Свет чужого солнца - Нэнси Кресс

Вода в реке поднималась не так быстро, как она боялась. Она может задержаться здесь до Первоутра. Но к чему ждать? Через несколько часов взойдет Большая Луна, и можно будет продолжить путь; у нее нет причин медлить. Нет причин медлить.

Эмбри…

Зажмурившись и опустив руку в ледяную воду, Эйрис терпеливо ждала, когда схлынет приступ боли. Боль обязательно проходит, она поняла это за три дня изгнания. Боль проходит всегда.

Костер почти догорел. Бережно используя каждую щепку, умело подкладывая сухую траву и веточки, Эйрис снова разожгла его. «Хоть огонь разводить умею, — подумала она с усмешкой, — как и все стеклодувы». Костер — первое, в чем ей сопутствовал успех с момента изгнания из Делизии.

Костер вновь ярко вспыхнул. Эйрис сидела и смотрела на огонь. Отблески пламени плясали на причудливых выступах синей бутыли. Темный вельд шелестел травой, откуда-то доносился запах игольчатых кустов и еще какая-то резкая вонь. Позади, в трех днях пути отсюда, лежало море. И Делизия. И Джела. А впереди, высоко в горах…

Огромная тень пронеслась над ее головой. Эйрис успела разглядеть четыре громадных крыла. Где-то вдалеке завыл вечно злобный и настороженный кридог.

Раздался звук, похожий на щелчок челюстей, и крик. Эйрис откинула одеяло и вскочила на ноги, спросонья забыв, где она находится. Крик повторился, что-то сверкнуло во мраке за выступом скалы. Эйрис ринулась вперед и увидела девушку, прижатую к скале извивающимися серо-зелеными кольцами кембури. Девушка полоснула по растению ножом и опять закричала. В ее голосе звучало столько радости, что Эйрис сначала остолбенела, не веря своим ушам, а потом поняла, что девушке нравится сражаться с кембури!

Зеленые щупальца окружали ее со всех сторон. Медлительное из-за ночной стужи, растение не торопясь подбиралось к человеческому телу, излучавшему тепло. Пока растение собиралось с силами, девушка успела отсечь один из побегов и размеренными ударами тренированного бойца принялась рубить другой.

«Это одна из джелийских сестер-легионеров», — подумала Эйрис и сжала рукоятку ножа. Но усталость подвела ее: спросонья в руке оказался не нож, а бутылка синего стекла.

Мощный удар отсек второй побег.

Девушка повернулась к Эйрис и оскалила ровные белые зубы. Сделав шаг вперед, произнесла насмешливо:

— Ну, делизийка… теперь твоя очередь.

Эйрис горько усмехнулась. «Делизийка!» Да ей придется умереть за то, что она из Делизии. Делизия отвергла ее, обрекла на смерть в вельде.

Еретичка, предательница, угроза для детей, даже для собственного ребенка, теперь должна умереть за то, что она делизийка. Чудовищная несправедливость! Эйрис громко истерически расхохоталась. Джелийка нахмурилась — она не ожидала такой реакции. Пока девушка стояла в замешательстве, на нее набросился второй кембури, скрывавшийся в траве. В пылу борьбы джелийка не заметила, как приблизилась к нему. Две плети толщиной в руку схватили ее за лодыжку, к ней тянулись все новые и новые побеги. Девушка стояла лицом к Эйрис и не видела врага. Она оказалась в крайне невыгодной позиции, но обладала отменными рефлексами. Джелийка мгновенно развернулась и принялась рубить, откидывая плети, пытавшиеся схватить ее за руку. Она воинственно закричала, будто ее боевой клич тоже был оружием.

Эйрис отрезвил собственный безумный хохот. Если я не возьму себя в руки, то просто сойду с ума, подумала она и спряталась за выступом скалы.

Джелийка стряхнула две плети с правой ноги, но третий побег успел обвиться вокруг левой лодыжки. Девушка попыталась вырваться, но тут еще одно щупальце затянулось узлом на ее бедре.

Джелийка замерла. Ее лицо, залитое лунным светом, побелело от страха, но она сразу пришла в себя и снова вступила в борьбу. Безупречная реакция помогала ей защищать лицо и руки от лиан. И все же девушке вряд ли удалось бы отбиться, но тут Эйрис вдруг бросила бутылку. Бутылка описала крутую дугу, ударилась о скалу и разбилась, наполнив воздух резким запахом кислоты. Кембури издал звук, не похожий на крик живого существа, газ с шипением вырывался из его пор, но сдуть обжигающую кислоту было не так просто. Растение ослабило путы. Джелийка вырвалась, вскочила на край скалы, и обхватив Эйрис за талию, вместе с ней покатилась вниз, к реке, подальше от кембури, который в агонии все еще выбрасывал плети вдогонку ускользающей добыче. Но наконец он свернул обожженные щупальца в клубок и исчез в траве.

Бутылочное горлышко скатилось к самому берегу.

Эйрис опустилась на землю и уставилась на место, где кончался вельд и начинался каменистый берег. Джелийка стояла у костра, сжимая в руке ее нож, и с удивлением разглядывала лезвие.

— Это же нож резчика, — заметила она.

Эйрис ничего не ответила.

— Нож резчика. На что ты рассчитывала, отправляясь с таким оружием в вельд, делизийка?

Истерический смех сорвался с уст Эйрис.

— Я спрашиваю: что ты собиралась делать здесь с таким ножом? — повторила джелийка.

— Вырезать, — ответила Эйрис, перестав смеяться.

Она боролась с желанием закрыть глаза и заткнуть уши. Бутылку сделали всего десять циклов назад. Эйрис представила себе, как маленькая ручка Эмбри нетерпеливо тянется к остывающему стеклу, с любопытством проводит грязным пальчиком по причудливым изгибам синевы, и вот девочка уже бежит показывать свое первое изделие соседкам по стеклодувной мастерской. А она, ее мать, разбила эту бутылку! Разбила, испугавшись за жизнь джелийской сестры-легионера, которая, кажется, приняла ее отчаяние за храбрость.

Джелийка и делизийка смотрели друг на друга сквозь огонь костра.

Джелийка была много моложе, почти девочка, однако, судя по вышитой тунике, уже успела доказать свое воинское искусство. Красивое лицо, черные глаза, гладкие черные косы, уложенные на затылке в тугой узел, столь любимый этой воинственной кастой, изящная длинная шея и естественная грация превосходно тренированного тела.

— Чем ты кинула в кембури? Что было в бутылке? — спросила сестра-легионер.

Эйрис посмотрела в сторону вельда. Синее горлышко, все еще запечатанное, лежало на границе камня и вельда. Она подбежала к нему, подняла и перевернула. Несколько капель обожгли ладонь.

— Кислота. Чтобы смешивать с медной краской, — ответила она, едва слыша собственный голос. — Она придает краске текучесть, а стеклу — блеск.

— Ты стеклодув?

— Была стеклодувом, — ответила Эйрис, услышав презрение в голосе джелийки, потом добавила:

— Тебе повезло. Кислота сжигает не только растения, но и пальцы.

Девушка вспыхнула и приблизилась к Эйрис. Та встала, крепко сжимая горлышко, и предупредила: