Красные искры света - Джейн Анна

– А то что? – рассмеялся брюнет. Кажется, такое поведение его только еще больше завлекало.

– По рылу схлопочешь, – деловито сообщил Ярослав, вставая. Однако тотчас вспомнил, что он не в том положении, и мысленно обругал и себя, и этого любвеобильного придурка, и, конечно же, Мельникову.

– Даже так? – мелькнул смех в глазах брюнета. – Занимаешься спортом?

– Бывает, – привычно ухмыльнулся Ярослав, расправляя плечи.

Этот жест несколько удивил брюнета, но отступать он не собирался, напротив, изловчился и провел пальцами по нежной коже лица. Глаза Ярослава едва ли не налились кровью.

– Р-р-руки, – предупредил он.

– Ударишь меня? – кажется, это прозвучало со смехом.

– А почему бы и нет? – прошипел оскорбленный Зарецкий. – Твоя харя просит хорошего кирпича, детка.

– Несмотря на то, что у тебя нет манер, ты мне нравишься, – заявил брюнет и кинул на стол несколько крупных купюр. – Я заплачу за тебя, и идем гулять. Я, знаешь ли, привык получать желаемое.

Зарецкий побледнел от злости. Его гордость, напротив, горела красным пламенем.

Карие глаза с усмешечкой смотрели на Яра. Их обладатель прекрасно знал, что унизил человека, посмевшего ему перечить.

– Да пошел ты, – вдруг на удивление спокойно произнес Ярослав, вспоминая, что можно сделать в подобной ситуации, кроме как ударить. В голову пришел сериал, который с упоением смотрела мама. Решение пришло мгновенно.

Парень протянул руку к стакану с водой, которую принесли вместе с эспрессо.

– Обольешь? – иронично спросил брюнет.

Ярослав, не сводя с него глаз, сделал приличный глоток и покачал головой. А после со всей дури выплюнул воду на обидчика, сделав вид, что закашлялся.

– Ой, простите, – пропел он, мерзко улыбаясь. – Вода не в то горло попала.

Все лицо брюнета с прищуренными темными глазами было мокрым, а на модной рубашке красовались потеки.

– Да я же тебя сейчас… – медленно выговаривая каждое слово, произнес он угрожающе. Но договорить не успел.

– Что тут происходит? – раздался до боли знакомый голос, в котором сейчас звенели нотки металла.

Ярослав обернулся и увидел Настю. И даже вздохнул с облегчением. Правда, тут же сжал зубы. Эта чудесная девушка напялила невесть откуда взявшуюся футболку с принтом в виде енота.

Анастасия между тем уверенно встала между ними: как обычно смелая, волевая и жаждущая справедливости. С гордо приподнятым подбородком и совершенно холодным, отстраненным выражением лица.

Брюнет сделал шаг назад, резким движением стянул со стола салфетки и глянул на Настю оценивающе.

– Что нужно? – спросил он уже не особо приятным голосом, в котором слышалась агрессия.

– А вам что, смею спросить? – ничуть не испугалась Настя, глядя мятно-зелеными с темной каемочкой вокруг радужек глазами на незнакомца.

Роста они были одинакового. Комплекции, естественно, разной. Кажется, бесцеремонный брюнет слишком много времени проводил в качалке.

«Смотрит как змеюка», – подумал про себя Ярослав, ловя себя на мысли, что восхищается этой наглой девицей. Нет, правда, наглости ей не занимать, как и пронырливости.

– Я первый задал вопрос, – неприязнь в глазах брюнета росла в геометрической прогрессии.

– И что с того? – пожала плечами Настя, которой было все равно, кто и как на нее смотрит. – И если уж мы придерживаемся этой логики разговора, то мой вопрос был первым.

– А ты правда хочешь его задать?

– А ты правда не хочешь мне ответить?

Взгляды их скрестились как шпаги. Ситуация становилась совсем уж неприятной.

Яр скорчил недовольную рожу и потянул подругу за руку. Как-никак чувствовал за нее ответственность. Правда, сейчас из него защитник аховый, однако если нужно будет…

Зарецкий попытался загородить спиной Настю, но та легко его оттолкнула. Яр тотчас совсем не по-рыцарски затаил на нее злобу. Он ее тут защитить пытается, а она!..

– Иди куда шел, приятель, – в это время сказал с неприятной улыбочкой брюнет. – И не лезь в чужие дела.

– Это моя девушка, – сказала Настя все тем же ледяным голосом. – Притяжательное местоимение «моя» предполагает, что ее дела – мне не чужие. Еще вопросы есть?

Яр чуть не засмеялся. Да что же за абсурд! Он – ее девушка!

Но еще абсурднее, что он – в ее теле.

А она – в его.

– О, вот как. Твоя девушка оскорбила меня и облила, – сказал зло брюнет, намекая, что кому-то нужно ответить за это.

– Я нечаянно. Подавилась, кха-кха, – дурным голосом заявил Ярослав под пристальным взглядом Насти.

– Можешь облить ее в ответ, – сказала девушка. – Око за око. Шучу, – все с той же интонацией добавила она. – Мы вызовем полицию.

– Что? – не понял брюнет, явно решив, что эти двое – с приветом.

– Опять шучу, – вновь произнесла Анастасия и взяла Ярослава за руку – осторожно, словно боялась сильно сжать. Другой рукой она забрала лежащие без дела на столике купюры, подумав, будто они – Яровы. – Нам пора. До свидания. Кстати, у вас крошки на губе. Быстро пошли отсюда, – прошипела она Зарецкому и потащила за собой к выходу, пока изумленный брюнет безуспешно искал крошки. – Пока он не захотел поговорить со мной «по-мужски»

– Но погоди, – вырывался тот, – ты же деньги взяла! Надо отдать! Давай вернемся!

– Я тебе вернусь! Мне с таким амбалом не справиться, Злорадский.

– Хватит коверкать мою фамилию!

– Хватить вести себя как ребенок!

– Но, блин…

Они спешно вышли из кафе на окутанную осенней дымкой улицу и быстрым шагом направились к светофору.

Солнце мазнуло по их лицам золотом.

– И почему ты сказала, что я – твоя девушка? – сварливо спросил Зарецкий, на всякий случай оглядываясь – брюнет не бросился в погоню.

– Потому, – была скупа на слова Настя.

– Ты могла бы сказать, что сестра!

– Может быть, мне тебя дочкой стоило назвать? – повысила голос девушка в теле парня. Ярослав Зарецкий был едва ли не тем единственным человеком, кто мог довести ее до белого каления всего лишь парой фраз. Талант, ничего не скажешь!

– Лучше бы вообще молчала.

– Лучше бы не плевался в людей.

Они остановились у пешеходного перехода. Стоящая рядом девушка оглядела Настю заинтересованным взглядом. Яр заметил это, схватил Настю под руку и довольно ухмыльнулся.

– Из меня вышел бы классный парень, да? – хмыкнула Настя, когда загорелся зеленый. Она тут же поймала удивленный взгляд той самой девушки и несколько смутилась.

– Конечно. О, этот легкий флер неприятностей, что ты несешь за собой, – проговорил Ярослав ангельским голоском.

– Я несу? – переспросила Настя, сердито сдвинув брови и отцепляя Ярослава от себя. – А ничего, что это из-за тебя?

– А ничего, что ты забрала его деньги?

– Его? Я думала, твои, – отозвалась с недоумением девушка, широко шагая по зебре. Яр за ней с трудом поспевал и еще больше злился из-за этого.

– А я говорил, что тебе думать противопоказано. Знаешь, когда люди работают в парах, кто-то из них является мозговым центром, а кто-то – исполнителем. В нашей вынужденной двойке я – голова, а ты грубая физическая сила, – с неприкрытым ехидством говорил Зарецкий, ускоряя шаг.

– Хватит нести чушь. Лучше объясни мне, что это было? – сердито спросила Настя, доставая из кармана ключи от машины. Ярослав чуть не взвыл – так хотелось ему сесть за руль своей малышки, но…

– Мерзотный тип пристал, не поняла, что ли? – огрызнулся он.

– Еще бы не пристал. Ты вырядился, как начавшая падать женщина.

– Куда падать? – не понял Яр.

– В бездну пошлости, – первой села в машину Настя. – Что за супервырез?

– Это ты лучше у себя спроси, – фыркнул раздраженно парень, спешно устраиваясь рядом на переднем сиденье. – Я сам офигел.

– Еще бы. Ведь этот вырез должен был быть на спине, – ласково потрепала его по волосам Мельникова.

– Чего?!

– Модель, знаешь ли, такая.

Яр в ужасе оглядел сиреневый пуловер с бантом, которому вместе с вырезом полагалось быть на спине, а не на груди.