Вернуть жену. Жизнь после любви - Алекс Мара

вроде затянулись, покрылись тонкой кожей, но стоит чуть задеть — и они снова открываются. Боль возвращается внезапно, как незваный гость, и накрывает с головой.

Например, сейчас, когда мы с дочкой подходим к детскому саду. Сколько ни повторяю себе, что это просто совпадение, всего лишь фамилия, но сердце словно знает правду, которая скрыта от разума.

Ярославу совершенно нечего снова делать в нашем городе. Это слишком мелкое место для большого человека. Он родом из Москвы, там его жизнь, там его круг, его люди. А здесь он оказался только один-единственный раз, и то сугубо по работе. Его компания прокладывала новую магистраль в нашем регионе, и именно тогда он на короткое время стал частью моей жизни.

А потом он разорвал нашу связь и уехал домой, в Москву. Чтобы больше никогда не возвращаться.

Это просто та же фамилия. Больше ничего.

Заходим с Алей в садик. В коридоре пахнет рисовальными красками и творожной запеканкой.

Воспитатель приветствует дочку, мягко кивает ей и велит присоединиться к детям, которые расставляют маленькие стулья для занятия музыкой.

Естественно, мы опоздали. Просидели в пробке сорок минут, теперь и на работе придётся наверстывать.

— Аля сказала, что снова собирается замуж, — говорю воспитателю, улыбаясь.

Она смеётся в ответ.

— А, да, помню, она обещала Тиме, что попросит у вас занавеску для фаты. Вы же понимаете, в их возрасте фата — чуть ли не главная часть брачной церемонии.

— А Тима у вас новенький? — спрашиваю осторожно, словно у меня есть основания бояться этого ребёнка.

— Да, он присоединился к нам на днях. Очень хороший мальчик, — отвечает воспитатель.

Говоря это, она бросает взгляд в сторону одного из малышей, который старательно расставляет стулья.

Обычный ребёнок. Маленький, серьёзный, сосредоточенный. Темноволосый с мягкими чертами лица. На секунду задерживаю дыхание, словно ожидаю, что сейчас меня пронзит молнией узнавания, что я вдруг увижу маленькую копию Ярослава. Но нет. Ничего. Просто ребёнок. Милый, аккуратный, старательный. По его внешности ничего не скажешь.

3

Прощаюсь с воспитателем и выхожу на улицу. Сажусь в машину. Заставляю себя успокоиться. Глупо так реагировать на фамилию, при том не такую уж и редкую.

Прислушиваюсь к своим чувствам и прихожу к выводу, что моя сильная реакция обусловлена только тем, что я не хочу видеть Ярослава. Настолько, что даже простое упоминание его фамилии вызывает у меня резкое отторжение.

Киваю этому заключению, однако не выезжаю с парковки. Долго сижу, упершись ладонями в руль, словно собираюсь с силами, как перед прыжком в ледяную воду. А потом достаю телефон.

Захожу в сеть и вбиваю имя Ярослава в поиск. Я не делала этого семь лет. Семь. Как запретила себе, так и держалась до сих пор.

Жадно сканирую новости, интервью, заметки... глаза скачут по строкам и вдруг цепляются за заголовок. Его последнее выступление. Читаю — и воздух вырывается из лёгких со свистом.

Ярослав переехал в наш город, чтобы руководить ремонтом ключевой магистрали и расширить инфраструктуру в регионе.

Чёрт возьми.

Не было печали.

Сжимаю телефон в ладони так, что костяшки белеют. Мир вокруг будто съеживается, становится тесным, душным. Ярослав здесь. Не где-то далеко, не в Москве, а здесь, в моём городе, в моей повседневности.

Убираю телефон и собираюсь завести мотор, но в этот момент рядом со мной паркуется массивный внедорожник. Дверь распахивается, и... меня словно прибивает к сиденью. Ни вздохнуть, ни выдохнуть.

Ярослав.

Спешит к дверям детского сада. В его руке маленький цветной рюкзачок. Наверное, Тима забыл его в машине, а там что-то важное. Любимая машинка, смена одежды, плюшевый друг, без которого невозможно уснуть.

Поэтому Ярослав вернулся.

В груди рождается что-то тёплое, крамольное. Почему-то мне приятно видеть, что он стал хорошим отцом. Властный, уверенный мужчина с детским рюкзачком в руках — это… трогательно…

Я что, с ума сошла?!

Мысленно кричу на себя, возмущаюсь. Резко провожу ладонями по лицу, смазывая косметику. Я не должна так реагировать. Не должна чувствовать ничего, кроме злости и отвращения.

Что делать?

Всё моё спокойствие оказывается наигранным, хрупким. Сейчас меня охватывает самая настоящая паника. Сердце грохочет так, что я едва слышу собственные мысли. Хочется бежать сразу во все стороны, кричать, закрыть глаза и проснуться в другой реальности.

Хочется забрать Алю из детского сада прямо сейчас и уехать. Лишь бы не пересекаться с Ярославом, не сталкиваться с прошлым лицом к лицу.

Стараюсь убедить себя, что ничего страшного не произошло. Он приехал сюда не ко мне, не ради меня. Сугубо по работе. Возможно, он вообще обо мне забыл. Сколько у него было женщин? Наверняка, множество. Он не знает, что я только что видела его, что я здесь. И фамилию Али не узнает. Я постараюсь сделать так, чтобы мы никогда не столкнулись.

И всё же то, что он здесь, в том же городе, дышит тем же воздухом, может пройти мимо на улице, выбивает меня из колеи. Лишает почвы под ногами.

Я справлюсь. Обязательно справлюсь. Я всё смогу. Я должна.

С визгом шин выезжаю с парковки детского сада, привлекая осуждающие взгляды местных скамейных бабулек. Пусть думают что угодно.

Внутри меня буря.

4

Я приезжаю на работу с опозданием.

Работаю в риэлтерской компании «Ваш адрес плюс». «Плюс» — потому что мы не ограничиваемся продажей и покупкой квартир и домов, а предлагаем целый спектр услуг, связанных с новым домом. Например, у нас есть подрядчики, которые могут сделать ремонт, помочь с переездом, имеются консультанты по юридическим вопросам и даже сервис по подбору мебели. И есть я — дизайнер интерьеров. Моя работа начинается, когда клиент уже выбрал жилище, но ещё не понимает, как сделать его по-настоящему своим.

Большую часть моей работы я, конечно, могу выполнять из дома: рисовать эскизы, составлять коллажи из материалов, проектировать дизайн в программах. Однако начальница требует, чтобы я лично встречалась с покупателями, показывала портфолио и предлагала свои услуги. Для неё важно, чтобы клиент почувствовал живое общение и убедился, что за каждым проектом стоит не безликая схема, а конкретный человек.

Захожу в офис и сразу чувствую, что атмосфера здесь сегодня необычная. Начальница порхает между столами в прекрасном настроении. Обычно она строгая, каждую мелочь замечает, особенно опоздания, но сейчас даже не оборачивается в мою сторону с упрёком. На мгновение я даже начинаю верить в чудеса.

Причина её хорошего настроения вскоре становится очевидной. Она собирает сотрудников в холле и во всеуслышание объявляет,