Роковая ошибка профессора Гонзалеса - Збинек Черник

- Пан Водичка, посмотрите, пожалуйста.

Он вытащил из кармана спичечный коробок, открыл его и... что это?! В коробке находилась крошечная кукла.

- Какая хорошенькая, - вздохнул пан Водичка, - это что, брелок для ключей?

- Нет, - ответил Холм, - это профессор Альфонсо Гонзалес из Патагонии.

Сосед вытаращил глаза.

- Паршивец, отъявленный мошенник, скотина! - донесся из коробка писклявый голосок профессора Альфонсо Гонзалеса из Патагонии, который, разумеется, говорил по-испански.

- Что он такое несет? - удивился пан Водичка.

- Не стоит переводить, - ответил Холм. - Пан профессор у нас еще не адаптировался. Придется преподать ему манеры хорошего тона.

Позднее Холм охотно рассказал соседу, каким образом профессор Гонзалес оказался в спичечном коробке.

- Знаете, пан Водичка, прошлый раз, когда мы с вами беседовали, вы упомянули о ненависти, ревности и так далее. Вот я и решил, надо бы избавиться от плохих человеческих свойств, а хорошие приумножить. Я попробовал перестроить свой аппарат и, признаться, успешно. Теперь с его помощью можно не увеличивать массу, а уменьшать ее. Однажды ночью в мою лабораторию, конечно, без приглашения, явился профессор Гонзалес и влез в аппарат. Он-то был уверен, что прибор увеличивает массу. А оказалось наоборот! Но вот в чем загвоздка: до сих пор мне не удалось скорректировать процесс увеличения и уменьшения массы нематериального. Поэтому-то профессор Гонзалес, внешне превратившись в гномика, не уменьшил своей ненависти ко мне. Слышите, как он клянет меня на чем свет стоит? усмехнулся Холм, прикладывая коробок к уху пана Водички.

Оттуда раздались звуки, напоминающие мышиный писк.

Соседи сидели на скамейке и молча любовались заходящим солнцем. Наконец пан Водичка произнес.

- Я, пан профессор, вновь подумал о том, что вы мне уже говорили. Что мы якобы литературные герои.

- Боюсь, что именно так, - подтвердил Холм.

- Тогда, выходит, в действительности нас нет? - усомнился пан Водичка.

Холм не мог этого опровергнуть.

- Это уж совсем никуда не годится. А смогли бы вы, пан профессор, выдумать такой аппарат, чтобы вернуть нас в реальную жизнь?

- В реальную жизнь? - переспросил профессор Холм.

- Да, чтобы мы превратились в настоящих людей, чтобы мы существовали на белом свете.

- Наверное, смогу, - задумчиво произнес Холм. - Но запомните, пан Водичка, в реальную жизнь возвратимся только мы с вами. А этого, - Холм потряс спичечным коробком, - оставим в его домике и в литературе.

Пан Водичка не возражал.