Дикие. След Первого Енота - Александр Лондон

Однако в мозгу бился вопрос: «Почему?»

Накануне стояла прекрасная ночь. Звезды усыпали небо гуще цветов на кустах терновника, а луна была такая круглая и яркая, что и дневное солнце устыдилось бы.

Китово семейство обитало в уютной норе с удобным входом под большим деревом и просторной комнатой, где отец с матерью работали над своими археологическими открытиями, пока Кит резвился снаружи.

В ту ночь Кит играл при свете луны с кроликами из-под соседнего дерева, показывая им, как завязывать и развязывать узлы на травинках. Кролики были в этом плане безнадежны, но им нравилось наблюдать за ловкими пальцами Кита.

Мама пекла на ужин пирог с яблочными огрызками, а отец изучал странный кусок камня, принесенный им из города под Рассеченным Небом в ходе одной из продуктовых вылазок.

Киту, рожденному под Большим Небом, не разрешалось сопровождать родителей в их экспедициях в город, где выстроенные Людьми высокие здания разбили небо, оставив только осколки, но он любил слушать тамошние байки.

– Город – место суровое и безжалостное, – объяснил ему отец. – То Люди ставят на вольных зверей ловушки и пытаются убить, то их ужасные питомцы охотятся на нас ради забавы. Даже сами Дикие строят друг другу козни и берут то, что им не принадлежит. Городская жизнь скотски жестока, Кит, и тебе лучше оставаться здесь, в лесах, под Большим Небом.

– Но ведь в городе живет дядя Рик! – возразил Кит.

– Да, брат твоей матери живет там, – согласился Китов отец. – Ему вполне уютно среди роющихся-в-отбросах-лживых-мерзавцев. А нам с твоей мамой не очень.

– Так это потому я никогда дядю Рика не видел? – недоумевал Кит.

– Он занят важной работой в городе, – сказала Киту мама. – А у нас важная работа здесь. Уверена, однажды вы познакомитесь.

Отец вернулся к разглядыванию куска камня, который держал в лапах. С одной стороны камень был идеально плоский, с рваными краями, словно его отломали от чего-то большего. На поверхности имелся отпечаток лапы; по словам родителей, так подписывались Первые Звери.

– Ты это в городе нашел? – спросил Кит.

– Не совсем. – Отец вздохнул. – Я купил его у странствующего оленя, а тот приобрел его у нервного суслика, который сказал, что выменял его у ежа в лавке под Рассеченным Небом. Я мгновенно узнал отпечаток. Азбан, Первый Енот.

– И что тут говорится? – спросил Кит.

– Понятия не имею, – отозвался отец. – Это мама у нас умеет читать по-старому.

– Ма-ам, – позвал Кит. – Что говорится на этом старом камне?

– Не знаю, сынок, – ответила мама. – Я была слишком занята ужином, чтобы как следует изучить находку. Вот если б ты научился готовить, вместо того чтобы играть с узелками, тогда у меня было бы больше времени на работу…

– Не подпускай парня к плите! – воскликнул отец. – А то нам придется питаться только желудевыми конфетами да пирогами на медовых сотах.

После ужина родители улеглись вместе с Китом в его отнорке, разгладив мягкую моховую постилку и позволив уткнуться им в мех. Мама рассказывала ему сказку, историю Азбана, Первого Енота, который перехитрил Брута, Князя Псов, в азартной игре и выиграл у него лунный свет. С тех пор людские питомцы, Безблохие, обречены на ужасный яркий свет дня. Только Дикие могут свободно носиться и завывать под прохладным лунным светом, сколько им угодно.

– Вот почему Безблохие никак не оставят наше племя в покое, – говорила мама. – Они хотят вернуть себе лунный свет. Они думают, мы отняли его обманом.

– Но ведь мы же их не обманывали, правда, мам? – спросил Кит. – Это же просто сказка, да?

– Нельзя украсть то, что раздается свободно, – отвечала ему мама. – Азбан был слишком умен, чтобы жульничать. Думаю, правда в том, что он выиграл честь по чести, а Безблохие просто ворошат старые истории в поисках предлога для ненависти к нашему племени… но не переживай по этому поводу. – Она погладила его по голове. – Тут, под Большим Небом, никаких Безблохих нет. Хорошо здесь жить, а?

– Ага, – согласился Кит и уплыл в сон, как раз когда взошло солнце, радуясь за Азбана и благословенный лунный свет…

…А затем: ВОЙ! ТРЕСК! ВОПЛЬ!

В енотье логово ворвались собаки. Отец уже сражался с ними во внешней камере, пока мама будила Кита. Она продела его лапы в рукава куртки, нахлобучила ему на голову кепку и сунула в карман кошель с орехами и семенами – аварийный запас денег. И велела бежать.

Она не сказала почему, от кого или куда.

И вот теперь он в замешательстве и страхе сидит один на дереве. Енот в бегах.

– Попал ты, парень.

Напуганный неожиданным голосом, Кит едва не свалился со своей ветки. Послышалось звяканье крохотного колокольчика.

– Да ладно тебе, – продолжал голос, – я друг по шерсти.

Кит посмотрел наверх и увидел ярко-рыжего кота со сверкающими желтыми глазами, пристроившегося на ветке над ним. На коте был лиловый ошейник с колокольчиком. От ветерка здесь наверху колокольчик тихо позвякивал. Звук его почти утешал.

Кит в замешательстве потянул носом воздух. Пахло от кота Безблохими – шампунем, и Людьми с их вычурной едой, – но в этом лесу Людей не водилось, за исключением охотников с их собаками.

– Ты… ты кто? – пролепетал Кит.

– Товарищ по лапе, друг по шерсти, коготь за коготь и все такое… – ответил кот. – Почему бы тебе не залезть ко мне, тут безопаснее, а там эти мерзкие старые собаки.

– Я не понимаю, чего они от меня хотят, – заскулил Кит. – По-моему, они… ранили моих родителей.

– Тсс, маленький друг, – успокоил его кот. – Поднимайся сюда, и мы обо всем поболтаем.

Кит бросил взгляд на воющих внизу псов, потом взглянул на странного кота наверху. Затем вонзил черные когти в кору и подтянулся.

– Приятно познакомиться, парень, – сказал кот. – Как тебя зовут?

– Кит, – ответил юный енот, смахнув полосатым хвостом слезу с темной шерстки вокруг глаз.

Кот положил лапу Киту на плечо. Кит заметил, что у кота по шесть пальцев на лапах, вместо обычных пяти. Почувствовал покалывание каждого из остро заточенных когтей на своей шубке.

– Добрая встреча, Кит, – продолжал кот. – Меня зовут Шестипалый – по очевидным причинам.

Кот улыбнулся, а Кит рассмеялся.

– Ты вроде славный парень, а ведь очень печально, когда со славными ребятами случается что-нибудь плохое, – добавил Шестипалый.

Кит кивнул.

Кот вздохнул.

– И разумеется, еще печальнее, когда все вроде бы наконец налаживается, а вместо этого становится гораздо, гораздо хуже.

Кит искоса взглянул на кота, растянувшего пасть в зловещей улыбке. Не говоря ни слова, кот спихнул Кита с дерева.

Кит падал и, падая, слышал, как в безумном злорадстве взвыли внизу псы.

– Отлично, Шестипалый! – гавкнул вожак стаи как раз перед тем, как Кит грянулся оземь и из него вышибло дух.

Глава третья

Короткое прощание

Силясь вдохнуть, Кит оглядел окружившие его кровожадные морды пяти гончих. Еще выше с дерева посматривал ярко-рыжий кот, шерсть его сверкала на фоне голубого неба, как второе безжалостное солнце. Ох, как затосковал Кит по прохладному лунному свету и безопасности семейного логова!

– Развлекайтесь, парни! – крикнул с дерева кот собакам. – Помните, мне не заплатят, пока он цел. То есть это вам не заплатят, пока вы его не порвете.

Кит содрогнулся. Собаки, утробно ворча, сжимали кольцо.

– Погодите! – крикнул кот.

Может, подумалось Киту, кот осознал свою ошибку. Может, он сообразил, что поймал не того енота, что ни он, ни его родители ничего не имеют против кого бы то ни было, не говоря уже о кучке Безблохих котов и собак. Они просто лесные еноты, живущие под Большим Небом и не трогающие никого – ни мохнатых, ни пернатых, ни клювастых, ни когтистых, ни крылатых, ни усатых. Может, теперь собаки с извинениями отпустят его домой, похлопав по спине, и к закату он с родителями уже будет смеяться над недоразумением.

– Голову не ешьте! – прокричал кот, прохаживаясь туда-сюда по ветке. – Боссу нравится оставлять головы.

Кот прошмыгнул по ветвям дерева, как по ровной дорожке, и исчез в золотисто-зеленом пологе листвы. Собаки продолжили ворчать, и сердце у Кита упало.

– Ты бы раньше слез, – сказал ему вожак. – Теперь я сделаю тебе больно. Думаю, я лично оторву тебе голову.

– А я хвост! – крикнул другой пес, бросаясь вперед.

– Перетягивание енота, перетягивание енота! – загомонили другие собаки.

Собаки, как всем известно, ничто так не обожают, как жестокую игру в перетягивание жертвы.

И как раз когда вожак стаи прыгнул на Кита, воздух наполнился вихрем серо-черной шерсти, раздался вопль, пес кувырком отлетел в сторону и брякнулся на землю вверх тормашками. Он долго бешено молотил лапами, силясь перекатиться на бок и снова встать.

– Оставьте мальчика в покое! – рявкнула Китова мама, принимая боевую стойку на задних лапах, между собаками и сыном.