Он сказал «нет» - Патриция Уоддел

– Значит, Гадлетт вам по душе?

– Ах, но ты же знаешь, я терпеть не могу одиночества. – Леди Олдершоу надула свои очаровательные губки. – Мне нужен был сопровождающий, чтобы посетить скачки. Пожалуйста, не сердись. Альфред совершенно безобиден.

– Но я вовсе не возражаю... – Граф пожал плечами. – И, конечно же, я не сержусь. Я не из тех, кто способен из ревности лишить даму удовольствий.

Внимательно посмотрев на графа, леди Олдершоу поняла, что тот действительно не проявляет к ней интереса. Значит, следовало сменить тактику. Разумеется, она не могла высказать ему все, что о нем думала, – граф, происходивший из богатого и влиятельного семейства, считался завидным женихом; к тому же он был замечательным любовником, и леди Олдершоу, после того как он покидал ее постель, засыпала, совершенно обессилев.

Взглянув на него с обворожительной улыбкой, она проговорила:

– Лондон в эти дни потерял всякую привлекательность, но мне претила мысль ехать прямо в Саутгемптон, поэтому я решила, что неделя-другая на курорте с минеральными водами пойдет мне на пользу.

– Да, Челтнем – прекрасный городок.

Леди Олдершоу понимала, что ее отвергают, отбрасывают, как будто последние три месяца ничего для Грэнби не значили. Он вел себя просто отвратительно! Какое ужасное равнодушие! Что ж, Грэнби еще заплатит за то, что так с ней обошелся.

Немного помолчав, леди Олдершоу с напускной беззаботностью продолжала:

– Может быть, мы еще увидимся в конце лета на званом вечере у Уолтема. Наверняка этот вечер станет событием года, ведь все жаждут познакомиться с новой леди Уолтем. Маркиз еще никому ее не показывал.

– Они недавно поженились, – заметил Грэнби. – Так что ничего удивительного.

Леди Олдершоу говорила о Маршалле Бедфорде, маркизе Уолтеме, и его молодой жене. Грэнби начал опасаться, что женитьба маркиза положит конец их дружбе, в тот момент, когда Маршалл зашел к нему, намереваясь выпить, чтобы забыть Эвелин Денсуорт. Грэнби проявил отзывчивость и предложил виски, причем двух бутылок оказалось мало.

К сожалению, маркиз все же не выдержал и женился. Он женился на прелестной Эвелин сразу после Нового года.

Леди Олдершоу упорствовала, она продолжала висеть на руке графа и ставила его в очень неловкое положение. Но тут удача улыбнулась Грэнби: к ним подошел Альфред Гадлетт, стройный, изящный и чернобровый. К тому же он имел титул баронета, земли и приличный доход.

– Рад видеть вас, Грэнби, – Гадлетт улыбнулся. – Захватывающее сегодня было зрелище, не правда ли?

– Да, действительно, – кивнул граф. Он воспользовался ситуацией и переместил обтянутую перчаткой руку леди Олдершоу на локоть Альфреда. – Прошу прощения, мне надо забрать выигрыш.

Час спустя Грэнби уже сидел в седле, он направлялся на север. Виконт решил проводить его немного, а утром отправиться своим путем. Их экипажи с багажом и слугами следовали за ними. Друзья договорились ближе к вечеру остановиться в Клив-Хилле – в этой деревушке имелась уютная гостиница, радушный хозяин которой гордился тем, что подавал лучший эль в Глостершире. На следующий день виконт собирался направиться к матери в Херефордшир, а граф – поехать в Уинчком, чтобы посмотреть лошадей.

Приятели, оба голубоглазые и светловолосые, подружились еще во время учебы в Итоне. Престарелый герцог Морленд – ему в те годы было уже за шестьдесят – называл их и еще троих юношей мальчиками.

Во время зимнего сезона, обычно по четвергам, мальчики собирались у герцога поиграть в карты. Эти визиты позволяли капризному старику следить за сыновьями своих друзей. И Грэнби, и Ратбоун могли бы обойтись без сурового надзирателя, но уважение к Морленду все же перевешивало, и молодые люди помалкивали, во всяком случае, открыто не выказывали своего раздражения.

– Если ты склонен и дальше развлекаться с леди Кендрик, то помни: ее дряхлый муж дружит с Морлендом, – посоветовал другу Грэнби. В это время они уже ехали по затененной деревьями дороге, соединявшей Челтнем с Престбери и Саутгемом.

Ратбоун, до этого насвистывавший что-то веселое, тотчас же нахмурился и, покосившись на приятеля, проворчал:

– С тех пор как Уолтем женился, все твое внимание направлено на меня. Найди лучше себе подходящую любовницу, если уж ваши отношения со сладострастной вдовой закончились. Воздержание плохо на тебя действует.

– Думаю, мне придется посетить несколько званых вечеров. Таким образом, я со временем найду себе подходящую даму. И я непременно позабочусь о том, чтобы у нее не было мужа, с которым можно было бы столкнуться в коридоре.

– Ты превращаешься в скучного моралиста, – усмехнулся Ратбоун и добавил: – Боюсь, мне скоро придется присутствовать на твоем венчании.

– Не беспокойся, не придется.

– Тогда найди себе женщину, какую-нибудь другую вдову. Во всяком случае, такую женщину, которая не стремится выйти замуж.

– Не стремится замуж? – Граф с сомнением покачал головой. – Вряд ли такая существует.

– Возможно, ты прав, – согласился виконт. – Но не забывай об увлекательности поисков.

Граф невольно поморщился. Проблема состояла в том, что в последнее время погоня за женщинами перестала его волновать. Наверное, потому, что за ними не надо было особенно ухаживать. Обычно дам притягивало к нему как магнитом. Титул, богатство и репутация неутомимого любовника, обожающего дарить наслаждение партнерше, – все это заставляло женщин бороться за его внимание.

Женщина, голова которой не занята постоянными мыслями о замужестве... Можно ли найти такую в высшем обществе? Грэнби очень в этом сомневался. Все дочери Евы с восторгом относились к браку, хотя порой и утверждали обратное. Даже леди Олдершоу пыталась заполучить его в мужья, а ведь у нее не было никакой причины вторично выходить замуж. Она не испытывала недостатка в средствах, так как унаследовала прекрасное поместье в провинции, роскошный особняк в центре Лондона и имела приличный доход.

– О чем ты задумался? – спросил Ратбоун, нарушив продолжительное молчание.

– Ни о чем, – пробурчал Грэнби. – Скорее бы добраться до гостиницы. Кружка эля и сытный ужин – вот что нам сейчас требуется.

– И сговорчивая горничная, – с ухмылкой добавил виконт.

– Ты неисправим, мой друг.

– Вы также, милорд. – Ратбоун рассмеялся. – День, когда ты не захочешь отведать женских прелестей, станет днем твоих похорон, и какой-нибудь косоглазый священник прослезится, стоя над твоей могилой.

– Надеюсь, так и будет, – с улыбкой ответил Грэнби. – Я не доверяю этим очаровательным созданиям – и в то же время с ужасом представляю, какой стала бы моя жизнь без них.