Страж. Наемник - Кирилл Кривицкий

– Мой Хан, – спокойно ответил Риомайцах-По, встречая разъяренный взгляд Утак-Кату, – такого никогда не повторится!

– Ты прав, друг мой, – неожиданно успокоился хан, отпустил седую косу и сделал небольшой шаг назад, – мы с тобой ели с одного ножа, спали под одной попоной, спасаясь от ночного холода красной Киарской пустыни, ты не раз спасал мне жизнь в бессчетных боях, потому я тебя и назначил на этот пост. – хан заставил подняться Риомайцаха с колен, поправил его бордовый халат, – Ты по праву был на своем месте, сколько заговоров и покушений против меня раскрыл?

– Много, мой Хан. – ровным голосом ответил Риомайцах, смотря в черные глаза Утак-Кату, – Это моя работа, мой Хан, а значит и считать не следует. – Риомайцах резко склонил голову, отдавая честь, как принято в Кату-Киарском Халифате.

– Ты прав, мой друг, успехи считать не следует. – хан подошел к Риомайцаху, положил ладонь ему на плечо, улыбнулся и полоснул по горлу загнутым кинжалом. – Но ошибка всегда одна! – глаза Риомайцаха расширились, мужчина отшатнулся от хана, зажимая разверстую рану, сквозь пальцы обильно полилась алая кровь, пропитывая бордовый халат и расплываясь темным пятном.

Хан отвернулся, и посмотрел на напряженно наблюдающих за этой сценой шестерых человек. Не обратив на звук упавшего тела никакого внимания, хан медленно приблизился к людям.

– Позволить ворваться во дворец наемникам – непростительный просчет! – хан посмотрел на молодого воина, вытянувшегося перед повелителем, – Язулла-Цукен, объясни, как такое могло произойти?

Язулла-Цукен, молодой воин лет двадцати пяти, облаченный в коричневые жесткие парадные кожаные доспехи Иар-Кахула дворцовой стражи с золотым теснением на правом плече в виде скачущего по барханам коня, старался не выдать соей ненависти при взгляде на хана и проклинал присягу. При встрече с глазами хана, Язулла-Цукен до белых костяшек сжал короткое копье, зажатое в правой руке. Отполированное до блеска бессчетными тренировками древко, позволило обрести некоторое душевное равновесие.

– Мой Хан, я не знаю как они обошли охранные амулеты. – молодой воин, напрягся, зная, что хан скор на расправу и ошибок никогда не прощал, – Кахулов внешнего охранения наемники просто смели даже не заметив, но в самом дворце их перехватили Ацеллитские кахулы, схватили живьем ценой сорока своих жизней, Мой Хан.

Хан презрительно усмехнулся. – Сколько погибло воинов?

– Пятьдесят шесть кахулов внешнего охранения, – четко рапортовал Язулла, проклиная про себя трех магов, – сорок Ацеллитских кахулов, дальше я не знаю, на личном этаже Моего Хана не был.

Утак-Кату побагровел от еле сдерживаемой ярости, наотмашь ударил воина по лицу, заставляя отшатнуться остальных, Язулла-Цукен лишь скрипнул зубами и покрепче сжал древко копья.

– Сто с лишним воинов погибло из-за девятнадцати наемников?! – орал хан, обводя побелевшими от ярости глазами людей – Шестнадцать наемников положили почти половину дворцовой воинской элиты! Мне нанесли несмываемое оскорбление! Что им нужно было, в конце концов?!

Вперед выступил сухощавый высокий старик в сером с красными полосками халате и одной черной с седыми прядями косицей на затылке, как принято в Кату-Киарском Халифате, вся остальная часть головы была выбрита до зеркального блеска.

– Все просто, Мой Хан, они предприняли попытку ограбления сокровищницы, больше попросту незачем. – старик развел руками.

Язулла-Цукен скривился от такого заявления, Хан побагровел еще больше, схватился за рукоять кинжала, но спустя минуту оторвал руку, кивнул старику и вновь посмотрел на молодого воина.

– К этому мы еще вернемся. Язулла, почему такие большие потери?!

– Нет ничего удивительного, Мой Хан, в отряде присутствовало трое орков, четверо оборотней, двое гномов и семеро людей – рангом каждый не ниже мастера, к тому же ваш приказ, Мой Хан, взять их живыми. Я уверен, что трое полукровок не имеют никакого отношения к отряду и действовали сами по себе. – старик презрительно фыркнул, Утак-Кату посмотрел на него.

– Лакши-Хан, либо молчи, либо объяснись!

Старик степенно поклонился и прокашлялся, – По моим источникам, наемники два месяца пытались найти работу в Киаре, деньги закончились, вот они и пошли на ограбление, тем более три дня назад случилось доселе невиданное возмущение эфира, как следствие – выгоревшие амулеты внешнего охранения. Ваши придворные маги, Мой Хан, это подтвердят. – четверо магов молча кивнули и поклонились, – Старшие расы наиболее лояльно относятся к мерзким полукровкам, так что нет ничего удивительного, что к отряду прибились выродки. Воины были отвлекающим маневром, пока трое выродков пробивались к сокровищнице, но они не рассчитывали, что Ацеллитские кахулы их схватят, ну а ублюдки как крысы кинулись врассыпную, спасая свои шкуры. – Лакши-Хан, ухмыльнулся, – Что еще ждать от них?

Утак-Кату задумчиво пожевал губу, – Это походит на правду. – окинул взглядом магов. – Что с амулетами внешнего охранения?

Маги переглянулись, вперед выступил пожилой маг в темно-синем халате с мифриловым обручем на выбритой голове, посреди обруча, на лбу, словно вода, сверкал темно-синий камень.

– Амулеты полностью восстановлены, Мой Хан, лично проверял. – маг кинул взгляд на своего молодого коллегу, стоящего слева. – Мой Хан, – голос старого мага стал вкрадчивым – Чатлан-По нанес удар по третьему полукровке, от чего последний подвинулся рассудком.

Маг огня, молодой мужчина в ярко-алом халате и обручем с алым камнем на лбу, дернулся как от удара. – Я лишь выполнял свой долг.

Утак-Кату пристально посмотрел старому магу в глаза. – Итак, Цайкан-По, ты доказал свою преданность. – хан отвернулся и бросил мимолетный взгляд на мертвое тело – Риомайцах-По уже заплатил за свою ошибку, теперь твоя очередь Чатлан. – молодой маг с ненавистью посмотрел на старого мага и стиснул челюсти. – Ты выполнял свой долг, но сделал даже не одну непростительную ошибку, а целых две! – Утак-Кату отвернулся, сжал в руке овальный амулет, висящий на груди, маг огня захрипел и упал на колени, а когда поднял голову, в его глазах отразилась такая дикая безысходная тоска и боль, что остальных магов передернуло. – Надо решить последний вопрос. – хан пристально посмотрел на людей – Внутренняя охрана отправлена на арену искупать свою вину, за то, что пропустили во дворец наемников и упустили ублюдков. Язулла-Цукен, ты как Иар-Кахул дворцовой стражи обязан разделить участь своих людей. – воин облегченно перевел дух, хан скривился в ухмылке – Я предоставляю тебе выбор, либо ты занимаешь место смотрителя гарема, за что высказался каждый воин, либо отправляешься на арену, выбор за тобой.