Мой желанный мужчина - Ольга Сергеевна Шерстобитова

Какое-то время я молча смотрела на зависшую голограмму, затем закрыла ее и уставилась на шефа.

– Знаете, у меня даже фантазии не хватает, чтобы представить, как все члены совета по каким-то непонятным причинам передумали.

– Хватит оскорблений! – рыкнул Георгий Иванович, перемещаясь за стол.

Вот интересно, чем это я его оскорбила?

– Иди лучше, вещи собирай.

Я удивленно приподняла брови, не понимая связи.

– Ты отправляешься на Диантр.

– На маленькую межпланетную станцию в дальнем космосе со скромной лабораторией, где нет возможности нормально проводить исследования из-за нехватки нужного оборудования и финансирования? – все же уточнила я, чувствуя, что вновь начинаю закипать.

Пока я изучала ядовитых рыб на Тауксроке, меня непонятно почему пытались отправить в ссылку.

– Им нужен специалист твоего профиля.

Угу, учитывая, что в двух неделях полета от Диантра нет ни одной планеты, а изучают они, в основном, пролетающие метеориты. Ну, очень смешно!

– Нет.

– Что нет?

– Я туда не полечу.

Шеф уставился на меня, сощурился.

– Тогда в нашем центре, на данный момент, я могу предложить вам, Дайрон, только должность младшего лаборанта в отделе океанографии.

Я сделала шаг вперед, ухватилась за стопку бумаг, сворачивая ее в трубочку. Шеф подскочил на месте, метнулся к окну.

– Не дури, Дайрон! Пока тебя не было, твои лаборанты проявили непослушание, отказывались предоставлять результаты исследований без твоей подписи, и я расформировал отдел и распределил их по другим лабораториям.

Бумаги в моей руке хрустнули. Вот так, оказывается, бывает, возвращаешься из командировки, привозя отличные результаты работы, а твоего отдела больше нет, и сама ты больше не начальник, можешь претендовать лишь на должность младшей лаборантки.

– Вы с ума сошли? – все же поинтересовалась я.

– Ты опять смеешь меня оскорблять? Я еще, между прочим, директор этого исследовательского центра, вправе распоряжаться всем, что здесь имеется. И финансы, что шли на развитие твоего отдела, очень даже пригодятся для…

– Чего? – ядовито уточнила я.

Шеф поправил галстук, сглотнул.

– Для создания нового отдела. К нам сегодня специалист с Диантра прибыл, он и возглавит…

Я швырнула стопку бумаг на стол, которая рассыпались веером. Шеф подпрыгнул.

– До свидания, – коротко попрощалась я.

– Ты должна быть на корабле, отбывающем на Диантр, через четыре часа, – вдогонку крикнул он.

В приемной так и не обнаружилось секретарши, и я молча вышла из помещения, оказавшись в коридоре. Вдохнула поглубже, на миг прикрывая глаза и не зная, что делать дальше. Я безумно любила свою работу, я буквально ей жила, этого разве что слепой не видел. И от того внутри клокотало множество разных чувств. Гнев, обида, горечь и… бессилие перед обстоятельствами.

Что теперь остается? Подать прошение в совет снова и ждать неизвестно сколько, надеясь, что они вдруг по каким-то причинам передумают? Так ответ уже получен, семнадцать подписей стоят. К чему себя обманывать? Варианты согласиться на должность младшей лаборантки или отправиться на Диантр, я даже не рассматривала. Они лишали меня даже того, что я имею сейчас, какой уж тут думать о перспективах.

Я распахнула глаза и с трудом удержалась от желания вернуться в кабинет шефа и все там разгромить. Сжала кулаки, выдохнула и направилась к выходу.

По пути встретила множество коллег, старательно не замечая их любопытных взглядов. Каждый из них знал, что здесь происходит, но никто не сообщил мне, боясь потерять свою должность. Даже лаборанты, с которыми я проработала два последних года, промолчали, хотя я связывалась с ними перед отлетом с Тауксрока.

Наверное, в этот миг я окончательно поняла, что, живя работой, создавала себе иллюзию нормальных отношений среди коллег. Не замечала их зависти, странных взглядов и шепотков. Да какой там! Я практически ни с кем не общалась, разве что по рабочим вопросам. Много времени проводила в небольшом океанариуме при нашем центре. Его создали с целью реабилитировать редкие и ценные виды морских животных, которые зачастую попадали к нам после рук контрабандистов. Некоторые из них оказывались ядовитыми, пугливыми, защищались при встрече с человеком, но были честнее в проявлении своих чувств, чем окружающие меня люди.

У выхода из здания, как раз, когда оставляла на стойке охраны свой пропуск, на лиар пришло сообщение от начальника, куда прилагались файлы, связанные с предстоящим отлетом на Диантр. Сильно урезанные командировочные, зарплата раз в пять меньше моей нынешней, план работы… Мне стоило зайти и подписать все это в течение часа.

Я стиснула кулаки, шумно выдохнула и молча удалила файлы. Вырывающиеся ругательства сдержала, решив не доставлять любопытствующим удовольствия.

Оказавшись снаружи, направилась к флаеру и набрала координаты служебной квартиры. Лететь всего ничего, какие-то десять минут, а что потом… Я не знала. Все пыталась откинуть полыхающие эмоции, унять злость, прежде чем начать мыслить трезво, но никак не получалось.

Зайдя в жилой модуль, оставила чемодан с вещами у входа, прошла в ванную комнату. Несколько минут бездумно смотрела в зеркало, даже не пытаясь осмыслить происходящее, а после ухватилась за оставленную бутылочку с гелем для душа и швырнула его в зеркало. Знатный грохот и осыпавшиеся дождем под ноги осколки немного привели меня в чувство, и злость пусть не ушла окончательно, но отступила.

В этот момент раздался звонок, сообщающий, что мне привезли заказанные космические костюмы. Забрав доставку, бросила их на кровать в спальне и поняла, что оставаться на этой работе я дальше не могу. Решение полоснуло по сердцу болью, мне потребовалось несколько минут, чтобы принять это. После я поднялась и принялась собирать оставшиеся вещи. Их у меня было совсем немного, они уместились в полупустой после командировки чемодан и небольшую сумку.

Со сборами я справилась за час и как раз успела отправить сообщение директору центра, когда сработал лиар, и на голограмме появилась Инга, моя подруга с университетских времен и один из лучших морских биологов, которых я знала.

Меньше месяца назад она вышла замуж за начальника отдела программирования нашего исследовательского центра, и они с мужем только вчера вернулись из медового месяца. Учитывая и этот момент, и мой перелет, где постоянно сбоила связь, последние две недели мы практически не общались.

– Привет, Николь! Я безумно соскучилась, – улыбнулась отдохнувшая, загоревшая и невероятно счастливая подруга, явно еще не зная обо всем случившимся.

– Здравствуй, Инга!

Несмотря на все обстоятельства, я была очень рада подруге.

– Ты скоро будешь в центре?

Я посмотрела на Ингу, вдохнула поглубже и, наконец, ответила:

– Я уволилась.

Глава вторая

– Нет, ну надо же, какой гад этот наш Кравцов! Решил продвинуть на должность свою любовницу! – возмущенно мерила шагами наш закуток в океанариуме с мягким диванчиком, апельсиновым деревом в кадке и панорамным узким окном, Инга.

Ее рыжие кудряшки, собранные в высокий хвост на затылке, мелькали то тут, то там, напоминая маленький вихрь.

– Ну, я так и думала, что именно оттуда ветер и дует, – заметила, откусывая пирожное с клубникой