Самый крутой (Top Dog) - Дуги Бримсон

— Да вы что, охуели?! — вслух произнес он.

Автомобильная сирена заставила его подпрыг нуть, и, извинившись, он поднялся на тротуар, пропуская машину. Когда он снова оглянулся, то заметил, что один из саутгемптонских парней оторвался от толпы и переходит дорогу — не то чтобы прямо по направлению к нему, но под таким углом, чтобы отрезать ему возможность отступления слева. Затем появился другой, отрезая ему дорогу направо. И тут Билли понял, что он попал. Перед ним были явно не простаки, а настоящие бойцы. А получить взбучку от провинциалов с южного побережья ему не хотелось точно так же, как и от кого бы то ни было другого.

Билли огляделся и увидел, что через ничего не подозревающую толпу к нему пробираются еще двое, не без раздражения отметив, что вокруг не было никого, кроме салаг и фанатов.

— Твою мать! — с чувством произнес он, пытаясь сообразить, что бы такое предпринять. — Это может быть неприятно.

Ни тот, ни другой не вызывали у него желания махать кулаками — в такой толпе можно было только драться, а он почти не сомневался в том, что окажется на земле со всеми вытекающими из этого последствиями. У него оставался только один выход, и он воспользовался им без колебаний: Билли вышел на проезжую часть. Не обращая внимания на возмущенные гудки машин, он развернулся и двинулся в нужном ему направлении. Раздражение уступило место негодованию. Давно уже фаны из других клубов не осмеливались наезжать на кого бы то ни было в такой близи от Аптон-парка. Но что было еще хуже, так это то, что они попытались на ехать именно на него. Эти суки заплатят так или иначе. Может, прямо сегодня, а может, через год. Но они заплатят за это.

Когда первый из четверых последовал за ним и вышел на проезжую часть. Билли сконцентрировал все внимание, запоминая каждую черточку его лица, детали одежды и манеру поведения. Он укладывал это в память на будущее с такой тщательностью, словно ничего другого не существовало.

Лондонский пейзаж расплылся перед его глазами, а вечерний шум затих в отдалении, словно кто-то повернул ручку настройки.

— Ах ты сука! — рявкнул Билли и двинулся навстречу противнику. Движения его были расслаблены, руки слегка согнуты в локтях. Он был готов. — Ты даже не представляешь, в какое дерьмо ты вляпался.

Рей Джексон маневрировал на своем мотоцикле между машинами, когда заметил драку. Он проехал еще несколько метров и остановился. Откинув подножку, он нажал переключатель на приборной панели и сошел на проезжую часть. Громкий вой сирены тут же возымел свое действие — дерущиеся мгновенно расцепились и, обернувшись, уставились на него. Джексон снял шлем и направился к ним. Ближайшее лицо было ему знакомо по бесчисленному количеству предматчевых брифингов.

— А ну-ка проваливайте, а не то я вас арестую, — рявкнул он.

— Разве это справедливо? — вызывающе ответил Билли.

— Очень даже. Вали отсюда. А ты… — Рей повернулся ко второму типу и поднял палец: — Смотри мне!

С секунду он напряженно выдерживал гневный взгляд Эванса и только потом расслабился, когда Билли повернулся и начал пробираться сквозь сгрудившиеся машины. Рею было абсолютно наплевать, куда он направляется, его заботило лишь одно — соблюдение порядка.

Разделавшись с Эваисом, он сграбастал второго, подтащил его к обочине и, не обращая внимания на его протесты, с глухим стуком плотно прижал к стене дома.

— Знаешь, мне плевать, из-за чего вы повздорили, только теперь оставь его в покое. Понял? — Рей подождал, пока тот кивнул, и улыбнулся. — Тебе бы в ногах у меня валяться, детка. Ты хоть знаешь, с кем ты связался?

Билли ехал на своем «рейндж-ровере» по А 12 и тихо закипал. Несмотря на выигрыш 2:0, вечер выдался отвратительным. Несмотря на то что это было неотъемлемой частью субботних матчей, он терпеть не мог, когда до него докапывались. А сегодня он огреб по полной программе. И дело даже не в том, что на него наехали чужие фанаты, главное — что ему помог унести ноги полицейский. Теперь он мог позабыть о мести. Тот наверняка растрезвонил о случившемся, и теперь «Болейн» наводнен копами, следящими за порядком. Теперь ему придется ждать до начала следующего сезона. В конце концов, должен же он показать этим сукиным детям или как?

Билли закурил, взял телефон и не глядя начал набирать номер.

— Привет, детка, это я. Буду минут через десять, о’кей?

— Билли… — послышался в трубке ее голос, и он не смог удержаться от улыбки.

— Да?

— Заскочи в китайский ресторанчик и купи мне фу-юнь. Мне так хочется.

Билли выдержал паузу, чувствуя, как улыбка его расползается все шире.

— Чего же тебе хочется?

За этим последовал тот самый ответ, которого он и ожидал, — смех и неизбежная шпилька:

— Ну пожалуйста, ты же знаешь, я отплачу.

— Заманчивое предложение. Сейчас подсчитаю: фу-юнь стоит около двух сорока, что же я получу на эту сумму?

— Увидишь, — откликнулась она, затем понизила голос и томно прошептала: — Ты же знаешь, я стою того.

Билли рассмеялся и попросил ее позвонить и заказать все, что ей хочется, добавив, чтобы она не забыла карри и что он рассчитывает на приличные чаевые за доставку.

— Мистер Эванс, ваш заказ.

Билли встал и улыбаясь направился к стойке, чтобы забрать у молоденькой китаянки белый пластикатовый мешок.

— Спасибо, милая, я… — И тут до него донесся резкий, пронзительный голос, словно лезвием разорвавший пространство маленького ресторанчика.

— Постой-ка минутку! — Билли повернулся и уставился на единственного посетителя — молодого парня лет девятнадцати, который с исказившимся от чувства попранного достоинства лицом двигался по направлению к нему.

— Я приехал раньше этого типа. Где моя еда?

— Этот джентльмен сделал заказ по телефону, сэр, — нервно ответила китаянка, чуть ли ни кланяясь. — Я уверена, ваш заказ будет готов через минуту. Сейчас я схожу и проверю.

Парень удовлетворенно хрюкнул и повернулся к Билли, который рассматривал его с головы до пят.

— Какие-нибудь проблемы, старик?

Билли, не говоря ни слова, выпятил нижнюю губу и медленно покачал головой, чувствуя, как по затылку у него побежали мурашки.

— Тогда почему бы тебе не свалить отсюда? — продолжил юнец, даже не догадываясь, что тем самым подписывает себе приговор. — Если ты не хочешь, чтобы я размазал по тебе все это дерьмо.

Билли улыбнулся и кивнул парню, прежде чем двинуться к выходу. Ему предоставлялась реальная возможность одним махом сбросить с себя все накопившееся за вечер раздражение.

Уложив мешок в машину. Билли прислонился к капоту «рейндж-ровера» и сложил руки на груди. Он дождался, когда парень вышел из ресторанчика, оторвал верх фольги и запихал себе в рот пищу, после чего оттолкнулся от капота и сделал шаг вперед. Парень застыл на месте, только сейчас сообразив, что он ошибочно принял этого типа за обычного труса среднего класса и не разглядел исходящую от него опасность.

— Ну что… — проронил Билли, потирая подбородок и оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться в том, что тускло освещенная мостовая пуста. — Есть несколько вещей, которые по-настоящему выводят меня из себя; «Челси», Тони Блэр, общественный транспорт… и такие горлопаны, как ты.

— Д-д-да? — заикаясь пробормотал парень. Его надменный вид испарялся по мере того, как он пытался сообразить, что ему делать. — Ну, если вы хотите, чтобы я…

— Пустое, — откликнулся Билли, останавливая его движением руки и в то же время с каждым словом сокращая разделяющее их расстояние. — Меня совершенно не интересуют вяканья какой-то задницы.

Приблизившись на расстояние вытянутой руки, Билли остановился и улыбнулся.

— Хочу дать тебе один совет, сынок: никогда не приставай к незнакомым людям. Ведь ты же не знаешь, к чему это может привести. Ясно?

Парень начал кивать, и тут Билли со всей силы ударил его по кадыку. Захватив пальцами адамово яблоко, он вжал его в дыхательное горло, одновременно лишив парня и возможности дышать, и дара речи. Тот попытался отступить, но не успел сделать и шага, как на него навалился Билли. Схватив левой рукой его за затылок, он вырвал у него пакет и, не снимая фольги, принялся заливать кипящую жидкость ему в нос и глаза. В течение нескольких секунд он елозил фольгой тому по лицу, пытаясь заглушить все возможные звуки, на которые еще был способен парень, затем с ловкостью опытного уличного бойца перехватил его левой рукой за воротник, подтащил к машине и ударил обожженным лицом о крышу с такой силой, что на сточном желобке образовалась вмятина.

Подержав его в таком положении несколько секунд, Билли отвел левую руку и нанес правой точный и сокрушительный удар по почкам, с удовлетворенной улыбкой глядя на то, как парень непроизвольно икнул и начал сползать на землю, сначала упав на колени, а потом опустившись на четвереньки, одновременно судорожно пытаясь сделать вдох.