Стезя благодатная ('Дао дэ цзин', главы 1-24) - Лао Цзы

возможета жити вечно.

Зане мужъ мудрый самъ отступаетъ,

а первымъ бываетъ;

живота своего отрешаетъ,

животъ же си сохраняетъ.

Еда како сей своего ради не ищущи есть,

такъ и своему можетъ успевати.

Cтихъ и [8]

Добро вышшее яко вода есть,

ибо добро воды во благо тмы сущихъ,

сiе же въ тиши есть,

пребывающе идеже вси людiе в позоръ мнятъ,

и се, колико въ близь стези есть!

Да пребуди въ добре яко на земли,

да сердце соделай добра криницею,

да даруй же добро и подъ небеси,

да глаголи добро же съ верою,

да буди прямый, добромъ исправяй,

да верши добро всеми силами,

да движи добро ко времени.

Сего ради кiй токмо не въ распряхъ сущь,

сей будетъ не въ поношенiи.

Cтихъ (-) [9]

Имати яже скрывати я:

не како яже оставити.

Ковати иже точити и:

нельзя навечно сего соблюсти.

Злато и яшму въ каморы скрываяй

никтоже не въ силах сохранити сiя.

Вельможи, богатыи аще и велехвальныи,

они же сами лихо накличущи.

Егда же преуспеетъ и самъ отступаетъ,

сiе по стези небесней.

Cтихъ i [10]

Пекiйся сокъ и составъ объяти во едино:

возможешь ли не разделити сiя;

вращаяй же пнеуму аще до нежныя,

возможешь ли стати младенець си;

омывый и очистивый зерцало темное,

возможешь порокъ не имети ли;

любити же людiе и царства спасати

возможешь ли яко не ведущь си;

отверзай да затворяй Врата Небесныя

возможешь ли стати юницею си;

и вся розумеяй междю четырьми краи

возможешь ли яко не ведущь си;

Раждающу ю, доящу ю,

раждающу, а не владеющу,

ростящу, да не заколающу,

рекутъ ю тьмою благодатiю.

Cтихъ ai [11]

Тридесять спицъ единятъ въ колесо,

по среде ихъ ничто,

сiе же на пользы колесницы.

Жгутъ глину да будетъ сосудъ,

по среде и ничто,

сiе же на пользы сосуда изъ глины.

Пробiютъ входъ и оконцы,

да по среде ничто,

сiе на пользы жилища.

Посему имети я благо есть,

аще ничто же въ пользу.

Cтихъ вi [12]

Пяти красотъ ради очи человецы слепы,

пяти звукЪ ради ушы человецы глухы,

пяти вкусъ ради уста человецы черствы.

Верьхи скакати и зверя гнати,

сiе сердца человекъ твори безумна,

вещей же трудно обретомых ради

дела человекъ творятъ преступна.

Темже егда мудрому мужу правити,

сiе да утробы ради,

николиже очесъ ради.

Зане оваго убо принимаетъ,

оваго же отступаетъ.

Cтихъ гi [13]

Почесть и поношенiе яко страхъ

чтящу великыя страданiя яко плоть.

Кая сказанiе: почесть и поношение яко страхъ;

Егда низойти почести,

ея обретенiе яко страх,

и лишенiе яко страхъ же.

Кая сказанiе: чтящь великыя страданiя яко плоть;

Азъ того ради имамъ страданiя велiя,

понеже плоть азъ имамъ,

не имущу мне плоти,

откуду страданiя;

Сего ради чтящу плоть свою, юже подъ небом,

разве не доверятъ всякая под небом;

И любящу плоть свою, кая подъ небом,

како не отдати всякая под небом.

Cтихъ дi [14]

Егда зрети нань, не виждю,

имя ей нареку: найменьшая.

Егда внимати ей, не слышю,

имя ей нареку: предальняя.

Егда стязяти ю, не обретаю,

имя ей нареку: устраняющаяся.

Три сiи не могу исчислити,

понеже мутны суть яко одна.

Ей, одна!

Ея же горнiя не мельктати,

ея же нижнiя не гобзавати.

О непрестанная! оле беспрестанная!

Не могу нарицати ю,

зане вращается идеже несть сущихь.

Сего ради реку ю состоянiемъ кроме состоянiя,

образомъ кроме сущаго,

реку ю скрытою, непроглядною.

Постязаему не вижду заднiя ея,

сретаему не вижду главы ея.

Обуздавый же стезю днешнюю,

да владыченъ буду надъ всеми иже стали днесь.

Да ведятъ начало древняго,

яже рекутъ стези сканiемъ.

Cтихъ еi [15]

Древле добромъ стезею пребывшiе

мельчайшее постигаху, въ тьму проникаху,

коеяже глубину нельзя возжелати.

Во истину, юже нельзя возжелати!

Внутреннюю убо ея трудно сказати.

Да глаголалъ быхъ: о внятiе!

Сiе яко зимою сквозь воду бродити.

О осмотренiе!

Сiе яко странами четырьми настражену быти.

О чинiе!

Сiе яко гостiе чинити.

О растворенiе!

Сiе яко ледовидному езеру таяти.

О черствая!

Сiе яко бревну неотесану быти.

О звяцанiе!

Сiе яко потоку бурлити.

О дланiе!

Сiе яко въ юдоль уплыти.

Потоку же да утишитися,

неприметно убелитися,

покою же да двигнутися,

неприметно родити сiя.

Хранящий стезю сiю не желаетъ насытитися.

Во истину, токмо не желаяй насытитися,

темже можетъ ветшати, а не завершати.

Cтихъ si [16]

Доспети пустоты есть превыспреннейше,

блюстити тихость же правоправленiе.

Тма сущихъ вкупе совершаются,

азъ зрю ихже вращенiе.

На небеси сущи яко трава травою,

всякыи возвращаются къ корню своему.

Глаголалъ быхъ: сiе тихость,

тихость же рекутъ возставленiемъ,

возставленiе убо вечное.

Ведати вечнаго убо лепо,

не ведати вечнаго же съслепо,

съслепствуя вершити же лихо.

Ведай вечнаго же внутренняя,

внутренняя же да пребываетъ вождемъ,

вождь же да пребываетъ царемъ,

царь же да пребываетъ яко небомъ,

небо же да