фидес выслушал просьбу демона и уверенно кивнул. Губы мальчика расползлись в широкой улыбке, его плечи опустились; робот приложил метку на своей руке к лицу одержимого, и вскоре всё закончилось.

***

Когда Джеймс проснулся, он обнаружил под собой чуть жестковатое одеяние; его затылок лежал на чём-то металлическом и тёплом.

– Уже проснулся, сын мой? – внезапно услышал он заботливый, немного странный голос.

– Да, я проснулся. Где Арманд?

– Арманд нашёл свой покой. Ему уже не больно, – ответил отец Фидес успокаивающим тоном. Джеймс на пару минут задумался.

– Я не помню, чтобы ему было больно. Вы изгнали его? – спросил он с лёгким оттенком осуждения.

– Нет, мальчик. Он согласился уйти. Что касается боли – не будь ему больно, он бы к тебе не пришёл, – сказал отец Фидес и посмотрел куда-то наверх, выше деревянного потолка, – Они никогда не приходят к людям, если у них всё хорошо. Я знаю, что Арманд пытался с тобой подружиться и хотел тебе помочь, но так он, скорее всего, пытался всего лишь заглушить боль внутри. Это был хороший дух, Джеймс.

– Тогда зачем было изгонять его? Он бы никогда не навредил мне, – с трудом выдавил из себя мальчик. Слёзы начали наворачиваться на