Тот, кто полюбит все твои трещины - Рафаэль Боб-Ваксберг

– А-а-а, – ежится Дороти. – Я и забыла о записи имен в Книге Вечной Преданности полуслепым демоном любви.

Я морщусь:

– Тебе не кажется, что это немного старомодно? У моего двоюродного брата Джереми на свадьбе не было свечей, и с его браком все оказалось в порядке, даже без записи имен демоном любви.

Дороти бросает на меня резкий взгляд, и я знаю, о чем она думает. Разве мой двоюродный брат Джереми не жаловался всего неделю назад на новые ковры, купленные его женой для второго Святилища Размахивания Руками, что они обустроили в своей наземной Молельной Хижине? Возможно, они бы лучше понимали друг друга, если бы у них на свадьбе были свечи, при свете которых демон любви смог бы точно записать имена в свою книгу. Я знаю, что эту битву не выиграю, но подчеркиваю еще раз:

– Очевидно, что мы не сможем сделать всего. Мы пытаемся не усложнять.

Никки не сдается:

– Хорошо, но неужели так сложно поставить свечи? Я не говорю, что вам нужно арендовать дирижабль или что-то типа того. Это всего лишь свечи. Их можно купить в ближайшем Rite Aid[1].

Дороти смотрит на меня своими большими орехово-шоколадными глазами, и я понимаю, что это то, чего она хочет, хотя именно она с самого начала говорила, что нам не стоит усложнять.

– Давай посмотрим, что есть в Rite Aid, – предлагаю я.

Дороти начинает светиться как Рождественский Горящий Боров, и я смиряюсь с идеей, что на нашей свадьбе вдоль прохода будут расставлены свечи по высоте.

Но главное, о чем у всех есть свое мнение, это на каком этапе церемонии приносить козлов в жертву Каменному Богу.

– Лучше сделать это как можно скорее, – говорит моя мать. – Так вы пораньше с этим закончите, и все будут знать, что Каменного Бога умилостивили, а значит, это законный и благословенный брак.

– Ты шутишь? – говорит мой младший брат. Он учится в университете на факультете заклания козлов, поэтому, естественно, у него на все есть свое мнение. – Вы знаете, сколько будет крови? Нужно проводить обряд в конце, иначе поскользнетесь на козлиных кишках во время Танца Лесного Эльфа-Рогоносца, ваши свадебные мантии будут в крови, и в итоге видео с вашей свадьбы окажется в одном из этих блогов о свадебных фейлах.

В этот момент я не нахожу в себе душевных сил сказать ему, что мы не планируем исполнять Танец Лесного Эльфа-Рогоносца, что мы, скорее всего, не будем надевать традиционные свадебные мантии и что мы точно не будем нанимать видеооператора.

Мама качает головой.

– Не так уж и много там крови, – она смотрит прямо на брата, – если нанять хорошего заклателя.

Его лицо заливается краской, как бывает всякий раз, когда ему кажется, что никто не воспринимает его всерьез.

– Даже если нанять лучшего заклателя в городе, – говорит он, – даже если нанять Джозефа Навеки Освященного…

– Я тебя умоляю, – усмехается мама. – У Джозефа Навеки Освященного запись на месяцы вперед.

– Да даже если бы не было, – говорит брат. – Я тебе говорю, будет очень много крови.

Дороти накрывает свою пасту маринара салфеткой:

– Я больше не голодна.

– Прости, – говорю я по дороге домой из Olive Garden. – Я знаю, что мои родные иногда слишком наседают.

– Я люблю твою семью, – говорит Дороти. – Они всего лишь пытаются помочь.

– Мы должны были просто сбежать вместе, – говорю я. – Мы бы обошлись без всей этой суматохи, а деньги пустили на медовый месяц. – Еще не закончив эту фразу, я уже понимаю, что это глупость, потому что а) какие деньги? Единственная причина, по которой мы вообще можем позволить себе свадьбу, это то, что отец Дороти единолично заправляет и/или ворочает делами Пророческой Рунной Компании и может проспонсировать нас из бюджета своего филиала. Поначалу я испытывал смешанные чувства по поводу корпоративного спонсорства нашей свадьбы, но все-таки это папа Дороти – не то чтобы мы продавались LensCrafters или кому-то еще, – и если это означает, что мы сможем провести свадьбу в Хорошей Церкви с витражными окнами и комфортными скамьями вместо общего зала местного дома отдыха, который, сколько бы свечей в нем ни зажгли, всегда пахнет хлоркой и творогом – как если бы кто-то попытался вывести запах творога хлоркой, но потом стало слишком пахнуть хлоркой, поэтому туда принесли еще творога, и по сей день в муках стараются добиться идеального соотношения творога и хлорки, – в общем, если нам удастся избежать всего этого бардака, может быть, это и стоит нескольких стильных баннеров Пророческой Рунной Компании и краткого упоминания в наших клятвах многих преимуществ и применений дважды освященных пророческих рун (доступных по разумным ценам). Однако далее, б) даже если бы мы могли позволить себе поехать куда-то на медовый месяц, мы оба знаем, что у меня не получится взять отпуск. Я и так планирую работать на Урожайной Неделе, потому что в каменоломне во время праздников полуторная ставка, и я рассчитываю на нее, чтобы было чем платить за квартиру, пока Дороти получает степень магистра по социальной работе.

– Честно, единственное, что не дает мне покоя, – это козлы, – говорит Дороти. – Как только мы разберемся, что делать с козлами, все остальное встанет на свои места.

Внезапно мне приходит безумная идея. Настолько безумная, что мне кажется, я даже не могу произнести ее вслух, но как только она оказывается у меня в голове, у меня возникает ощущение, что я уже не могу ее не произнести, поэтому выпаливаю:

– А может, обойдемся вообще без козлов?

Дороти замолкает на мгновение, и я уже знаю, что, как только остановлю машину, она выскочит, убежит и больше никогда не заговорит со мной, и в следующий раз я увижу ее только на обложке какого-нибудь вульгарного таблоида, лежащего на кассе в супермаркете, с заголовком «Мой жених не хотел приносить в жертву козлов!».

Но вместо этого Дороти говорит:

– А так можно?

И я говорю:

– Дороти, это наша свадьба. Мы можем делать что захотим.

Она улыбается, и я чувствую себя так же, как наверняка чувствует себя Кларк Кент[2], когда слышит, как кто-то болтает о Супермене.

Но желание делать что захотим оборачивается лютой головной болью, стоит нам обратиться за разрешением на вступление в брак.

– Сколько козлов вы собираетесь принести в жертву Каменному Богу? – спрашивает Женщина в Окне № 5.

– Мы не будем жертвовать козлов Каменному Богу, – гордо говорю я. – У нас не такая свадьба.

Женщина опускает глаза на свой бланк, затем снова поднимает на нас:

– Значит,