Рука помощи - Пол Андерсон

Когда земная технология достигла Сконтара и Кундалоа, немедленным результатом стало появление — в пределах обеих планетных систем — конкурирующих государств, обративших вожделеющие взгляды на девственные зеленые планеты Аллана. Оба государства образовали там колонии, затем последовали столкновения, а потом — отвратительная пятилетняя война, которая, после полного истощения обеих сторон, завершилась заключенным при посредничестве Земли миром. Условия договора между Сконтаром и Кундалоа были достаточно почетными, и поэтому стороны были вынуждены сохранять мир, особенно после того, как обратились к солярианам с просьбой помочь в восстановлении разрушенного.

Людям нравились кундалоанцы, но одновременно они не любили сконтариан и поэтому всю вину приписывали им. Даже перед войной Сконтар не пользовался симпатиями. В вину ему ставились изоляционизм жителей, их настойчивая приверженность устаревшим традициям, твердый акцент речи, раздражающий образ жизни и даже их внешний облик.

Дальтон трудом добился согласия Объединения на приглашение Сконтара участвовать в конференции по вопросу оказания помощи. Но у него был серьезный козырь: помогая восстанавливать разрушенное, Земля получит доступ к богатствам Сконтара — в том числе минеральным, и, кроме того, снискает симпатии цивилизации, потенциально очень сильной, но держащейся до сих пор в отдалении.

Программа помощи пока еще находилась в стадии проекта, и следовало сначала выработать позицию Объединения в вопросе — кому следует помогать, а уж потом заключать официальные соглашения с правительствами заинтересованных планет. Нынешняя неофициальная встреча была только вступительным шагом. Но шагом решающим. При появлении сконтарианина Дальтон вежливо поклонился. Посол в ответ стукнул об пол древком огромного копья, прислонил свое допотопное оружие к стене, после чего достал из-за пояса и протянул атомный пистолет. Дальтон осторожно принял его и положил на стол.

— Приветствую и поздравляю, — сказал он, видя что сконтарианин молчит. — Объединенные Солнечные Респу…

— Благодарю, — прервал его лишенный выражения хриплый бас. — Валтам, Император Сконтара, шлет приветствия премьеру Солярии устами Скоррогана, князя Краакааума.

Он выпрямился в центре зала, казалось, заполняя все пространство мощной фигурой. Живя в мире высокой гравитации и низких температур, сконтариане были расой гигантов более чем двухметрового роста и соответственной ширины, так что выглядели они коренастыми. Их можно было признать человекоподобными, поскольку они тоже относились к виду двуногих млекопитающих, но на этом сходство исчерпывалось. Из-под широкого низкого лба и нависших бровей Скоррогана смотрели быстрые золотистые ястребиные глаза. Нижняя часть лица напоминала деформированную морду зверя, рот был полон страшных клыков, короткие уши сидели высоко на массивном черепе. Короткая коричневая шерсть покрывала все мускулистое тело до кончика подвижного хвоста. С головы и шеи свисала рыжеватая грива. Несмотря на прямо-таки тропическую для него температуру, сконтарианин был наряжен в церемониальные меха и шкуры и издавал резкий запах пота.

— Князь запоздал, — с сомнительной вежливостью заметил один из министров. — Надеюсь, не произошло ничего достойного сожаления?

— Нет, — ответил Скорроган. — Просто я не рассчитал время. Извиняюсь, — добавил он не слишком извиняющимся тоном, тяжело упал в ближайшее кресло и раскрыл папку. — Приступим к делу, господа?

— М-м-м… Следовало бы. — Дальтон уселся в центре длинного стола. — Собственно, в этой вступительной беседе мы не будем слишком много внимания уделять цифрам и фактам. Мы хотим пока установить основные цели, общие принципы политики.

— Разумеется, вы захотите детальнее ознакомиться с теперешним состоянием промышленности Аваики и Сканга, так же, как и алланских колоний, — сказал своим ласковым голосом Вахино. — Земледелие Кундалоа и копи Сконтара уже сейчас обладают высокой продуктивностью, которая со временем станет достаточной для самообеспечения. — Это мы предоставим специалистам, — ответил Дальтон. — Пошлем группы экспертов, технических советников, учителей.

— Кроме того, — вмешался руководитель генштаба, — есть еще вопрос военных связей…

— Сконтар обладает собственной армией, — буркнул Скорроган. — Пока об этом нет нужды говорить.

— Возможно и нет, — согласился министр финансов. Он достал сигареты и закурил.

— Прошу вас! — рявкнул Скорроган. — Прошу не курить! Вы же знаете, что сконтариане не переносят никотина…

— Простите! — министр финансов затушил сигарету. Рука его слегка дрожала; он посмотрел на посла: что случилось, ведь климатизаторы мгновенно вытягивают дым? И, в любом случае, на членов правительства не кричат. Особенно, когда приходят просить о помощи…

— В игре участвуют и другие цивилизации, — торопливо заговорил Дальтон, отчаянно пытаясь загладить инцидент. — Не только наши колонии. Я думаю, экспансия обеих ваших рас выйдет за пределы вашей собственной тройной системы, что приведет…

— Для нас экспансия неизбежна, — заметил Скорроган. — Мирный договор ограбил нас на всех четырех планетах… Не будем об этом. Простите. Досадно сидеть за одним столом с врагом. Особенно, как может быть кто-нибудь помнит, если это столь недавний враг.

На этот раз молчание длилось долго. Дальтон чуть ли не с физической болью понял, что Скорроган непоправимо испортил свое положение. Даже если бы он попробовал его исправить (а кто ж это видел, чтобы аристократ Сконтара приносил извинения), было уже слишком поздно. Миллионы людей у телеэкранов были свидетелями его прямо-таки непростительной грубости. Слишком много влиятельных лиц собралось в этом зале, слишком многие ощущали на себе взгляд полных презрения глаз и вдыхали резкий запах нечеловеческого пота. Сконтар не получит помощи.

На закате облака повисли над темной линией гор к востоку от Гайрайна, и морозное дуновение ветра принесло в долину привет от зимы — первые хлопья снега; и они кружились теперь на фоне темно-пурпурного неба, порозовевшие в лучах кровавой луны. К полуночи будет снегопад.

Космический корабль возник из темноты и поплыл к ангару. За маленьким космопортом был виден в полумраке древний город Гайрайн, стынущий на ветру. Рыжий блеск огней падал от старых домов с заостренными крышами, а крутые улочки напоминали ущелья, уходящие к предгорьям, где высился мрачный замок, — древнее гнездо баронов. Валтам выбрал его своей резиденцией, и крохотный Гайрайн стал столицей Империи. Впрочем, от задумчивого Скирнора и великолепнейшего Труванга остались лишь радиоактивные руины, и дикие звери выли теперь в развалинах древних дворцов.