Няня поневоле (СИ) - Волкова Виктория Борисовна

— Но… — пытается возразить она. — А если я не соглашусь выполнять команды?

«Интересно пляшут девки, — фыркаю я. — Весь город под контролем… А тут какая-то пигалица мне условия ставит. Мне! Условия! Вот дожился!»

— Попробуй, — усмехаюсь криво. — Но лично я тебе не советую рыпаться…

На столе жужжит сотовый. Он у меня всегда на виброрежиме. Ненавижу эти механические трели…

— Сергей Юрьевич, — вздыхает в трубку моя экономка Элла. — Маркушенька проснулся. Я его попытаюсь покормить, а он соску выплевывает.

— Мы сейчас придем, — говорю спокойно и, глянув внимательно на застывшую в кресле доулу, бросаю нетерпеливо. — Вперед, красавица. Марк Сергеевич проснулись и требуют няню.

— Но, — задыхается от возмущения девчонка. — Мы так не договаривались…

— Мы с тобой вообще ни о чем не договаривались. Ты проникла в мой дом как воровка. Вот и поплатилась.

Я внимательно смотрю на визитку, лежащую на столе.

— Линара Ковалева. Специалист по родовспоможению и психологической поддержке. Если ты не хочешь мне помочь, то придется обратиться в полицию. Незаконное проникновение в мой дом плюс шарлатанство. Выдаешь себя за специалиста, а, по сути, не имеешь права заниматься медицинской деятельностью. Тебя на пушечный выстрел нельзя подпускать к родам.

— Что? Кто? — дергается девчонка.

— Вызвать полицию? Они тебе объяснят популярно, — цежу сквозь зубы. И поднявшись из-за стола, строго смотрю на Жанкину родственницу. — Ты идешь, или нужно особое приглашение? Может позвать охрану? Парни помогут дойти. Придадут ускорение… Или решила дождаться ментов?

— Нет-нет, — пугается детка и, подскочив с места, семенит следом. Я слышу, как за моей спиной цокают каблучки, и каждый звук отбивается рефреном у меня в башке.

«Не связывайся, Назарет, хуже будет, — словно наяву слышу я предостережение лучшего друга — внутреннего голоса. Друзей у меня нет, и не может быть. По сути, я волк-одиночка. Свирепый хищник. Но с другой стороны, мне и деваться некуда. И если со Жанкой все ясно, то с няней вышел полный облом. Выскочила на минутку к дочке. Деньги передать. А тут какой-то гад вырулил из-за угла на ржавом корыте… Как итог, нянька в реанимации, а мой сын без присмотра. Найти и прижать к ногтю глупую доулу оказалось проще простого. Естественно, я ей заплачу за услуги. Или нет?

«Стоит ли платить тетке, ухаживающей за племянником? — криво усмехаюсь я и, слыша рев младенца, стремительно открываю двери в детскую.

Линара залетает в комнату и, отпихнув меня локтем, бросается к ребенку. Решительно забирает его из рук экономки и тихонечко причитает «Марк, Марк!».

Сын мгновенно затихает. Видимо, такое обращение нравится ему больше, чем Элкино «Маркушенька».

Экономка, заявив, что у нее дом остался без присмотра, быстро уматывает по своим делам.

- Вылейте смесь из бутылочки, сполосните и разведите заново, — велит мне маленькая нахалка. — Или подержите ребенка, я сама все сделаю.

— А если положить его в кроватку? — обалдело спрашиваю я.

— Он опять расплачется. Сергей Юрьевич, я не прошу ничего сверхъестественного…

Ну да, конечно… Я еще бутылок не мыл и молочко не смешивал.

— Тут полно бутылочек, — киваю на шкафчик. — Нянька вроде стерилизовала…

— «Вроде» и «кажется» в нашем случае неуместны, — строго замечает девчонка. — Сейчас Марк особо уязвим перед инфекциями.

— Хорошо, — вздыхаю напряженно. И открыв шкафчик, достаю пластмассовый кейс с надписью «стерильно». Чего там только нет! Бутылочки, соски, еще какие-то неизвестные мне приблуды…

Смотрю растерянно.

— Так, — командует рядом девчонка. — Держите Марка. Я сама.

И не спрашивая, перекладывает мне в руки ребенка. Марк глядит на меня широко распахнутыми удивленными глазищами. Наверное, и мои сейчас такие же. С минуту мы с сыном внимательно рассматриваем друг друга. И неожиданно я понимаю, что в целом мире не существует никого дороже этого маленького человечка. От нахлынувшей любви болью отдает в сердце.

— Марк, — шепчу я, прижимая кроху к груди. — Какой же ты у меня классный!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Смесь готова, — раздается рядом голос Линары. — Давайте ребенка, я покормлю.

Еще с минуту я любуюсь малышом, опустошающим бутылочку. Бросаю внимательный взгляд на новоявленную няньку. И поражаюсь перемене. Девчонка уже не хезает от мандража, а радостно улыбается моему сыну. Похоже, я не ошибся с выбором. Марк в надежных руках.

Тихонько выхожу в коридор и, вернувшись к себе в кабинет, вызываю Трофима, моего главного безопасника.

— Нужно найти Жанну, братан. Пусть раз и навсегда откажется от Марка.

Пролог

Линара

Как только за Назаровым закрывается дверь, я одной рукой выуживаю из сумки сотовый. Звоню сестре. Эта зараза просто обязана мне помочь. Но Жанка не отвечает. Тыкаю в номер Людмилы Вячеславовны, с которой работаю последние полгода.

— Ты где, Линара? — спрашивает она строго. — Нам скоро к Тополевой ехать.

— Я у Назарета, вожусь с Марком, — вздыхаю я. — Сергей Юрьевич почему-то решил, что я смогу заменить няню. И Жанна уехала… Вроде как они разводятся с Назаровым. Марк остается с ним, — сбивчиво сообщаю я.

— Постарайся успокоиться. Малышу сейчас и так несладко. Никак не пойму, что нашло на твою сестру. Почему сбежала? Она ведь толком не пришла в себя после родов, — причитает Люся. Работать нам вместе — одно удовольствие. На ней, конечно, держится весь процесс. А я так… на подхвате. Успокоить, похвалить, показать, как правильно дышать, вместе помедитировать… Не работа, а сплошной кайф.

Ставлю телефон на виброрежим и, сняв с Марка подгузник, замечаю раздражение на попке. Нужно сказать Назарету, чтобы не жадничал, а купил ребенку другие — гипоаллергенные. Ношу малыша на руках, пытаясь укачать, но маленькие голубые глаза, так похожие на папины, смотрят на меня внимательно. Знаю-знаю, что в первые недели после рождения ребенок не фокусирует взгляд, но мне кажется, что Марк внимательно смотрит на меня и даже улыбается.

— Ты у нас маленький гений, да? — ласково спрашиваю племянника и в который раз смотрю на телефон. Ребенок молчит, телефон тоже.

«Где ты, Жанна? Почему бросила ребенка сразу после рождения?»

Уложив Марка в кроватку, снова пытаюсь дозвониться сестре. Бесполезно. Лишь через час, когда я почти теряю терпение, раздается тихое жужжание. Мама!

— Полечка, — бормочет в трубку. — Марина звонила. Она просила предупредить. Федор знает, где ты. В каком городе… Вроде кого-то уже отрядил за тобой. Зачем ты только за него замуж вышла? Ведь так все было хорошо, дочка…

— Тебе Жанна не звонила? — перебиваю я нетерпеливо. — Не могу с ней связаться.

— Она поехала отдыхать. Какую-то горячую путевку купила, — вздыхает мама. — Ты лучше поберегись. Федор ищет тебя…

— Я не могу говорить, мама, — шепчу еле слышно. — Пусть Жанна свяжется со мной, когда устроится… Передай ей, ладно?

Муж ищет. Золовка предупреждает. Сестра сбежала. Детектив какой-то, а не жизнь.

— Она ближайшее время не позвонит. Сказала, устала очень на работе. Взяла отпуск и рванула куда-то в Испанию… Хочет расслабиться. Поэтому телефон отключит.

«Так-так-так, — думаю я, закончив разговор. — Что мы имеем в сухом остатке? Во-первых, нужно снова бежать. Если муж меня найдет, мало не покажется. А во-вторых, моя сестра даже словом не обмолвилась о Назарове и Марке. Ладно, не сказать о тиране-муже, из-за которого пустилась в бега. Сама такая. Не могу осуждать. Но бросить новорожденного ребенка? Утаить от матери рождение первого внука… Как такое возможно?»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Выглядываю в окно, за которым виднеются сосновый бор и речка. Любуюсь открывшимся пейзажем и даже дышать перестаю от внезапного озарения.

В настойчивом предложении Назарета заменить Марку няню есть один единственный плюс. И он перевешивает все остальное. Здесь Шмелев меня точно не найдет! Руки коротки. Пусть даже перевернет весь город, но сюда его точно никто не пустит. Назарет — а я от сестры это точно знаю — один из криминальных авторитетов города. С виду, конечно, обычный бизнесмен. Но Жанка говорила, что ее гражданскому мужу Никитск принадлежит с потрохами. Поэтому в его доме я в полной безопасности. Главное, не выходить за ворота! И я лучше любой няньки позабочусь о собственном племяннике.