Незабудка для конунга - Полина Атлант

у госпожи всегда была свежая еда, фрукты и эль. У Ингрид не имелось особенной одежды, как у Фриды, она носила лишь зеленый ободок.

— Ох, слава богам, Кэролайн, ты на ногах, нам срочно нужна помощь в зале, — простонала прислужница, смотря на меня с отчаянием.

— Но это не моя обязанность, — ответила я, надевая тонкий расшитый бисером голубой ободок, который выдала госпожа своим личным служанкам.

Ингрид знала об этом и тем не менее не отставала от меня.

— Ты получишь от меня дополнительный выходной после праздника, обещаю.

— Во дворце же много служанок на кухне? — повернулась я к зеркалу.

— Ну, не только ты вчера напилась какой-то дряни. Сегодня почти все кухарки не вернулись во дворец, — Ингрид села на кровать и схватилась за голову. — Остались только мы с Фридой, рабынь и тех мужики увели по сеновалам.

— А госпожа Кристин разрешила тебе забрать меня прислуживать? — наша дроннинг была против того, чтобы ее личные служанки занимались чем-то другим. Мы должны были крутиться только возле нее.

— Госпожа решила сегодня не покидать своих личных покоев, ей тоже нездоровится, — ответила Ингрид, цокнув недовольно языком.

Я облегченно выдохнула и расслабилась, узнав, что хоть сегодня мне не предстоит встретиться с дроннинг. Надела бусы из бирюзы, которые хорошо сочетались с цветом глаз. Это был предсмертный подарок моей бабушки. Она подарила их в день моего совершеннолетия и пошутила, сказав, что этот таинственный камень сведет с ума любого мужика. На мои глаза навернулась слезы. Знала бы бабушка, что ее злая шутка сбылась.

— Ладно, согласна на выходной.

— Ой, ну что ты, не плачь, Кэролайн, оно того не стоит. Зато теперь будешь знать, что нельзя пить всякую дрянь, — посочувствовала мне Ингрид.

Глубоко выдохнув, я надела кожаные туфли с плоской подошвой. Мы покинули комнату и направились в зал.

— Что я должна делать?

— Ничего сложного, разносить кувшины, — ответила Ингрид, двигаясь впереди.

— Весь вечер? — волочилась я за ней.

— Само собой!

— Я хочу потом сходить в баню, — пожелала я.

— Вряд ли ее топили, придется идти на речку.

— Помоюсь в холодной.

Ингрид тяжело вздохнула, и мы окинули взглядом Медовый зал. Отвратительный запах перегара и мяса ударил в нос. Это был только первый день праздника. Мидсумар отмечали три дня. По традиции на потолочных балках были развешаны огромные цветочные венки. Углы украшены сочными зелеными шарами из веток кустарников. На время праздника очаг тушился и засыпался камнями.

Страшно представить, какой потом будет во дворце твориться бардак. Как хорошо, что я не служанка на кухне или в зале.

— Вон, видишь в углу бочки, и там стоят кувшины. Я буду разливать эль, а ты подавать на столы.

— Да, — коротко ответила я и пошла за Ингрид.

Все столы были полны гуляющим народом, в основном мужиками. Они ели, пили и орали во все горло. Дети разносили из больших корзин печенье и сладкие булочки. Двери были распахнуты, и собаки шныряли туда-сюда, лаяли и таскали кости.

Во главе стола, конечно же, сидел молодой конунг. Внутри все перевернулось от свежего запаха медового эля. Меня чуть не стошнило снова. Я собралась с духом и начала помогать Ингрид. Раньше начну, раньше отпустят.

— Отнеси господину на стол, — Ингрид наполнила серебряный чеканный сосуд элем и подала мне.

Я взяла его и, развернувшись, пошла вдоль стен, чтобы приблизиться сзади и подать. Так конунг, увлеченный разговором, не заметит меня. У меня почти все получилось, пока я не подошла ближе. Тут один из воинов, сидевший рядом с конунгом, увидел меня.

— Эй, кровь с молоком, неси сюда! — выкрикнул он, и все за столом рассмеялись.

Меня затрясло, руки задрожали, я чуть не уронила кувшин. Конечно, все за столом обратили на меня внимание. Конунг посмотрел, на мгновение я застыла на месте, и наши взгляды встретились. На его влажных губах заиграла легкая улыбка. Темно-синие хмельные глаза заблестели. Сегодня господину было лень позаботиться о своей внешности. Длинные до локтей светло-каштановые волосы с золотистым оттенком были не расчесаны и растрепались по широким плечам. Ворот кожаной вышитой жилетки оставался распахнут. По мускулистой груди стекали капли пота. Не сводя с меня глаз, Ингвальд слегка поднял кубок и отпил из него.

Опустив взгляд, я поставила свою ношу на стол и сразу метнулась в сторону. Раньше, может, и позволила бы себе тайком посмотреть на конунга, как это делают все девушки во дворце. Теперь же мне лучше было вести себя как можно незаметнее. Глубоко вдохнув, я вернулась обратно к бочкам за следующей партией.

— Что с тобой, на тебе лица нет? — спросила Ингрид, вытирая руки о вышитое полотенце на ее бедре.

Я положила руку на мокрые глаза.

— Да, ты же знаешь, как воины господина шутят над нами.

— Не обращай внимания. Они просто бесятся, что вы им недоступны, — Ингрид подала мне глиняный кувшин. — Подай этот на второй ряд.

Кивнув, что поняла, отнесла его на стол к торговцам, которые сидели недалеко от бочек. Потом намеренно не взяла серебряные кувшины, которые было положено подавать к столу конунга.

Вечером я устало свалилась на лавку вдоль стены у бочек.

— Ты хорошо поработала, моя девочка, иди отдыхай, — Ингрид подала мне кубок с элем.

Я пересилила себя и выпила. Говорят, что после пьянки лучше похмеляться тем, что пил вечером. Желудок принял эль, голова хоть и закружилась, но меня не вырвало.

— Тогда я в баню и в комнату, — отчиталась я перед Ингрид, кто-то из главных прислужниц всегда должен знать, куда мы ходим и что делаем.

— Не пойдешь сегодня на речку венок пускать? — напомнила Ингрид о моих цветах, которые так и остались лежать под подушкой.

— Не знаю… — рассеянно ответила я.

— Давай в баньку сходи, переодевайся и беги с девчонками на речку, а то старой девой останешься!

Я чуть не разревелась от ее слов. Представляю, какое у меня сейчас вырождение лица, явно как у умирающего лебедя. Пошла сразу в баню. Не терпелось залезть в бочку с теплой водой.

По дороге туда все думала, может, пойти на речку? Я должна найти себе жениха. Никто не знает, что меня обесчестил конунг, кроме богов. Ингвальд крепко спал, когда я покинула его покои, и сегодня в зале