Камикадзе на прогулке - Олег Кукса

Но, нужно признать, мой первый визит в систему Планеты Хаоса, по безопасному фарватеру, разведанному Ксенией Богатыревой, оказался довольно скучным — я всего лишь пару раз отклонился от курса, подчиняясь своему чутью. И пропуская шустрые точечки на дальнем энергорадаре, пересекающие наш курс…

Первые десантники, сумевшие прорваться к Новой Женеве сквозь атмосферу, дали бесценную информацию. Один успел заснять свою смерть, когда его ноги раздробила какая-то невидимая ловушка, перемоловшая и съевшая его заживо. Несмотря на боль, Зигмунд Штерн, отшвырнул в сторону одноразовый передатчик Дальней Связи и успел выложить на землю две видеокамеры, пока невидимое чудовище жрало его заживо. Гравидеструктор ему не помог — тварь и сама была гравитационной формой жизни, для которой залпы Хаммера[5] оказались комариными укусами. А запись смерти моего друга пошла на корм нашим Яйцеголовым.[6] Второй, мой сокурсник, Жан-Клод, сгорел, а последние кадры с его видеокамеры показали, как тело десантника что-то тянет в центр бушующего на камнях, еле различимого красноватого пламени.

Похоже, на самой планете тоже господствовали невидимые формы жизни, самых разнообразных форм. И ничего с этим поделать мы не могли.

Смерть файтера автоматически становилась сигналом к включению передатчика Дальней Связи. Пока передатчик не съедали местные невидимые чудовища, иногда прерывая трансфер собранных данных в самом начале передачи.

Вот такие дела.

Зато наличие бинокля-тепловизора, сканирующего в инфракрасном диапазоне, стало для файтера первой волны строго обязательным. Как и внутренний Хаммер, способный в сканирующем режиме гравилокатора определить гравитационные аномалии. Иы учились на своих же горьких ошибках — уже знали многое из того, что может привести к трагическому исходу на этой «гостеприимной» планетке. А затем нас, используя данные первых файтеров, добравшихся до поверхности, гоняли на пространственных симуляторах Планеты Хаоса, чтобы не погибнуть так, как парни, покинувшие наши ряды

Мои товарищи-предшественники в первом и, как правило, последнем сеансе жаловались на сильную головную боль, слабость в теле, почернение кожи от какого-то неизвестного облучения. Герман Штальке сообщил также, что, по его ощущениям, его обжарили в микроволновке, после чего его кожа почернела. Не прошло и получаса после облучения, как он ослеп. Но Герман все равно продолжал идти наощупь, используя гравилокатор Хаммера. Впрочем, его второй репортаж оказался, увы, посмертным — прежде чем невидимые энергетические твари успели сожрать работающий передатчик Дальней Связи, тот успел передать медицинскую телеметрию умирающего десантника, не оставляющую никаких надежд.

Везунчики, сумевшие живыми добраться до поверхности планеты, пользуясь горьким опытом, старались сбежать с места посадки. Невидимые твари не могли упустить момента и набрасывались на десантную капсулу и шаттл — только хруст стоял. И обреченный шаттл, доставивший десантника на поверхность, умирая, передавал первый и последний репортаж с планеты. В первую очередь — записи окрестностей, снятые с небольшой высоты, в то время как на видео десантный бот терзало что-то большое и невидимое.

Понятно, что находиться в месте высадки было очень опасно.

У пары файтеров еще были передатчики Дальней Связи, но больше они на связь не выходили. Впрочем, после потери связи говорить о том, что они погибли, было не принято. Скажем, так — достоверные сведения об их смерти отсутствовали. За исключением тех, кто включал передатчик непосредственно перед смертью, выбрав для последнего сеанса связи относительно безопасное место.

В общем, опасная у нас работенка намечалась. Но никто этого за годы нашего обучения и не скрывал.

Сколько десятилетий осталось у нас в запасе? Сколько лет? Или даже месяцев? Никто этого не знал. Земля начала подготовку к Катастрофе — спустя десятилетия замалчиваний о судьбе печально известной Новой Женевы, первой планеты, накрытой зоной неизвестных энергетических возмущений. Земляне спешно готовили огромные космические станции — для эвакуации миллионов и миллионов людей. Даже начали тренировки по гражданской обороне.

Эвакуация второй колонизированной системы, между Землей и Новой Женевой, была, не в пример, более успешной и, главное, заблаговременной. И, всего четыре месяца назад, на Земле началась самая настоящая паника.

Катастрофа надвинулась на Селесту…

Это была даже не полностью терраформированная планета, со все еще не подготовленой для колонизации атмосферой. Всего с тремя герметичными планетарными базами. Но на этот раз Катастрофу встретили во всеоружии. Многочисленная техника Дальней Разведки и биороботы нескольких видов, оставленные на безлюдной, эвакуированной Селесте, сняли подробные репортажи о гибели этих самых планетарных баз. Видеоматериалов, снятых автоматикой и роботами, было предостаточно.

В который раз подтвердилась еще одна неприятная особенность — техника гибла первой. А самыми последними — биологические обьекты и биороботы. Некоторые из них, особенно Парды,[7] специально находящиеся вдалеке от разрушаемых невидимым противником планетарных баз, вообще продолжали репортажи около двух недель. Потому что невидимых визитеров, как оказалось, в первую очередь интересовали все упорядоченные металлические и кристаллические структуры. Так что техника, увы, являлась для невидимого врага всего лишь очень вкусной едой. Особенно стальные сплавы и материалы, с примесями никеля, хрома, меди и так далее. Да практически все вещества, проводящие электричество. Особой популярностью у невидимок почему-то пользовались элементы с незаполненным электронным 3d-подуровнем. Особенно, железо[8] — не самый легкий и не самый тяжелый элемент. К чему бы это? Да и металлы с четвертым и пятым электронным внешним d-подуровнем, особенно молибден и вольфрам, тоже были в обеденном хитпараде-меню этих тварей на первых позициях.

Самый главный козырь техногенной цивилизации оказался минусом перед лицом Катастрофы. Мы не могли посылать в это пекло одну лишь автоматику. Толку от нее не было пока никакого — все равно что кинуть маленький кусочек мяса с кровью в аквариум с пираньями. Поэтому несколько десятилетий назад, после нескольких неудачных попыток прорваться к Планете Хаоса, ее и обьявили запретной зоной Внеземелья. Людьми же рисковать никто в начале Катастрофы не собирался. Поэтому и была сделана ставка на биороботов, внутренние биокомпьютеры и файтерские апгрейды, которые по своему составу мало чем отличались от тканей человека.

Кадры с гибелью биороботов, находившихся на базах Селесты, превращающихся в обугленные чернеющие трупы, и привели на Земле к панике. Зона Катастрофы несла в себе неведомые пока излучения, несовместимые с жизнью. И было это даже хуже радиации — мы пока не понимали природы этого смертельного излучения. Замалчивать последствия Катастрофы, закрывать на нее глаза, после нескольких неудачных попыток ее изучения, более не представлялось возможным. Уже стало очевидным — Катастрофа продвигалась по направлению к Земле. Она не потратила эти семьдесят два года зря, поглотив несколько звездных систем на пути к Земле…

Но главное — мы до сих пор ничего не знали о Катастрофе. Почему она первой обрушилась на систему Новой Женевы? Как ее можно остановить, если это, конечно, возможно? Именно поэтому Земля решилась снова направить подготовленных спецов Внеземелья прямо сюда — в сердце Катастрофы. В систему Новой Женевы.

Здесь были все ответы на наши вопросы.

Во всем этом был один единственный плюс — финансирование Дальней Разведки за последние десятилетия и ее полномочия значительно увеличились. Земле перед лицом угрозы требовались специалисты по Внеземелью. И файтеры, подготовленные специально для изучения территории, попавшей под удар Катастрофы. К таким-то файтерам я и относился, вместе со своими товарищами и друзьями, окончивших главную, парижскую Академию ДР.

Все равно — рано или поздно кому-то из нас повезет. Ведь мы уже разведали часть поверхности планеты. Нашли следы пребывания людей на ней. Значит шансы выжить — есть! И безопасные человеческие поселения — тоже есть! Нужно всего лишь дойти до них. Осталось совсем немного — чуточку везенья! И кто-нибудь из файтеров первой волны, сумевших добраться до поверхности планеты, наткнется на выживших в Катастрофе людей. Надеюсь, гибель каждого из нас, первыми ушедшими в десант на Планету Хаоса, не была напрасной.

Мы не могли зацепиться на поверхности, к сожалению, из-за того, что невидимые Убийцы в атмосфере не позволили ни одной группе шаттлов сопровождения вывести главную, десантную капсулу с файтером-десантником, в заданный район посадки. Садились там, где удавалось сесть. За десятки, сотни километров от намеченной, обжитой людьми цели. Иногда за несколько мгновений до того, как гибнул шаттл, доставивший десантную капсулу на поверхность Планеты Хаоса. Пока незамеченным прорвался к планете лишь один Сато Такеда.