Петербургская Коломна - Георгий Зуев

К сожалению, это все, что я тогда смог припомнить о боевом корабле Балтийского флота, ставшем участником гибельного для России перехода 2-й Тихоокеанской эскадры из Петербурга на Дальний Восток.

Но, к великому стыду, я, коренной ленинградец, ничего толком не знал об Офицерской улице. Распространенные на Руси фамилия и имя Михайловой Анны Андреевны, проживавшей в 1904–1906 годах по указанному на открытках адресу, являлись для меня «тайной за семью печатями». Сплошные вопросы и неспособность толком ответить на них повергли меня сначала в стыдливое уныние, а затем настоятельно потребовали неотложной реабилитации в собственных глазах и глазах моего помощника – внука, свидетеля этого позора. Правда, в своем невежестве я оказался не одинок. Мало кто смог мне тогда ответить, где находится Офицерская улица и чем она примечательна в истории нашего города. Подобное обстоятельство, однако, меня не успокоило. Наоборот, подвигло на решение найти исчерпывающие сведения об одной из главных улиц Коломны, доме № 57 на ней, его жительнице Анне Андреевне Михайловой и о боевом пути героического крейсера «Алмаз».

Пришлось с головой уйти в захватывающую и интересную работу, превратиться на время в своеобразного детектива, с азартом поработать в архивах и библиотеках. Начались бесконечные переговоры и консультации с различными организациями и частными лицами. Поиск вывел не только на любопытные малоизвестные исторические материалы, но и на прекрасных людей, наших современников – скромных работников музеев, архивов, библиотек, щедро и бескорыстно делящихся информацией, советами с теми, кто занят розыском исторических материалов и документов, кто посвящает себя увлекательному делу – истории нашего замечательного города.

Цепная реакция этой человеческой щедрости позволила в конечном итоге успешно ответить на большинство интересующих вопросов, связанных с одной из печальных страниц истории российских военно-морских сил, со старейшей улицей Петербурга и с жизнью людей, некогда населявших ее дома.

Передо мной, как в многосерийном фильме, прошли нелегкие судьбы поколений наших сограждан, втянутых историей в водоворот трагических событий и потрясений. Поколений, которым все было отпущено полной мерой: счастье и горе, победы и поражения, известность, забвение, слава и бесславие. На их долю выпали времена величайших национальных смут и трагедий. В годы великих отечественных войн, при геноциде и терроре они страдали, голодали, подвергались тяжким преследованиям и репрессиям, но стойко переносили все испытания, не ожесточились сердцем, без ропота и особых обид несли тяжкий крест неимоверных унижений, нищеты и незаслуженного общественного остракизма. Многих из них не миновала вечная разлука с отчим домом, близкими и друзьями. Некоторым пришлось доживать свой век на чужбине, надеясь до последнего своего часа на возвращение к родным очагам, в Коломну, на Офицерскую улицу, чтобы умереть на родине.

Старинная улица, ее особняки и дома внезапно заговорили. Прошлое Офицерской, осознание, что именно здесь когда-то жили и творили известные государственные деятели России, великие русские писатели, поэты, композиторы и артисты, наполнило сохранившиеся здания духовным содержанием, особой значимостью и красотой.

Три простые, казалось бы, невыразительные старые почтовые открытки, годами лежавшие в старом альбоме или старинном комоде, стали поводом для интересного поиска, позволили из дымки забвения извлечь малоизвестные эпизоды жизни граждан России, «имевших свое местожительство в Офицерской улице», – людей, своими делами и поступками формировавших историю России. Нас многое связывает с ними, и, вероятно, по великому чувству сопричастности и уважения к нашим предкам и их делам нам дорого все, что они оставили в наследство, все, с чем соприкасались в своей жизни, что до сих пор хранит следы их благородных искренних деяний.

В предлагаемую вашему вниманию книгу включены некоторые фрагменты произведений автора, опубликованных ранее. Соединенные воедино, значительно дополненные и уточненные материалы содержат малоизвестные широкому кругу читателей и любителей исторической литературы сведения о нашем городе.

Автор искренне надеется, что его скромный труд, как и работы его коллег-краеведов, будет способствовать развитию исторической памяти петербуржцев.

Глава 1

«В Коломну, к Покрову…»

Оказалось все довольно банально и просто – улицу переименовали за десять лет до моего рождения. Не зная об этом, я неоднократно бывал здесь, часто проезжал по ней, в бестолковой суете повседневных дел и забот не замечая в современном облике улицы Декабристов величественные черты былого великолепия старой Офицерской. В привычной суматохе буден, в постоянной спешке мы, к сожалению, не обращаем внимания на сказочную красоту и удивительную гармоничность архитектурного облика этой оставленной нам в наследство улицы, с ее домами, особняками и строениями, созданными некогда великими трудами и талантом русских зодчих.

Район Офицерской улицы относится к числу интереснейших исторических мест города. Отдаленный ранее от центра столицы, он считался ее окраиной, представляя собой своеобразный заповедный уголок, сохранивший характерные черты этой старейшей петербургской местности с ее удивительным сочетанием разнообразных архитектурных стилей и насыщенностью биографий каждого дома.

На плане Петербурга эта часть города появилась уже в первой половине XVIII века и была названа Коломной.

Одна из городских частей Северной столицы, узкая полоска между Фонтанкой и Мойкой, от Вознесенского проспекта до устья Невы – именно так спланировал когда-то Коломну архитектор П.М. Еропкин.

Говорят, что название Коломна произошло от слова «колонны» – так именовал некогда прорубленные здесь просеки первый архитектор Петербурга Доминико Трезини.

Знаток истории этой части города А.Ю. Иванов полагает, что название произошло от подмосковного села Коломенского, откуда в новую столицу переселили мастеровых людей. Исследователи считают, что изначально основанием для подобного наименования скорее всего стали русизмы «коло» (около) и «мна» (меня). Иначе говоря, около столицы, около великого князя, царя, императора – «Коломна».

До сих пор существуют самые разнообразные версии и мнения о происхождении названия Коломна. Суждений много, но единого, достаточно обоснованного мнения наименования этой старинной петербургской местности до сих пор нет. На страницах исторических книг и журналов периодически появляются все новые и новые гипотезы, догадки и домыслы (и не более того) о возможном возникновении Коломны, которые, как правило, начинаются со слов «вероятно», «возможно», «полагают» и т. д.

Р. Вербицкий в заметке «Почему – Коломна?», опубликованной в «Панораме» от 14 мая 1987 года, ссылаясь на словарь В. Даля, сближает слова «Коломна» и «коломень» (окрестность, околоток), полагая, что окраинное положение этой части города могло послужить причиной появления столь необычного для Санкт-Петербурга названия городского района.

В. Антонов в шестом выпуске «Панорамы» за 1985 год, внимательно изучив старинные выпуски газеты «Санкт-Петербургские ведомости» и купчие документы XVIII века, отстаивает версию историка Санкт-Петербурга П.Н. Петрова о происхождении названия Коломна от итальянского «колонна» – межевой столб, просека, улица, слобода (по мере бытового расширения функционального значения слова). И действительно, в объявлении, помещенном в «Ведомостях» (1762. № 23), читаем: «На Адмиралтейской стороне между Глухою и Чухонскою речками в 21 коломне под № 1 желающим купить деревянный двор…» (Чухонская речка – старое наименование реки Пряжки).

Помимо итальянского слова «колонна» широко употреблялось и другое, с тем же значением, но заимствованное уже из немецкого языка – «колюмна»; например, в купчих 1780-х годов то и дело встречаешь это слово: «…в большой колюмне, между Фонтанкою и Глухою речкою.» или: «…на Адмиралтейской части, за Мьею речкою, в новопостроенных слободах колюмнах…».

Вот этот-то сплав из чужеземных слов «колонна» и «колюмна» и был, вероятно, переосмыслен русскими людьми в привычное ныне слово Коломна.

Любопытно, что в XVIII веке в столичном городе Петербурге, оказывается, существовало несколько районов, называемых Коломна. Та же газета «Санкт-Петербургские ведомости» в двадцатом номере за 1784 год поместила объявление о продаже частного жилого строения следующего содержания: «В Московской части в Коломне, по Басманной улице, продается дом под № 135 на жилых каменных погребах.».

Как известно, Московская часть находилась между Невским проспектом, Фонтанкой, Царскосельским (ныне Московским) проспектом и Лиговским каналом. Басманной называлась некогда нынешняя Колокольная улица, а весь район вокруг Владимирской церкви занимала с 1740-х годов Дворцовая слобода, населенная придворными, стремянными, свечниками, кузнецами, поварами и т. д. (Для них-то и была построена вначале деревянная, а затем каменная церковь. Кстати, Басманной улица звалась потому, что ее населяли басманники – придворные пекари.)