Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка - София Волгина

Мама Роконоца в темной косынке и пестром простом застиранном платье, явно спешила спуститься вниз по лестнице, но услышав про сон, остановилась:

– Ну и что же тебе приснилось?

– Он меня обнимал и подарил крестик.

– Крестик? Золотой?

– Не знаю. Он меня обнимал и что-то говорил на ухо.

– Наверное желал тебе расти большой и послушной девочкой. Ты разве не помнишь, что у тебя сегодня день рождения?

Лицо Ирини озарилось радостью:

– Ой, мне теперь девять лет, как я забыла?!

– Эх, ты, забыла! А патэра не забыл, – ласково улыбнулась мама, гладя ее по голове, – и сделал тебе подарок, потому что ты хорошо учишься. Теперь ты второклассница, надеюсь тоже не подведешь с учебой.

Ирини, разглядывая свой оловянный крестик, быстро пообещала:

– Конечно, постараюсь… Мама, а подарок ведь только во сне?

– А ты посмотри на столик у вашей кровати.

Ирини недоверчиво повела глазами: и в самом деле там поблескивал маленький крестик. Быстро подбежав, она схватила его.

– Ой, какой красивенький! Да-да! Точно такой же папа подарил мне во сне, – говорила она возбужденно, – мама, он золотой?

– Золотой.

– И он правда от патэры? – быстро звенел удивленный голос Ирини.

– Он купил его незадолго до тюрьмы. Хотел подарить тебе на день рождения, вот я и достала его для тебя. Так, что сон твой – в руку.

Кики тоже проснулась и, скоро натянув платье, подбежала посмотреть подарок.

– Ну вот, а ты завидовала моему крестику, – укорила она сестру, – теперь у тебя еще лучше, чем у меня. Дай-ка, посмотреть… Старшая сестра была уже ростом с маму Роконоцу, но очень тощенькая. Крестик ей, видно было, очень понравился. Она даже подошла к окну получше его рассмотреть. Возвращая его, Кики похвасталась:

– А я тоже тебе сделала подарок.

– Какой?

– А догадайся.

Ирини счастливо оглянулась на маму, ища подсказки. Но сестра быстро сжалилась:

– Ладно уж, не мучайся. Испекла я тебе еще вчера, пока ты где-то бегала на улице, твой любимый яблочный пирог.

Ирини подскочила и завизжала:

– Ура, где он? Давайте его сейчас же съедим!

– Молодец, Кики! – одобрительно кивнула старшей дочери Роконоца. Улыбаясь, она положила руку на плечо именинницы тем самым успокаивая ее чрезмерный восторг.

– Съедим его в обед. Позови свою подругу Марию – Ксенексолцу, если хочешь.

– Конечно, хочу, – Ирини переводила счастливые глаза то на маму, то на Кики, то на крестик, который уже висел на веревочке на ее шее, вместо прежнего оловянного.

Из соседней комнаты, тихонько прикрывая за собой дверь, вышел старший брат Федор.

– Привет, Мэйда. С днем рождения! – он подхватил и подбросил счастливо визжащую сестру вверх. Брат часто называл ее Мэйдой. Говорил, что была когда-то такая греческая принцесса.

– Тише, Ванечку с Панжелико разбудишь! – шикнул он на Ирини. – Послезавтра я с другом поеду в Красную Поляну и тебя возьму с собой, хочешь? Это – тебе от меня подарок, – сказал он многозначительно. Ирини чуть не задохнулась от наплыва чувств: еще бы она не хотела! В Красной Поляне жил Алексис, ее брат, кажется троюродный, а может, четвероюродный, с которым она очень дружна. Она быстро обернулась к сестре:

– А Кики поедет с нами?

– Возьмем и ее, чтоб тебе не очень скучно было в дороге, если мама отпустит. – Федор шутливо щелкнул по спине именинницы. – Погуляем, ведь у младшей сестры день рождения, следует отметить, не так ли, мана? – Федя просительно смотрел в лицо Роконоцы.

– Гуляйте, гуляйте, – грустно проговорила Роконоца, поднимаясь со стула, – да не загуливайтесь, всего на три дня я вас отпускаю.

– Мама, а как мы вернемся, девчонки будут за малышами смотреть, а я все-все дома переделаю, – обрадовался ее разрешению Федор и, вдруг, быстро предложил:

– А может нам всем вместе собраться и поехать к деду Билбилу? Ведь давно уже не виделись.

Федя опять просительно заглядывал в лицо матери.

– А, скотину на кого? – Роконоца укоризненно покачала головой.

– Мам, ну попросим соседку тетю Кицу… Всего-то на три дня!

– Непе (парень), мне не до поездок. И без того тошно. Вот вернется ваш патера, тогда и будем с ним разъезжать, Бог даст.

И сын, и дочери опустили глаза. Им стало неловко за свои маленькие радости.

Мама спустилась во двор, ее ждали бесконечные дела. Дети принялись за работу тоже. У каждого из них, кроме двух младших – трехлетнего Панджелико и полуторагодовалого Ванечки, были свои обязанности.

Ирини в этот день летала. Мысли о поездке воодушевляли ее безмерно. Как она любила папуку Билбила и его внука Алексиса, не передать никакими словами! Была б ее воля она вообще жила б там, где они. Так случилось, что с Алексисом у нее сопряжено самое сильное впечатление, которое она пережила, не говоря уже о разных приключениях, которые они себе устраивали, но самое главное и незабываемое – это их первое посещение кино. Устроил его дед Билбил со своим старшим внуком, Костасом, который недавно только начал работать на какой-то городской новостройке. Иринин старший брат, Федор, иногда заезжал к нему после того, как расторгуется на местном базаре овощами и фруктами, а иногда яйцами и молоком, то есть всем тем, чем отец с матерью почти ежевечерне загружали телегу для торгов в Сочи. Ранним утром Федя садился впереди, понукая рыжую кобылу Смирну, а сонная Ирини тряслась в самой телеге, что ей очень нравилось.

Встретились они с дедом вот так однажды, в воскресный день на Сочинском базаре. Добрый и обаятельный, всеми любимый его внук, Костас, купил каждому билеты в кино. Фильм был немой, но там двигались живые люди и что – то говорили. В какой-то момент Ирини даже испугалась, ей показалось, что лошади со стены движутся прямо на нее. Она вся сжалась, ухватила за руку Алексиса, пригнулась, со страхом оглянулась на сидящего рядом деда, но нет, пронесло. Лошади проехали куда-то в сторону. Ирини с Алескисом ничего в том кино не поняли, но были просто потрясены. Они оба помнили, что с началом сеанса, они никого не видели и не слышали около себя, смотрели в четыре глаза с открытыми ртами. Все их внимание было там, впереди, на большой белой квадратной тряпке, висевшей на стене. Они, еще совсем малыши, как бы сами перенеслись туда. Федя позже в двух словах объяснил суть фильма. Ирини с Алексисом в тот день только и говорили о своих впечатлениях. Ирини очень жалела, что Кики не пришлось сходить в кино. Ее, как всегда, оставили дома присматривать за двумя младшими братьями. Ох, она и обиделась, как узнала, что