Гуси-лебеди. Полнолуние волков - Сергей Сунгирский

4

В такие моменты Иван Ильич почти сожалел, что расстался со своим прежним, предпринимательским бытиём. Ибо формальное понижение социального статуса имело побочным эффектом и соответствующее к нему отношение со стороны контингента, ни умом, ни воспитанием не обременённого. С коим раньше Ильичу доводилось общаться, по преимуществу, апосредованно. (Пучеглазая девица со склада была бы в той жизни явлением совершенно невозможным). Теперь же, в его курьерской ипостаси, каждый юный складской бездельник обращался к нему запросто: «Иван». Ильич никак к этому не мог привыкнуть. Хоть и понимал, конечно: это – мода теперь такая. «Тлетворное влияние Запада».

Впервые с этой новомодной формой общения Ильич познакомился несколько лет назад. Тогда к нему на приморскую дачу приехала студентка журфака МГУ с компанией сокурсников. В школе она была одноклассницей младшего сына Ивана Ильича. И Ильич, в ту пору, часто отвозил их вместе в школу и – обратно. И именно от неё и её студенческой кампании Ильич впервые услышал обращёние к нему: «Иван».

Юнцы, перемещаясь по владениям Ильича, чирикали, как воробьи: «Иван! А гамак тут можно повесить? Иван! А молоко когда принесут? Иван! Иван!…» От этого неугомонного тинейджерского «Иван» хотелось …ужаться, скукожиться до размеров незаметных. Чтоб соседи не увидели, что это к нему так поколение NEXT обращается. Бог весть ведь, чего подумают.

Умом-то Ильич понимал конечно, что такая «демократичная» форма обращения – не есть проявление невоспитанности ребят. Это – лишь следование новомодным столичным поветриям. Но, всё равно, было неприятно. Вроде – «от горшка» был, для неё, «дядь-Вань». А тут вдруг: «Иван». Ильич подавлял внутренний протест. Молчал. А сказать очень хотелось: «Дашечка! Я же – не Джон и не Крис. (И что у них там – за имена такие?! В детстве, половина знакомых Ильичу дворовых псов состояла из Джеков. А другая – из Грэев). По факту своего рождения русским, я наделён именем – отчеством. И обращение: „Иван“, со стороны младшей по возрасту, для восприятия русского отдаёт высокомерием и лакейской уничижительностью». Не сказал. Гости ведь…

Конец ознакомительного фрагмента.