Железная Леди: Предназначение - Дмитрий Ласточкин

работницы, и посетители то и дело бросали взгляды в мою сторону, любопытствуя, что это за такая скороспелая аристократка. В некоторых взглядах было немало зависти — ещё бы, они, может, никогда даже Благородными не станут, а тут какая-то девчонка двадцати лет уже Баронессой становится. Я бы на их месте тоже завидовал, это точно!

Когда мне надоело смотреть на людей, взял несколько брошюрок со стола. Хм, кто тут вообще мэр, кстати? Я как-то не задавался этим вопросом до этого, ну вот, есть время узнать. О! Некий граф Ромашкин Антон Никифорович. Сколько⁈ Ему оказалось сто сорок два года! Ничего себе дедушка-раритет! Почти полтора века старичку! Неудивительно, впрочем, у него пять Благословений, а это уже серьёзно, с такими силами вполне возможно и ещё чуть-чуть прожить.

Интересно, а маразм у магов в таком возрасте бывает? Ну, не сумасшествие, этим могут похвастаться и совсем молодые, а именно старческий маразм. Это же страшно — дементный маг лет ста пятидесяти, который не понимает, что может делать что-то плохое. Небольшое стихийное бедствие, не меньше. Хотя я о таких до сих пор не слышал. У магов мозги покрепче, чем у других людей? Или какие-нибудь маги разума навещают старичков и промывают им мозги, чтоб не запылялись? Ну, лет через сто пятьдесят узнаю!

— Прошу прощение за ожидание, госпожа. — операционистка наконец перестала клацать мышкой и клавиатурой, дождалась, когда принтер выплюнет несколько листов, и протянула их мне. — Прошу, это вам. Я провожу вас к Геннадию Андреевичу, следуйте за мной!

Поднявшись со стула, я последовал за ней, провожаемый десятками взглядов.

— А у вас часто такое происходит? — нарушил тишину я, пока мы шли.

— Что? — девушка полуобернулась ко мне, не сбавляя шага.

Как бы она в стену не врезалась так…

— Титулы получают.

— А! Кроме вас, только два раза видела такое. Тоже с Благословениями металла, только гораздо старше вас — одному слегка за сорок было, а другому почти семьдесят. Но у них все документы были уже оформлены, так что мы только их зарегистрировали сразу выдали патенты.

— Ясно. Я просто не из Владовостока, получила утром третье Благословение — и сразу к вам.

— Правда? — девушку удивила такая моя скорость. — А вы сама откуда, госпожа?

— Из Красноярска.

— Красивый город! Я как-то там была целую неделю!

— Я тоже думаю, что красивый.

— Ой, а мы уже пришли.

Она остановилась перед дверью в кабинет, на котором не было никаких опознавательных знаков. Постучала, получила глухое «Входите», и открыла дверь. В весьма неплохо обставленном кабинете, просторном, с большими окнами, дающими море света, сидел мужчина лет тридцати на вид с выражением «Я знаю всё лучше вас» на лице.

— Геннадий Андреевич, я к вам привела госпожу Малинину! На подтверждение!

— Ага, Светочка, давай документы. А вы присаживайтесь. — мужчина махнул мне рукой на кресло.

Девушка убежала, а хозяин кабинета стал шуршать бумагами. От него шла довольно слабенькая аура мага двух Благословений — он её тоже скрывал, но маги-то чувствую друг друга.

— Ага, с документами всё в порядке. — наконец изрёк мужчина, поднялся и подошел ко мне. — Откройтесь-ка, милочка, надо посмотреть ваш Духовный Бассейн.

— Конечно.

— Угу, угу, хорошо. — Геннадий с некоторым трудом послал в меня волну магии, проверяя количество Вихрей. Точно канцелярская крыса какая-то, совсем слабенький! Не удивлюсь, если он даже в портал ни разу не заходил. — Прекрасно! Благодарю!

Он снова уселся за компьютер, ещё минут двадцать что-то активно делал с ним, надеюсь, что хорошее. Наконец, закончил, достал из стола какой-то бланк на толстой бумаге, аккуратно заполнил его красивыми буквами, положил на стол.

— Ну что ж, Екатерина Андреевна, поздравляю! Вы полностью соответствуете всем качествам, заслуживающим получения прав на титул Баронессы! Вот ваш патент!

— Спасибо! — я подошел к столу и взял этот бланк.

Тяжёлый, из толстой бумаги, хм, да он и магией фонит, если прислушаться! Да-да, вот руны зачарования! Это даже не бланк, это настоящий артефакт! И на нём было написано, что я теперь — баронесса! Ха-ха-ха!

— Конечно, пока вы не присоединились к чьему-то двору или не создали свой, то вы не имеете права титуловаться ещё и дворянкой, но в любом случае с этого дня вы принадлежите к высшему сообществу благородных Российской Империи! Несите гордый титул баронессы Российской Империи с гордостью!

— Благодарю!

— Да, надо будет только поставить штамп маркграфства у мэра, а в остальном всё закончено — я внёс вашу фамилию в реестр титулованных аристократов, так что это формальность, но необходимая.

— Конечно, как скажете.

— Ступайте за мной.

Ох, блин, опять коридоры. А охранника или кого-то ещё вызвать он не мог, чтоб меня проводить? Или это особый повод, и надо отчитаться перед начальством?

Благо, хоть недалеко было идти. Всего через пару минут мы пришли в приёмную мэра, прорвались через секретаршу монументальных форм и попали в кабинет к мелкому, тщедушному, всему покрытому морщинами старичку, который несколько комично смотрела в огромной кожаном кресле. Но, тем не менее, старичок был бодр, улыбчив и вполне разумен.

— Ух ты! — он с интересом разглядывал мой патент. — Всего двадцать годков, а уже три Благословения! И все — металла. Я и не слыхивал никогда о таком, не думал, что увижу!

— Да-да, Антон Никифорович, я тоже-с! — поддакнул провожатый, улыбаясь и делая такой вид, будто он мне лично все три Благословения обеспечил.

— Ну, молодых надо поощрять! Эть! — достав из стола здоровенную артефактную печать, дедок плюнул на неё, а потом с гулом бахнул по патенту. — Всё! Владей! И не посрами Империю!

— Постараюсь! — я потянулся за патентом, но старичок отдёрнул руку и посмотрел на меня с возмущением.

— Какое «постараюсь»⁈ Вот только похвалил, как уже разочаровывают! Только «Не посрамлю!». Ясно⁈

— Ясно! Не посрамлю! — блин, с ним всё равно бесполезно спорить. Да и опасно.

— Вот то-то же! — патент наконец-то перекочевал ко мне. — Рисуй себе герб и закажи корону, да камушков туда побольше, молодые да красивые девушки любят всё цветастое, хехе. Как сороки!

С мыслью, что дед всё же слегка того, я вышел из его кабинета.

Хотя плевать! Теперь я аристократка! Баронесса! Я до восемнадцати об этом и мечтать не мог, думал, проживу обычную жизнь, стану химиком каким,