Огненный отбор - Мария Метельская

– Кто вам такое сказал?

– Я такое сказал.

– Вы ошиблись, соболезную.

Дэрриш громко вздохнул, прикрывая глаза рукой.

Прижавшись к спинке дивана, я тихо наблюдала, как он уверенно подходит к письменному столу и начинает хлебать воду прямо из графина.

Нервный какой-то стал. Сначала адепты доводили, а теперь ещё и отбор навязали. В отпуск бы ему.

Утолив жажду, мужчина посмотрел на меня с откровенной мольбой. Даже жалко стало.

– Оливия, ты хороший маг, умеешь обращаться с оружием и безупречно знаешь этикет. А ещё своенравная, себе на уме и врёшь хорошо. На данный момент ты – лучшая кандидатура на роль фрейлины-охранницы.

– Я ненавижу следовать этикету. Из меня выйдет ужасная придворная дама, и вы об этом прекрасно знаете, – мрачно возразила я, складывая руки на груди.

Ну правда. Какая из меня фрейлина? Терпеть не могу реверансы, формальности, званые ужины, которым больше подходит название «званые ужасы», и прочую аристократическую белиберду. Родители пытались учить меня светским манерам, да и я пробовала приобщиться к высшему обществу. Но не вышло. Или просто не захотелось.

– Не придумывай, – приказным тоном ответил Дэрриш, показывая, что эта тема закрыта. – У нашего королевства очень напряжённые отношения с драконами, поэтому Его Величество, помимо тебя, отправляет в Аргарион ещё несколько своих лучших воинов. Они не смогут ходить за вами всё время, как конвой, но будут день и ночь охранять покои принцессы.

Замечательно. Главное, чтобы меня не трогали.

– Отбор – не прихоть императора, а традиция. Так что Бертранд Оторе решительно намерен жениться.

– Сочувствую ему, – тихо буркнула я.

– Адептка Шэролл!

– Всё. Молчу.

Приложила пальцы к губам и выжидающе уставилась на раздражённого ректора.

– Отбор – не прихоть монарха, а традиция, – процедил Дэрриш, повторяясь. – В Аргарионе это своего рода проявление уважения к великим духам драконов-прародителей. Каждый повелитель выбирал и, как видишь, продолжает выбирать себе пару с помощью отбора. И предотвращая твой вероятный словесный поток – императора не заставляют насильно быть с кем-то. Половину девушек владыка выбирает сам. На остальных указывает дух великого дракона. – Ректор нахмурил лоб, вспоминая что-то, и продолжил: – Этот дух не просто выбирает первую попавшуюся девушку, а основывается на магической, физической и ментальной совместимости. Но последнее решение всегда за императором. Он сам выбирает себе жену.

– Откуда у вас такая информация? – перебив Дэрриша, поинтересовалась я, нервно сминая юбку длинного синего платья, официальную форму нашего учебного заведения.

– Его Величество поведал на аудиенции. Но я ещё не всё тебе рассказал. Есть много нюансов.

– Кто бы сомневался, – снова ляпнула я невпопад.

Ректор медленно выдохнул через нос и посмотрел на потолок.

Помолиться захотел?

– Оливия Шэролл, ты просто невыносима. Слушай и не перебивай! Видит Всевышний, я всей душой прошу тебя помолчать.

Ну, раз всей душой, значит, помолчу…

– Магия духов-прародителей работает на манер поискового заклинания – ищет невест по всему миру и выбирает наиболее подходящих. В этот раз, ко всеобщему удивлению, знаки избранниц появились не только у дракониц, но и у других рас. Духи отобрали тридцать девушек, в числе которых оказалась и наша принцесса.

Всё. Занавес.

Я скептически посмотрела на Дэрриша и выразительно приподняла бровь. Человек и дракон? Это невозможно. Мы несовместимы не только из-за взаимной неприязни, но и из-за физических особенностей. Если принцесса каким-то непостижимым образом станет императрицей, она просто не сможет подарить императору наследника. В лучшем случае родит полукровку, а в худшем – вообще никогда не забеременеет. Может, прародители драконов дали сбой и Катриона получила знак избранницы случайно?

– Я знаю, о чём ты думаешь. Даже сами драконы были ошарашены выбором невест, но духи не ошибаются. И с духами не спорят. Раз они приняли такое решение, значит, так тому и быть.

– А если отказаться? – полюбопытствовала я.

– И добровольно развязать войну между империями? Нет, ужасный вариант, – покачал головой ректор.

– Неужели Бертранд как-его-там настолько оскорбится отказу, что дойдёт до войны? Вряд ли он вообще захочет видеть в своём дворце людей, не говоря уже об их участии в отборе.

– Верно, но даже сам император не может пойти против воли духов. Они не просто ставят свою метку. Они наделяют её определённой силой… Хотя нет. Начну с другого. –