Если босс – дикарь. Правила выживания - Ирина Чарова

я даже немного растрогался от общей обстановки и опрокинул бокал игристого с каким-то чудиком, который вылез из своего номера прямо у меня под носом, весь закутанный в мишуру.

Только в мишуру…

Душевно здесь все-таки.

Празднично.

Оставив чемодан у порога, прохожу в спальню, машинально включаю свет....

– Выключи! – сонно, со злостью фырчит нечто на моей постели и переворачивается на живот.

Что за…

На миг замираю, а затем – осторожно выключаю свет, подозрительно оглядываясь по сторонам. Мягко говоря, нахожусь в глубокой степени удивления.

Грубо говоря – охреневаю.

Не ожидал я такого от Азамата…

Считал его примерным, эталонным, мать твою, семьянином.

А тут…

А тут этот примерный семьянин дарит мне длинноногий такой подарочек, с оттопыренной, упругой попкой, в костюме горничной, рыжеволосый…

Вот тебе и старые, добрые времена.

Медленно, тихо подхожу ближе и наклоняюсь, приглядываясь…

На мордашку хорошенькая и даже милая.

А я милых девочек очень люблю…

Теплых, ласкучих, по делу – царапучих и, обязательно, послушных.

Приглядываюсь…

Девчонка даже без боевого окраса. Естественная, с густыми черными ресницами и пухлыми, приоткрытыми губками…

Соблазнительная…

Черт возьми, очень!

Хоть и не ожидал , что мой брат – двуличная сволочь и редкостный поганец, но очень даже ему за это благодарен.

И готов приступить прямо сейчас!

Стащив с себя всё шмотье, ложусь на кровать и притягиваю спящую девчонку к себе, впечатывая в свое голое тело.

– Надо же…Какой соблазнительный подарочек – хочу приветливо и располагающе, но голос у меня от природы такой, что получается бодряще и угрожающе.

– Давай-ка я тебя распакую…

Тело в моих руках как-то напряглось, испуганно сжалось.

Меня явно ждали к утру.

Но я уже разогнался, твердо намереваясь увидеть свой новогодний подарок во всей красе.

– Спать на работе нельзя, кошечка.... – шепчу, прикусывая мочку уха. – Нужно трудиться… Тебе ведь хорошо заплатили, чтобы ты меня обслужила?

Касаюсь пальцем пухлых губ, сминаю, и моментально придумываю для них культурную программу на всю ночь.

– Что вы делаете? Я горничная! – неожиданно пищит мой соблазнительный подарочек.

Голосок по- девичьи тонкий, напрочь лишенный томных ноток и вульгарных придыханий.

Какая умница.

Только проснулась и сразу вошла в роль.

– Горничная, – хмыкаю, принимая правила игры и смачно шлепаю девчонку по упругой попке. – Ты плохо убралась в моем номере! Придется тебя наказать…

Глава 2

Подарок возмущенно засопел, пытаясь вырваться.

– А ну отпустите меня! Немедленно!

– Отпущу… – охотно заверяю я – Но сначала тебе придется кое-что исправить, малышка…

– Что?!

Кладу её холодную ручку на свой напряженный пах, сжимаю…

– Это… – хриплю, как уголовник на нарах.

И требовательно толкаюсь в раскрытую ладонь.

Мне хочется скорей перейти к делу.

Все эти прелюдии в виде ролевых игр для слабостоящих, подстреленных жизнью бойцов – не для меня.

Я готов.

Но девчонка с визгом убирает ладонь и даже делает попытку сбежать, бойко выпрыгивая из постели.

Тут же перехватываю её за талию и снова сбрасываю на матрас.

Не желая больше ждать, распинаю её под собой и впиваясь в пухлые губы. Проталкиваясь языком во влажный ротик, не сразу соображаю, что целую девочку по вызову.

А когда соображаю – уже плевать.

Уж очень сладкую малышку мне организовали…

И эта малышка уже вовсю бьет по моим плечам, упрямо изображая сопротивление.

Брыкается, как дикая кошка, царапает по плечам острыми коготочками, что-то мычит, распаляя еще больше.

Опытная какая…

Знает, как завести..

Пожирая её губами, начинаю вовсю шарить по ненужному, раздражающему платью.

Не найдя чертову молнию, просто рву эту тряпку на её груди и задираю на бедрах.

– Хорош придуриваться, горничная. Пора работать – выдыхаю, отстраняясь от зацелованных губ.

Девчонка что-то верещит.

Но я уже не слышу.

В висках стучит так, что меня просто несет.

Перевернув её на спину, наматываю рыжие волосы на кулак, слегка оттягивая их на себя.

– Прогнись – командую.

И, когда упрямая девчонка снова не слушается, одной рукой приподнимаю вихляющие бедра, снова по ним шлепаю, другой – давлю на поясницу, заставляя красотку выгнуться…

И тут-то вся комната тонет в пронзительном, явно болезненном визге.

Не успеваю я прийти в себя, как девчонка подлетает с кровати и хватается за не пойми откуда взявшуюся в номере швабру…

Что, мать вашу, за хрень?

Это шутка такая что ли?

– Так. А ну давай кончай этот театр… – говорю строго. – Поиграли, и хватит. Иди ко мне.

Но девчонка не отвечает.

Взгляд бешеных глаз мечется по комнате, выискивая пути к отступлению, а потом хищно останавливается на мне…

Прожигает на сквозь.

А я, совершенно не к месту, отмечаю, что глаза у этой мегеры ну просто фантастические…

Зеленые-зеленые.

Как у ведьмы.

Такие, что я даже залипаю на них, забывая про грудь, про ноги и про другие, обычно более интересные части тела.

И тут-то меня осеняет…

Заспанная, совсем без макияжа…

Платье у нее какое-то слишком строгое для шлюхи, чулок ажурных под ними нет, трусики тоже обычные вроде были…

И швабра, мать вашу, настоящая.

– Так. Стоп, злючка – примирительно говорю, чувствуя, как зашевелилось в голове сомнение. – Давай разбираться. Ты кто?

– Я тебе сейчас расскажу кто я… – угрожающий писк в ответ. – Подходи давай, маньяк недоделанный… Я тебе сейчас всё расскажу..

Давлю усмешку.

А она милая.

И, видимо, сама по себе, а не по оплаченному сценарию.

Поднимаю вверх руки и миролюбиво к ней приближаюсь со стояком на перевес.

По-хорошему, и сам понимаю, что моему бойцу сейчас лучше смущенно затеряться, но этот обласканный дамами парень смущаться не привык.

Сдаваться – тем более.

И до сих пор смело дергается в бой, тыкая прямо в деву, на которую желает идти в атаку.

"Но мы не атакуем непорочных девиц" – напоминаю себе строго.

Мы с ними галантно знакомимся.

Даже если голышом и после попыток хорошенько "поругать" их девичью честь.

Сначала целуем ручку, сладко поем об их красоте и только потом, любезно и со всеми почестями, берем на абордаж.

– Вы, мадмуазель, не бойтесь – пробасил я, напуская на себя безобидный вид.

По крайней мере, по пояс у меня всё получилось как надо.

Виноватое и обаятельное.

Ниже – просто обаятельное и ни хрена не виноватое.

– У нас с вами кажется просто вышло небольшое недопонимание.

Девчонка не отвечает, только напряженно следит за мной взглядом.

Прижимаясь к стене, опускает взгляд вниз – на провинившегося, и все еще прыткого бойца, потом – снова на меня.

Вниз – на меня.

Вниз…

И швабру как-то еще плотней крохотными пальчиками сжала.