Два брата - Руслан Белов

Вылизав рану, он попытался завести беседу; у него получилось и скоро Шарик знал, что брата зовут Лодырь.

Порадовавшись встрече с родной собакой, Лодырь сказал (по-своему, по-собачьи, конечно) что его хозяин очень несчастный человек, у него давно нет жены, детей, хорошей работы и поэтому он частенько бьет его, чем попало. Очень больно бьет, особенно если Лодырь не лает на прохожих или лает не очень злобно...

Шарик от этого сообщения пригорюнился. Он не знал, как помочь несчастному брату. А что на свете хуже всего? Когда из всех сил хочешь помочь, но не можешь...

– Ты не беспокойся за меня! – сказал Лодырь, почувствовав, что огорчил рассказом родную собаку. – Хозяин меня неплохо кормит – на неделю дает целую буханку хлеба. И мальчишка один меня иногда балует – то кашки манной в кармане принесет, то яичко, то бутерброд с маслом... Так что я неплохо живу. Вот только бы не бил каждый день...

Тут собаки услышали призывные крики Хозяина Шарика и его гостей.

– Иди, тебя ищут... – вздохнул Лодырь завистливо.

Шарик постоял немного, вздохнул тяжело и нехотя потрусил к Хозяину. Не успел он пробежать и нескольких метров, как сзади раздался глухой злобный лай Лодыря, зарабатывавшего свою буханку на семь дней...

Вечером после Клязьмы Шарик, вспомнив рацион брата, отказался, было, от целой миски ячневой каши, наваренной с куриными костями и обрезками сала. Но потом подумал, что Лодырь вряд ли бы одобрил его неумный отказ от вкусной и питательной пищи, и скоро миска была вылизана до блеска.

...Целую неделю Шарик ходил хмурый и лаял только на пьяных прохожих. Он ходил и думал о судьбе, которая одних собак кормит с золотых блюд, а других морит голодом или буханкой на семь дней. Думал, думал и пришел к мысли, что изменить этого нельзя, не в собачьей это власти, и все, что могут собаки – так это быть добрее друг к другу. И к людям, особенно несчастным.

Однажды в пятницу Шарик почувствовал, что с братом случилось что-то скверное. Дождавшись, пока Хозяин придет с работы, он повилял перед ним хвостом и умчался на Береговую улицу.

В доме было тихо, но Шарик чуял, что брат в нем. Перебравшись через забор с четвертой попытки, он понял, что брат заперт в доме, и ему очень плохо. Окна дома были закрыты крепкими железными решетками, и проникнуть в него собаке было никак невозможно. И Шарик побежал домой, к Хозяину – кроме него у Шарика никого больше не было.

Хозяин сразу уразумел, что с собакой происходит что-то неладное. Он обхватил ладонями голову жалобно скулившего пса, всмотрелся в его глаза и понял, что пес просит помощи и просит не себе. И хотя на столе стыл красивый борщ со сметаной, и рядом стояла бутылочка домашнего вина, Хозяин скинул домашние тапочки и, обув башмаки на босу ногу, поспешил за собакой...

Обследовав дверь, Хозяин определил, что она закрыта изнутри и пошел в соседний дом за топором. Когда дверь была взломана, люди увидели владельца дома, лежащего на полу без чувств. Рядом с ним скулил Лодырь. На шее его болтался обрывок цепи.

Пока люди вызывали скорую помощь, Лодырь рассказал Шарику, что позапрошлым вечером хозяин пришел домой очень несчастным и стал его колотить. От злости движений ему стало плохо, он упал, и Лодырь, разорвав цепь, рванулся хозяину на помощь, втащил в дом от дождя и бросился к соседям на помощь. Но выскочить из дома не успел – подул ветер, и дверь захлопнулась. И тогда он начал звать на помощь Шарика – ведь только родное сердце может услышать издалека и через толстые стены.

Когда скорая помощь уехала, Хозяин сказал Лодырю, что пару месяцев ему придется пожить вместе с ним и Шариком. Это были чудесные месяцы. Вечерами Хозяин отпускал собак погулять и люди, увидев их, трусящих рядом, вспоминали ставшую всем известной историю с захлопнувшейся дверью и говорили друг другу: "Смотрите, братья идут..."

Через три месяца хозяин Лодыря вышел из больницы здоровым и счастливым – одна из медсестер согласилась стать его женой. Лодырь вернулся домой. Но братья продолжали встречаться на Клязьме или друг у друга в гостях.