Истребительный батальон (очерк 1942) - Б. Б. Панченко

ручного пулемета. Несмотря на ограниченность боеприпасов для обучения командиров ничего не жалелось. И это себя полностью оправдало потом, когда пришлось на боевом поле вплотную столкнуться с врагом. Бойцы батальона неплохо стреляли, особенно во второй роте.

Боевое обучение батальона за исключением классных занятий проводилось в поле, на местах вероятной обороны завода и поселка. Во главу угла ставились не шагистика и не выправка, но батальон, возвращавшийся с занятий всегда поротно, при прохождении через поселок привлекал внимание. Однообразнее вооружение, полное снаряжение бойцов, их крепкий походный шаг, и бодрая песня останавливали всех. «Это истребительный батальон», – его знали все. Еще весной 42 года было несколько налетов вражеской авиации на завод и поселок. Батальон, вызванный по тревоге, первый прибыл в пострадавшие от бомбежки кварталы. Бойцы самоотверженно бросались в огонь, спасали жителей и имущество, выносили раненых, несли охрану. Всякое более или менее серьезное мероприятие, требовавшее вооруженной силы и порядка, поддерживалось батальоном. И эта школа сослужила свою службу. В тяжелые дни осады Сталинграда, бойцы и командиры самоотверженно выполняли свой долг до конца, как это подобало солдатам – партийцам, посланным на защиту родины.

II. ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЕ АВГУСТА 1942 ГОДА

Фронт был близко и это чувствовалось на всей жизни заводского поселка.

По широкой фронтовой дороге, пробегавшей через поселок, нескончаемой шумной вереницей пели в обоих направлениях колонны автомашин с боеприпасами, бензиновозы, артиллерия, шагали бойцы…

Вокруг поселка, на подступах к Сталинграду спешно возводились оборонительные укрепления. С утра и до поздней ночи там было многолюдно, шумно, работали с энтузиазмом, спеша к сроку выполнить боевое задание Городского Комитета Обороны. В воскресные дни туда выходили работать и все свободные рабочие и служащие Тракторного завода.

Ни частые воздушные тревоги, ни налеты вражеской авиации не смогли нарушить ровного трудового ритма большого завода и напряженного труда рабочих.

Ни на минуту не замолкая, гудел, вздыхал гигант-завод. Из низко срезанных труб ТЭЦ валил густой черный дым. застилая вокруг улицы, дома, парк.

Дважды в день поселок заполнялся толпой замасленных, закоптелых, усталых рабочих, отстоявших фронтовую смену. Люди работали много, не считаясь со временем, работали самоотверженно, знали, что враг близко, что нужны танки; и давали их столько, сколько требовал фронт. Из заводских ворот – на платформах, а на близкий фронт к Дону своим ходом уходили, одна за другой боевые машины.

23-е августа 1942 года. Жаркий солнечный день. Сухой, знойный ветер из Заволжья обжигал лицо, дышалось тяжело.

Завод и поселок жила обычной, по-фронтовому суровой жизнью и ничто, казалось, не предвещало, что этот день станет историческим днем начала великой битвы за Сталинград.

Время приближалось к полдню. На западе – глухие орудийные раскаты. К ним уже привыкли, но в этот раз их гул не только не затихал, но с каждым часом нарастал и приближался.

Вскоре за поселками Орловкой и Городищем стали видны громадные столбы пыли и дыма. Пахло гарью. В бинокль можно было рассмотреть десятки немецких бомбардировщиков и частые белые облачка наших зенитных разрывов. То тут, то там, пока еще вдалеке от поселка, вспыхивали воздушные бои.

Время шло… Было за полдень, Черные столбы от разрыва авиабомб приближались. На западе что-то ярко горело. Степь, насколько окидывал ее взгляд, была закрыта дымом. В дело начали вступать ближние зенитные батареи. Невооруженным глазом стали видны тучи немецких бомбардировщиков, пикирующих все ближе и ближе к Волге.

Позднее к гулу орудийных выстрелов зениток, грохоту от разрыва авиабомб стали примешиваться пулеметные и автоматные очереди. Они шли со стороны Дубовки, из-за бугра, но пыль мешала уточнить обстановку.

Положение усложнялось. Тревога нарастала. Связи с городом уже не было: провод не работал. Город беспощадно бомбился врагом. На фоне темнеющего неба резко вырисовывалось зарево пожаров, зажженных вражеской авиацией.

Требовалось принять срочные меры к охране поселка и завода в первую очередь, так как становилось очевидным, что прорвавшийся враг именно с северо-западной окраины хочет с ходу овладеть городом. Зенитные батареи, первыми принявшие бой, не могли, конечно, задержать продвижение врага.

Немедленно были брошены в бой два учебных танковых батальона, находившиеся на танкодроме Тракторного завода. Но нужны были новые подкрепления, и тогда по боевой тревоге собрали и отправили на передовую линию обороны истребительные батальоны города и народное ополчение Тракторнозаводского района.

В штабе истребительного батальона Тракторнозаводского района в этот воскресный день налицо был только караул и немного бойцов – рабочих завода, свободных от работы. Одни из них чистили винтовки, другие подучивали устав, читали газеты.

Когда был дан, много раз проверенный в учебных условиях, вызов по боевой тревоге то бойцы и командиры быстро собрались в штаб. Многие из них явились с работы из цехов, Другие только что сменились. Дома никто из них не был, но ни один не обратится с личной просьбой к командиру.

В сосредоточенном молчании бойцы разбирали оружие – винтовки, гранаты, одевал снаряжение, каски и бесшумно расходились по укрытиям.

Командир батальона, начальник 8-то отделения милиции капитан Костюченко, выслушав мой, как начальника штаба батальона, краткий доклад, отдал приказ – немедленно занять оборону по Мечетке и выставить заслоны к мостам. Отряд наш дополнительно вооружили пулеметами, гранатами. патронами.

Вместе с отрядом бегом по знакомым местам на боевую позицию. Каждый из нас сознавал что идем на ответственное дело: защищать завод, выстроенный своими руками, защищать родной город и Волгу.

От встречных, работавших на оборонительных рубежах, стало известно, что немецкие танки прорвались к поселку Латошинка и сейчас за бугром ведут бой с нашими зенитными батареями. Мы прибавили шагу.

Вот, наконец, и знакомая позиция. На ней во время учебных, тактических занятий, мы много раз проходили условную оборону поселка Быстро застучали лопатки, замелькала земля. Окопались, установили пулеметы.

Завечерело. Движение по дороге затихло Впереди за бугром слышны редкие пулеметные очереди и дробная трель автоматов Вдруг завывающий свист и сзади резкий, крякающий разрыв. Первая мина', Бойцы настораживаются Старый буденовец, командир взвода Москалев приземистый, широкоплечий мастер СТЗ расположившись в пулеметном гнезде, вспоминал об огне немецких окопных мортир в первую мировую войну.

Вскоре была установлена связь со штабом батальона и связной Талдыкин, молодой комсомолец из 10-го цеха завода, отразился с первым донесением к командиру, батальона. Штаб батальона прислал заводскую машину с дополнительными боеприпасами, а вслед за ней подошла группа бойцов батальона, задержавшаяся на работе в заводе.

Смерклось. Минный обстрел продолжался, но мины перелетали через наши головы, немцы вели огонь, явно не видя нас. В воздухе появились разноцветные нити трассирующих пуль.

Ночь темная, душная вступала