Два дерзких ограбления - Эмили Эктон

– Мы не знаем, зачем она нужна, – повторил Оскар, видимо, стараясь успокоить самого себя. – Видал я такое по телевизору. Нам всем не поздоровится! Вполне вероятно.

– Всем не поздоровится… – повторила Милашка.

– Наступит конец света, – зловеще продолжал Оскар.

– Конец света, – снова повторила Милашка.

– А как же! – сказала Уолт, пиная коробочку лапой.

– Придумаем что-нибудь другое, – предложил Оскар. – Согласны?

– Да! – воскликнула Милашка.

– Конечно, согласны. Не будем трогать секретное устройство, – произнесла Уолт, нажимая кнопку. – Ой-ёй! А уже всё.

– ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛА! – завопил Оскар и прикрыл крыльями голову, спасаясь от возможной опасности. Милашка снова попыталась залезть под диван. И снова безуспешно.

Наступила тишина.

– Ну, видите же, совсем ничего не происходит! – заявила Уолт, опять ударив лапой по кнопке. – Эта штука ничего не делает. Миссис Фуд, скорее всего, просто пошутила.

– Несмешная шутка, – буркнула Милашка и, пятясь, выползла из-под дивана. Она так часто совала под диван нос, что он уже начал лысеть. – Ни капельки не смешно!

Если честно, то Милашка и раньше не была в восторге от чувства юмора миссис Фуд. Вот что смешного, когда тебе сначала говорят «пойдём прогуляемся», а потом «ой, совсем забыла, мы же идём к ветеринару». Это её любимая шуточка.

– С нами могли случиться ужасные вещи, – мрачно сказал Оскар. – Мы все могли погибнуть! Я предлагаю ввести в доме новое правило о нажимании кнопок.

Уолт лизнула лапу и покачала головой:

– Я нажала на кнопку. И что? Подай на меня теперь в суд. Только вот ничего не случилось, так ведь?

И тут они услышали звуки сирен.

Глава 2

– А вот это мне уже не нравится, – пробормотала Уолт. Она, кажется, впервые почувствовала себя неуверенно.

Потом двери распахнулись, и в квартиру ворвались незнакомцы. Милашка, притаившись под кофейным столиком, увидела, как три незнакомца обшарили квартиру. Они были в одинаковой одежде, и слесарь Боб был явно с ними заодно. Милашка зарычала. Вот предатель!

– Захватчики! Захватчики! – завопил Оскар и спрыгнул с перекладины на пол клетки, стараясь шуметь как можно громче. Клетка так раскачивалась, что едва не свалилась на пол.

Уолт запрыгнула на книжную полку и яростно зашипела на негодяев, которые проявили большой интерес к миссис Фуд.

– Одно неверное движение – и прыгну на вас, – сказала Уолт, обнажая когти. Она случайно сбросила с полки книгу, а потом посмотрела на неё так, чтобы та прекратила свои шуточки. Книга не рискнула продолжать.

Отпугивающее зрелище, которое устроили Уолт и Оскар, похоже, совсем не напугало незнакомцев. Милашка сомневалась, что она способна напугать кого-нибудь своим рычанием, но старалась изо всех сил.

Если честно, то захватчики вообще не обратили на животных никакого внимания и сосредоточились на миссис Фуд. Милашка была уверена, что незнакомцы проводили над ней те же эксперименты, что и они с Оскаром. Но у людей получалось гораздо лучше. Всё потому что у них были руки и гибкие пальцы, а ещё они, похоже, знали, как действовать правильно.

– Они хотят проверить её жизненно важные органы? – спросила Милашка и уставилась на слесаря Боба. Позже он за всё ответит. Никто не может безнаказанно предавать миссис Фуд! Точно уж не на глазах у Милашки.

– Пусть только прикоснутся к её жизненно важным органам, и я точно прыгну на них с обнажёнными коготками, – прошипела Уолт.

– Они её будят? Что они делают? – яростно кричал Оскар. Уолт по-прежнему размахивала хвостом и заслоняла весь обзор, поэтому ему почти ничего не было видно.

– Они даже не проведут эксперимент с носом? – поинтересовалась Милашка, внимательно за всем наблюдая. – Это же первое средство для пробуждения!

– Пусть только попробуют сделать! Как уж я прыгну! – снова прошипела Уолт, вытягиваясь вперёд и угрожающе раскачиваясь на кончиках лап. – Мы должны спасти миссис Фуд!

– Уолт, не надо! – крикнул Оскар, прыгая на стенку клетки. – Миссис Фуд уже не поможешь! Надо спасаться самим!

Похоже, Оскар оказался прав. Три проходимца сгребли миссис Фуд и, прежде чем кто-нибудь напал на них, уложили её на штуковину с колёсами и выкатили в коридор. Потом Оскар объяснил, что это называется «носилки». Как остальные могли забыть? Столько раз видели их по телевизору!

В последний момент Уолт всё же попыталась кинуться на негодяев, и перепуганная Милашка метнулась в коридор, но толку не было.

Слесарь Боб отодвинул собаку ногой обратно в комнату.

– Не беспокойся, пёс. Твоя мама в хороших руках, – сказал он, закрывая за собой дверь.

– Не поняла. Как это? – нахмурившись, спросила Милашка.

– Не слушай его. Он просто глупец, – произнесла Уолт и посмотрела на Оскара: – И что теперь? – Она уселась у двери и нервно замахала хвостом.

– Мы обречены, – ответил Оскар, устраиваясь на полу клетки. Он даже не убедился, что садится на чистое место. Случайно, но ему повезло. Оскар сел там, где чисто.

– Погодите. КАК ТАК? – прошептала Милашка. – Миссис Фуд – моя мама?

Она слегка покачивалась из стороны в сторону. Есть над чем подумать. Милашка всегда была уверена, что у неё особенная связь с миссис Фуд. Но их скорее связывала еда.

– Вот горе-то, – пробормотала Уолт себе под нос. – Только не начинай снова. Оскар?

Попугай вздохнул.

– Нет, Милашка, миссис Фуд не твоя мама. Мы уже это обсуждали. Тебя взяли из приюта. Как и всех нас, – сказал он, по-прежнему сидя на полу клетки.

– Есть документы, – добавила Уолт. – Я их видела.

– А, документы, – облегчённо выдохнула Милашка. Она припоминала, что о чём-то таком они уже разговаривали, но не понятно, почему люди, как этот слесарь Боб, всё ещё болтают глупости про её отношения с миссис Фуд. Запутаться можно!

Уолт закатила глаза и снова повернулась к двери. Остальные пристально уставились на неё. Дверь не открылась.

– И что делать? – спросила Милашка. У неё уже всё затекло от долгого сидения на месте.

– Что ты хочешь узнать своим «что делать?», – возмутился Оскар.

Снизу Милашке была видна только его голова, и её немного настораживало, что друг не вернулся на свою жёрдочку.

– Я хотела сказать, что нам теперь делать? Когда уже вернётся миссис Фуд? Я соскучилась, – произнесла она.

– Ничего не делать. Да и делать нечего. Миссис Фуд не вернётся. Никогда. Мы обречены, – ответил Оскар.

Он говорил совершенно потухшим голосом. Раньше Милашка никогда не слышала, чтобы он так разговаривал. Обычно его голос звучал или визгливо, или слишком громко. Если бы Милашка не знала наверняка, что такого не может быть, она бы решила, что Оскар