Временная мама (СИ) - Алешкина Ольга

Водитель обещал дождаться, но деньги за эту часть пути взял. Я вбежала на второй этаж и охнула – дверь не заперта. «Да, что с тобой такое!» — попеняла я и тревожно нахмурилась. А вдруг воры? Сомневаюсь, что не заперла её, обычно такие вещи делаются автоматически. Я тихонько толкнула дверь, на цыпочках вошла и заглянула в комнату.

Муж собирал сумку. Дорожную, с которой ездил в отпуск.

— Игорь? — удивилась я. — Ты куда?

Клянусь он вздрогнул. Вздрогнул и засмеялся:

— Лизок, напугала, блин! А ты чего, выходная сегодня?

— Нет, вернулась вот… — растеряно промямлила я. Признавать себя растяпой не хотелось, я дипломатично смолчала о утюге, который, кстати, выключила. Вот она вилка, с гладильной доски свисает. Я скинула в коридоре сапоги, вернулась в комнату и опустилась на краешек дивана: — Ты куда?

Игорь подошел, опустил руку на мое плечо и заискивающе произнес:

— Я на пару дней, коть. Вообще не справляемся! Ты представляешь, ничего не готово, полный бардак! Кассы не подключены, стойки бракованные привезли, сотрудников не хватает…

Он загибал в воздухе пальцы, перечисляя проблемы, но я уже не слушала.

— Подожди, подожди, — перебила его. — Давай, я позвоню Мите, почему ты должен за всем следить?

— Ну, здрасьте приехали! Митя меня попросил, а я получается жене нажаловался? Как ты себе это представляешь?

Да уж. Сначала на работу просились, теперь бежим от неё, выходит. Я только вздохнула на это, а потом сообразила, что мне ещё не нравится.

— Хорошо, а когда ты мне об этом сказать планировал? — Он виновато потупил взор и признался:

— В обед позвонить хотел, чтобы не отвлекать, у тебя же клиенты. Оттягивал, как мог, расстраивать не хотел. Коть, всего-то на пару дней, не дуйся.

— Ладно, поезжай, чего теперь, — поднялась я. — Тебе помочь?

— Нет-нет, мне всего-то пару футболок, бритву, да носки на запас. — Игорь чмокнул меня в щеку и добавил: — Беги, а то опоздаешь.

Я поцеловала его в ответ и ушла. А сбегая с лестницы, подумала: не слишком ли большая сумка для пары футболок?

«Господи, ты ещё сцену ревности закати!» — усмирила себя. Истеричкой тоже слыть не хотелось.

На работу я, конечно же, опоздала. Паниковская звонила мне, когда я в такси ехала, гневалась. Оказывается, у меня с самого утра назначена запись, а заглянуть накануне в журнал я не удосужилась — торопилась домой, зная, что Славик один.

Извинялась перед обеими, перед клиенткой было особенно неудобно, ждать заставила. И это хорошо, что дамочка не скандальная попалась, иначе Паниковская обязательно настучала хозяйке. «Вопиющий факт!», твердила бы она в телефон. Вообще-то, она Панькова Альбина Геннадиевна, администратор салона красоты «Альтернатива», где я тружусь маникюршей. «Мастер ногтевого сервиса», разумеется, но суть от того не меняется, я своей профессии не стыжусь. Паниковской Альбину прозвали, не в честь знаменитого персонажа, а из-за её приверженности сеять вокруг себя панику. Кто-то из сотрудников однажды назвал и, как водится, «прилипло». Рабочий день у меня случился плотным, расписанным по минутам, нагоняя в целом удалось избежать. Впереди два дня выходных, а к следующей смене Альбина уже на другой «вопиющий факт» переключится.

Я готовила плов. Игорь просто обожал плов. Два дня мы со Славиком питались как попало, в основном сосисками и овощами. Сосиски ребенок любил, но злоупотреблять им всё же не стоило. У меня уже шкварчало мясо в воке, когда позвонил Игорь. Оказалось, он снова не приедет, открытие послезавтра, ночь напролет готовиться станут.

— Папы сегодня тоже не будет, — поспешила я «обрадовать» Славика. Видела, ждет, самолетик ему мастерил.

Детская спина ссутулилась – оригами от меня прячет. Я прошла вглубь комнаты, присела на диван, так, чтобы стул, на котором сидел он, оказался рядом и предложила:

— Давай, я у тебя уроки проверю, а после ужина можем в приставку вдвоем поиграть.

— Нет. У меня папа уроки проверяет.

Он даже отвернулся немного. Сжался весь, закрылся от меня. Может, он боится общением со мной предать маму?.. Внешне он никаких привязанностей к родительнице не демонстрировал, тоски по ней никогда не замечала, скорее по отцу, но это внешне. Кто знает, что творится у ребенка внутри?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Но папы сейчас нет, — попробовала я ещё раз. Шутка ли, у ребенка третий день уроки не проверены! — Я только взгляну одним глазком.

— Я уже все сделал.

— И рюкзак собрал? — Славик кивнул. — Хорошо.

Ужинали молча. Я смотрела в печальные глаза Славика и подумывала о серьёзном разговоре с мужем. Работа, работой, но ребенок, в конце концов, тоже требует внимания. Мог бы и сам с ним о своей командировке поговорить.

Настя позвонила вечером, когда я и сама подумывала набрать её, разведать, так сказать, что там и как с этим открытием.

— Привет, подруга! — бодро начала она. — Ну, что, принимай поздравления…

Я принялась вспоминать какое сегодня число и что за знаменательное событие я умудрилась пропустить. Четвертое ноября. Дата ровным счетом ни о чем мне не говорила.

— С чем? — удивилась я.

— Как с чем?! Вот балда, у тебя муж управляющим стал, разве это для тебя не событие? Митя ещё утром приказ подписал.

— А-а… — протянула я и скомкано поблагодарила.

Мы простились, договорившись «это дело отметить», а я задумалась. Почему Игорь сам мне не сказал? Готовил сюрприз при встрече? Похоже на то.

Становился понятным его энтузиазм и рвение к работе, но на душе отчего-то кошки скребли.

Глава 2

Поначалу я решила устроить Игорю бойкот и не разговаривать. «Нет, не годится», – тут же передумала я. Молчу – значит, все устраивает. Еще, небось, обрадуется, что не достаю, можно отдохнуть спокойно. Тем более, бойкотировать больше суток я не способна. Я просто не смогу столько не разговаривать. В общем, моя идея с молчанкой была признана негодной.

Тогда я задумала поскандалить. Завтра же, когда он вернется. Но для этого мне требовалось на время куда-то пристроить Славика. Скандалить при ребенке недопустимо. Да и не скандал это вовсе получится, а так, перебранка, если разговаривать придется громким шепотом и подбирать слова. Я добьюсь того, чтобы он признал свои ошибки и извинился. Может, даже тарелку разобью. Полночи я прокручивала эту сцену: что скажу я, что ответит он, в голове сложился целый сценарий, и не в одном акте Славику не отводилось роли. Его присутствие явно излишне, потому как, апогеем, финальной сценой, у меня числился секс, символизирующий: ошибки учтены, а сложный отрезок пройден. И именно секс станет доказательством нашей любви друг к другу. Но куда деть Славика никак не придумывалось, требовалось ведь куда-то поблизости.

Возвращаясь домой, я уже всерьез размышляла об Ольге Матвеевне, соседке снизу. Женщина она одинокая, на пенсии, не исключено, что даже рада будет. И предлог маломальский найдется – подтянуть ребенку английский. Дополнительное занятие языком еще никому не помешало, а Ольга Матвеевна до пенсии английский преподавала. Осталось как-то преподнести эту идею Славику.

Темнота прихожей давила. К моему возвращению обычно Игорь находился дома, слышал повороты ключа в замке и шел встречать. Славик – никогда. Я надеялась, муж уже вернулся, но вместо него обнаружила исчезновение его теплой куртки из шкафа. Свободные плечики покачнулись, когда я весила свое пальто. Определенно не хватало куртки Игоря. Я заглянула в шкаф для обуви, обследовала гардероб в спальне… «Тук-тук-тук», — взволнованно стучало в груди. Полки мужа не откровенно пустые, но вещи оставшиеся на них из разряда «на дачу».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я ушла в кухню, прикрыла дверь и набрала мужа – без толку. Набрала ещё раз и снова не пожелал ответить. Что, черт возьми, происходит?!

Руки отчаянно тряслись, когда я их мыла. Я пару раз вздохнула глубоко и отправилась в комнату Славика.

 — Ты папу сегодня видел?