Сталинская истребительная война (1941-1945 годы) - Иоахим Гофман

Против этого возникло сопротивление на всех уровнях и во всех научных сферах, и именно в немецкой исторической науке не было недостатка в серьезных усилиях, чтобы спокойно, взвешенно и аргументированно противостоять всем попыткам «антифашистской» идеологической индоктринации; в них участвовал и автор настоящего исследования. На основе критического подхода к источникам он исследовал советские военные планы силового противоборства с Германским рейхом, ставшие известными за минувшие четыре года, сравнил их с доселе известными источниками и дополнил систематическим анализом мемуаров советских военачальников. При этом он приходит к выводу, что германско-советская война была неизбежна, а потому обе державы вооружались для этого противоборства, разрабатывали оперативные планы и стремились превентивно опередить противника.

Явное изменение военной ситуации в пользу Советского Союза весной 1941 г., которое германское руководство смогло распознать лишь схематично, привело Гитлера к выводу, что июнь 1941 г. — это последний возможный срок, когда вообще еще можно вести превентивную войну. С другой стороны, Сталин, по всей видимости, весной 1941 г. перенес момент нападения с 1942 г. на июль-сентябрь 1941 г., чтобы несколькими мощными ударами уничтожить войска германского Вермахта, сконцентрированные на советской западной границе; в этой связи автор проводит детальное исследование майских событий, чтобы рельефно выделить решение Сталина о военных действиях против Германии летом 1941 г.

Основная часть исследования посвящена аспекту германско-советской войны, еще совершенно не дошедшего до сознания западного мира, а именно, что Сталин наметил, а затем и осуществил войну против Германского рейха как истребительную и захватническую, тогда как Гитлер придал своей кампании против Советского Союза существенные мотивы расового противоборства. Здесь особая роль принадлежала приказу Сталина от 6 ноября 1941 г. об истреблении всех немцев до единого, поскольку советская пропаганда, работавшая по инструкции И. Эренбурга, позаботилась о том, чтобы этот приказ не только доводился до сведения каждого солдата, но и неукоснительно выполнился. Подстрекательство к убийству немецких военнопленных и раненых стояло на повестке дня с первого дня войны и обрело дьявольский размах, когда Красная Армия в конце 1944 г. достигла территории Германии и, следуя указаниям своего командования и политорганов, принялась убивать, насиловать, грабить и жечь немецкое гражданское население, оставляя на оккупированных ею территориях широкий кровавый след, в том числе в течение нескольких недель после 8 мая 1945 г.

В работе И. Гофмана особенно привлекает то, что своей «Сталинской истребительной войной» против Германии он освещает и выдвигает на первый план такие аспекты, которые пока что не вызывали в западной историографии должного интереса.

Д-р Манфред Кериг

Предисловие к новому изданию

Со времени своей первой публикации в июне 1995 г. эта книга была издана четыре раза. Она появилась в момент, когда дискуссия по поводу 50-летия окончания войны в Европе уже пошла на спад, что было вполне благоприятно. Ведь сталинский пропагандистский тезис о мнимом освобождении немцев победоносными войсками Красной Армии, во всю мощь запущенный в обиход заинтересованными кругами, уже успел несколько приесться, так что теперь вновь вступили в свои права неопровержимые контраргументы.

Кроме того, не лишено известной иронии, но, естественно, не было намеренным и явилось скорее подарком случая то обстоятельство, что работа «Сталинская истребительная война» уже получила распространение и была доступна всюду, когда под абсолютно недопустимым по своей тенденциозности и упрощенности названием «Истребительная война. Преступления Вермахта в 1941-44 гг.» в путь была отправлена выставка, демагогичность и низость которой едва ли может быть превзойдена, с прозрачным намерением ввести в заблуждение неинформированную публику, политически подстрекая и используя одну часть общественности против другой. Разумеется, при этом, как доказывает масса искажений, ошибок и фальсификаций, меньше всего думали о правде и справедливости. Эта тема была избрана потому, что ее сочли достаточно подходящей, чтобы вновь, после столь прискорбного исчезновения социалистического Советского Союза, укрепить властные позиции левых. Через 50 лет после завершения Второй мировой войны германский Вермахт, как своего рода обобщенный враг, должен был послужить мишенью, чтобы вновь упорядочить и выровнять расстроенные ряды левых. Ведь в конце концов политико-идеологическая борьба за прежние цели, своего рода духовная гражданская война, не должна иметь перерывов.

Уже после того, как «Сталинская истребительная война» была представлена в ежедневных и еженедельных газетах и появились первые положительные рецензии специалистов, организаторы и их вдохновители признали, как это сформулировал один их представитель, что эта книга оказалась «политически опасной» для них; это и понятно, поскольку, например, «Франкфуртер Альгемайне Цайтунг» отметила, что автор вышел из научной дискуссии «победителем», и даже издаваемый федеральным министерством обороны официальный орган «Information für die Truppe» рекомендовал ее своим читателям как «важную и заслуживающую прочтения книгу». Во всяком случае, целям выставки могло лишь повредить то обстоятельство, что в ней однозначно доказывается: столь грубым и действенным лозунгом «истребительная война» еще в 1941 г. воспользовался для характеристики своих бесчеловечных методов ведения войны — причем действительно по праву — не кто иной, как Иосиф Виссарионович Сталин. Что же было делать?

Поскольку самой книге не удавалось приписать недосмотров или ошибок, то есть в научном плане ее нельзя было ни опровергнуть, ни замолчать, и она, кроме того, получила быстрое распространение и удостоилась позитивного внимания, этим кругам оставался лишь один выход, который всегда более всего соответствовал их менталитету, — путь личного шельмования и насильственного подавления. Была развернута политико-пропагандистская акция такого рода, прецедента которой еще поискать — по крайней мере, в свободном конституционном государстве. После идеологической подготовки в соответствующих газетах («TAZ», «Konkret», «Zeit» и т. п.) депутаты фракции «Союз 90 / Зеленые» по договоренности с социал-демократическими депутатами и при их поддержке 28 февраля 1996 г. в час вопросов германского Бундестага направили в связи с книгой «Сталинская истребительная война» не менее шести провокационных запросов и 14 дополнительных вопросов по адресу Федерального правительства, которое вообще не ведает сферой исторической науки. «С большой въедливостью», как писал внимательный наблюдатель, спрашивающие требовали детальных ответов и затем даже домогались служебно-правовых мер против автора и других лиц. На этот час, как сообщила печать, пленарное заседание парламента было «преобразовано» в инквизиционный трибунал против отсутствующего историка.

Естественно, одновременно с книгой мишенью должен был явиться здесь сам Бундесвер. Кампания, еще поддержанная различными подстрекательскими статьями той же тональности, нашла свое продолжение в письменном запросе, опять же состоявшем из 18 отдельных вопросов, пяти поименно названных, однако некомпетентных в научном плане депутатов Бундестага (Бунтенбах, Бек, Нахтвай, Фишер, Мюллер) и фракции «Союз 90 / Зеленые» Федеральному правительству от 13 сентября 1996 г., из которого, правда, вытекало, что они вообще не читали книгу и, тем более, не поняли ее смысла. Поэтому они обосновывали свои утверждения лишь полемическими выпадами левой печати. Но при всем доносительском рвении эти депутаты примечательным образом вынуждены были указать на «большое общественное воздействие публикации Гофмана» и тем самым признать, что книга получила неожиданное распространение.

Акция, запущенная с таким большим шумом и усилиями, которая дает ясно понять, как, согласно воле этих сил, должны обстоять дела со свободой науки в Германии, увенчалась жалкой неудачей. Ведь даже в Германии дело еще не дошло до того, чтобы функционеры и товарищи члены политических партий определяли, какие темы и в каких «терминах и значениях» должен исследовать историк и к каким научным результатам ему следует приходить. Пока что основополагающее право на свободную научную деятельность, имеющее высокий конституционный ранг, не подчиняется произволу агрессивного обскурантизма.

В целом, однако, лишь в результате случайного побочного успеха книга «Сталинская истребительная война» каким-то образом встала на пути подстрекательской передвижной выставки «Истребительная война Вермахта» и, благодаря к тому же неожиданной рекламной помощи со стороны фракции Бундестага «Союз 90 / Зеленые» и левой печати, следуя теперь по стопам этой выставки, может дать критически настроенному посетителю информацию о подлинных исторических обстоятельствах.