Против правил - Лайза Хоган

Если подумать — прием, старый как мир. Видимость чистоты и наивности порой распаляет кровь ничуть не меньше откровенной порочности. И все же Ричард, к своему удивлению, почувствовал, что уловка сработала: он клюнул на приманку. Тем более что в данном случае чистота и наивность казались отнюдь не напускными. Личико незнакомки дышало свежестью юности, а огромные серые глаза глядели доверчиво и беззащитно, чего уж совсем не ждешь от девушки подобной профессии. Обычно профессиональным стриптизершам присуще куда более жесткое и расчетливое выражение. Его-то никуда не спрячешь, вырядись хоть самой что ни на есть наивной инженю.

Стоя в дверях, «крошка Дороти» обвела взглядом огромных, широко распахнутых глаз тонущий в клубах табачного дыма зал. Ричард как завороженный уставился на нее. Взгляды их встретились. На миг время как будто замерло. Окружающий мир куда-то отступил, исчез. И в образовавшейся посреди неопределенного пространства пустоте молодые люди глядели друг на друга. В жизни Ричард не испытывал такого странного ощущения.

Он тряхнул головой, и наваждение исчезло. Люди вокруг снова задвигались, загомонили. А стриптизерша упругой балетной походкой уже шла через зал прямо к нему, Ричарду. Должно быть, профессиональный инстинкт помог ей мгновенно вычленить из общей толпы распорядителя праздника.

— Вы заказывали «живую открытку»?

Голос у нее оказался просто фантастический. Звонкий и чистый, но в то же время необычайно звучный и чувственный. Редкое и очень ценное сочетание. В Ричарде тотчас проснулся профессионал. Молодой человек сделал себе заметку в памяти — ведь он уже больше недели искал подобный голос. Искал безуспешно. Так, может… Но стриптизерша? Едва ли она подойдет для такой работы.

— Заказывали-заказывали, — бесцеремонно вклинился в разговор Билл, столь же бесцеремонно пялясь на незнакомку. — Можно сказать, умираем от нетерпения. Без вашего… гмм… представления вечер был бы неполон.

Девушка скользнула по нему безлично-вежливым взглядом.

— Рада, что ваше ожидание подошло к концу. А кто здесь, собственно, Ричард?

Ну да, понятное дело, в агентстве ей дали его координаты как заказчика. Ричард шагнул вперед, а Билл уже с хмельной размашистостью движений показывал ей на друга.

— Вон он, наш красавчик, прошу любить и жаловать.

Стриптизерша повернулась к Ричарду. Померещилось ли ему — или в глазах ее и впрямь промелькнула тень. Но чего? Смущения? Робости?

— Здравствуйте. Приятно познакомиться. Ричард.

— А я Флоренс.

Наступила неловкая пауза. Роль распорядителя недвусмысленно требовала от Ричарда призвать собравшихся к вниманию и дать знак к началу стриптиза. Но — он сам не знал почему — ему хотелось как-то задержать мгновение, оттянуть момент, когда эта потрясающая девушка приступит к тому, ради чего пришла сюда: станет раздеваться на глазах пьяных приятелей Билла. Не то чтобы ему не хотелось самому увидеть роскошное тело, скрывающееся под нарядом маленькой Дороти из страны Оз. И все же…

И все же в голове не укладывалось: юная и невинная с виду красавица — и вдруг стриптизерша! Интересно, что же толкнуло ее на этот путь? Ричарду приходилось слышать, будто студентки из малоимущих семей нередко подрабатывают таким образом. Быть может, и Флоренс Саузи где-нибудь учится, а вечерами ради заработка демонстрирует свое тело любителям клубнички?

— Не хотите чего-нибудь выпить?

Девушка благодарно кивнула.

— Спасибо, не отказалась бы от стакана воды.

По меньшей мере с десяток гостей, не сводивших жадных взоров с красавицы, ринулись к стойке бара.

Флоренс неуверенно покосилась в их сторону и переступила с ноги на ногу. Пышная юбка качнулась, вторя движению, и Ричард невольно снова залюбовался стройными ножками и округлыми коленями девушки.

Черт! Да что же это такое? Если бы он не знал наверняка, что за вечер практически не прикоснулся к спиртному, то решил бы, что пьян. Как это смазливой стриптизерше в дурацком крестьянском платье удалось привести его в такое возбуждение? Он уже с ума сходит, а девица еще не стянула и бантика с косички!

Ричард передернул плечами, стараясь прийти в себя. Должно быть, последние дни он просто-напросто слишком перерабатывал. Да и подруги у него нет уже месяцев пять, с момента разрыва с Сильвией. Вот организм и требует свое. Сексуальный голод всему разгадкой. А ведь, занятый работой, он и не замечал этого, пока не увидел Флоренс.

Но нет, такие, как Флоренс, ему не нужны. Не хватает еще, поддавшись порыву, затевать интрижки со стриптизершами, готовыми раздеться в любой момент и в любом месте — заплатили бы только.

Однако стоило Ричарду подумать, что этот момент их праздника как раз настал, в глазах у него чуть не потемнело. А в голове пронесся рой самых необузданных фантазий.

Уж лучше скорее напоить девчонку водой и пускай раздевается. Наверняка, узрев ее за работой, увидев все эти отработанные и слишком уж профессиональные приемчики, он мигом потеряет к ней интерес. И снова сможет сосредоточиться на деле.

— Готовы? — коротко спросил он, видя, что девушка уже сделала пару глотков и теперь бесцельно вертит бокал с лимонадом в руках.

— Готова. — Она с видимой благодарностью отдала ему бокал и, оглядевшись, направилась к небольшой сцене в углу зала. — Я встану здесь, ладно?

Участники вечеринки, как один, потянулись вслед за ней и скоро уже стояли, нетерпеливо ожидая начала представления. Ричард шел последним, так и терзаясь непонятной раздвоенностью.

— Вам потребуется музыка? — прокричал он через головы приятелей Билла.

— Нет. Я сама себе музыка.

Вот это что-то новенькое! Надо было слышать, с какой гордостью забавная девчонка это объявила. Можно подумать, их вечеринку посетила, по крайней мере, звезда «Гранд-Опера».

Тем временем девушка еще раз обвела взглядом собравшихся и на лице ее снова отразились те же смущение и робость, что и несколько минут назад. Что же это? Притворство, положенное по роли маленькой девочке из Канзаса, или неподдельное чувство? Однако через миг, когда Флоренс начала петь, Ричард решил, что все-таки первое. Потому что представление «маленькая Дороти» продолжалось.

Вопреки его — да и всех остальных собравшихся — ожиданиям, Флоренс не танцевала, разве что совсем малость пританцовывала на месте. Однако каждое ее движение, каждое слово простенькой песенки било на все тот же контраст. Сама по себе песенка была столь невинна, что ее можно было бы исполнять хоть на детском празднике. Никогда не падай духом, будь всегда бодр и весел, твердо помни свою цель, шагай по выбранному пути, и тогда… тогда сбудутся все твои мечты, даже самые невероятные и фантастические. Вот и все, что в той песенке было.