Битва за Новороссию - Александр Широкорад

Тут я немного отвлекусь и упомяну о забавной легенде, которую выдают за истинную правду в массивном двухтомнике «Русь-Украина. Становление государственности»: «От Мамая и его жены – дочери хана Золотой Орды Бердибека – происходит Мансур-Кият (Мансурксан). Он получил высший титул беглербея и основал города Полтаву, Глинск (Сумская обл.) и Глинщину (ныне Золотоноша). Его сын, татарский мурза Лексада (Алекса), принял в Киеве в 1390 г. христианство (в крещении Александр) и пошел служить вел. кн. литовскому Витовту. Его сын Иван отличился в битве на Ворскле. По легенде, после поражения в августе 1399 г. союзнических сил Витовта и Тохтамыша на берегу р. Ворсклы (на Полтавщине), Иван (по другой версии – его отец Александр) Мамай, а по-простому казак Мамай, спас жизнь вел. кн. литовскому Витовту, взявшись увести его от погони тайными тропами. Трое суток водил он князя по чащам, пока тот не догадался пообещать за успешное спасение княжеский титул и закрепить родовое урочище Глину и другие земли за ним в вечное пользование. Не удивительно, что после этого дорога из непроходимого леса тут же отыскалась. Новоиспеченный князь Глинский (бывший казак Мамай) дал начало роду Глинских.

В 1430 г. Витовт закрепляет за Иваном Александровичем Глинским земли, принадлежавшие его роду еще со времен его предка темника Мамая, в том числе города Полтаву, Глинск и Глиницу, и дарит новые поместья. Так Алекса и его сын Иван становятся родоначальниками литовских и русских (черкасских) князей Глинских. Иван Глинский-Мамай женился на Анастасии, дочери кн. Даниила Острожского.

Фактически, под их руководством находилось огромное автономное княжество, которое охватывало все днепровское Левобережье от р. Сейм до Курска на севере и до р. Самара на юге.

Второй сын Мансура Мамая Скидер во главе своего половецкого войска занял в 1390-х годах при поддержке Витовта западную часть Северного Причерноморья (от Днепра до Днестра). Под протекторатом Витовта Скидер основал на берегу Черного моря крепость Дашев (Очаков), расширив таким образом сферу влияния ВКЛ до Черного моря»[3].

Комментарии к сему научному опусу, на мой взгляд, излишни.

Но вернемся в низовья Днепра. Безымянный город, именуемый ныне как городище Тавань, расположено на левом берегу Днепра в 40 км выше Херсона. Там татары контролировали переправу через Днепр. Кстати, напротив Тавани, на правом берегу, также имелся небольшой городок.

Таванская переправа играла важную роль в Средневековье и в Новое время. Так, французский инженер Боплан[4] в XVII веке писал: «Таванская переправа весьма удобна для татар, так как река имеет одно целое русло не более 500 шагов в ширину»[5].

Десятки золотоордынских городов были построены и в бассейне Дона. Вот только несколько известных:

«Городище Краснохуторское. Находится у пос. Красный хутор Хреновского р-на Воронежской обл., на берегу р. Мечетка. Золотоордынское название населенного пункта неизвестно. В 1902 г. здесь были открыты развалины зданий золотоордынского времени, которые частично были исследованы в 1947 г. Раскопками выявлены остатки большого горна для обжига кирпичей, способного выдавать значительное количество той продукции, производившейся из местной глины. Неподалеку от него исследованы остатки монументальной кирпичной постройки, которая автором раскопок определяется как мавзолей-мечеть. Сделанные здесь вещевые находки и изученные сооружения датируются XIV в.

Городище Павловское. Находится в двух км от г. Павловска Воронежской обл. Золотоордынское название населенного пункта неизвестно, раскопки не производились. Памятник занимает площадь около 15 га.

Городище Тишанское. Находится у станицы Тишанской Волгоградской обл., в низовьях р. Хопра. Золотоордынское название населенного пункта неизвестно, археологические раскопки не производились. В 1821 г. здесь были разобраны кирпичи из остатков какой-то большой постройки»[6].

Кто и когда разрушил десятки золотоордынских городов в нижнем течение Днепра и Дона? Сами же татары, ногаи или другие дикие орды кочевников. Эти города еще ждут своих исследователей, раньше их было крайне мало и почти не предвидится новых, и дело не столько в отсутствии средств, сколько в политике. Исследования золотоордынских городов серьезно расширят наши познания о прошлом Дикого поля, но киевским политикам, делающим карьеру на русофобии, результаты раскопок ничего не дадут.

Как видим, Дикая степь – терра инкогнита для археологов. Но на раскопки у Киева денег нема. Зато огромные средства идут на «научные исследования», имеющие целью доказать, что Дикое поле и в XVII, и в XVI, и даже в I веке было исконной украинской землей.

Глава 2. Откуда взялись донцы и запорожцы

История Новороссии неразрывно связана с Запорожским и Донским казачьими войсками. Увы, объем и тематика книги дают мне возможность лишь фрагментарно рассказать о них.

А откуда вообще взялись запорожские и донские казаки? Начну с запорожцев.

Почти все дореволюционные и советские авторы утверждают, что запорожцы – потомки крестьян, бежавших от гнета польских помещиков. Так, один из самых авторитетных историков запорожского казачества, Д.И. Яворницкий, цитирует летопись: «Поляки, приняв в свою землю Киев и малороссийские страны в 1340 году, спустя некоторое время, всех живущих в ней людей обратили в рабство; но те из этих людей, которые издревле считали себя воинами, которые научились владеть мечом и не признавали над собой рабского ига, те, не вынеся гнета и порабощения, стали самовольно селиться около реки Днепра, ниже порогов, в пустых местах и диких полях, питаясь рыбными и звериными ловлями и морским разбоем на бусурман»[7].

Первые упоминания о запорожских казаках относятся к концу XV – началу XVI века. Между тем Киевское княжество было передано полякам только Люблинской унией в 1569 г., а до этого никаких ляхов в среднем течение Днепра не было, как не было там и крепостного права. Так что теорию возникновения запорожских казаков из беглых крестьян придется оставить как несоответствующую реалиям того времени. Я же берусь утверждать, что основу запорожского казачества составляли… местные жители.

Сразу же оговорюсь, что документальных свидетельств этого нет, но, с другой стороны, нет никаких свидетельств, опровергающих мое утверждение.

Начнем по порядку. Вспомним о таинственных бродниках, трижды упомянутых в русских летописях. Первое упоминание о бродниках относится к 1147 году, когда они в очередной княжеской усобице вместе с половцами пришли на помощь Святославу Ольговичу.

По мнению академика В.В. Мавродина: «Бродники – это тюрки-кочевники. За это не говорит, во-первых, то, что они христиане (воевода их целует крест во время осады их лагеря у Калки татарами), а во-вторых, имя их воеводы – Плоскиня, звучащее по-русски». Далее Мавродин пишет: «Бродники были смешанным населением степей Причерноморья, занимавшим едва ли не весь огромный край от Приазовья и Тмутаракани до Побужья, где подобного рода люд носил уже иное название – берладников, выгонцев и т. д. Бродников было не так уж мало, ибо иначе нечем объяснить известность бродников в соседних землях и, в частности, в Венгрии, отразившуюся в документах»[8].

Бродники в своих землях не признавали власти ни князей Рюриковичей, ни половецких ханов.

«Бродячий образ жизни, связанный с их полупромысловым хозяйством, делал их чрезвычайно подвижными, а военный характер общин бродников приводил к появлению бродников в качестве, по-видимому, наемников в рядах войск соседних государств. Бродники были у болгар, венгров, русских князей в качестве наемников до XIII века»[9].

После Батыева нашествия на Киев в 1240 г. и до конца XIV века история Киевской земли – сплошная черная дыра. Историк М.С. Грушевский писал: «Остается сказать еще об одном обстоятельстве – об отсутствии сведений о Киевской земле за вторую половину XIII в. и почти весь XIV в.»[10]

Данных о существовании местного летописания у нас нет, а ни князей, ни летописцев Владимиро-Суздальской Руси Киев абсолютно не интересовал.

Как же управлялась Киевская земля? По косвенным источникам, в том числе по сообщениям итальянского путешественника Плано Карпини, проезжавшего через эти места в 1246 г., южнее и западнее Киева вообще не было князей, а местным населением управляли атаманы (ватманы)[11], выбираемые вечем. Периодически приезжали татарские баскаки, которым атаманы сдавали дань.

Итальянский путешественник Джованни дель Плано Карпини писал: «Мы прибыли к некоему селению, по имени Канов (Канев. – А. Ш.], которое было под непосредственной властью Татар. Начальник же селения дал нам лошадей и провожатых до другого селения, начальником коего был алан по имени Михей, человек, преисполненный всякой злобы и коварства»[12].