Украшение вместо пепла - Джойс Майер

Дух Господа Бога на Мне, ибо Господь помазал Меня и дал Мне право благовествовать кротким, нищим и страдающим от болезни, послал Меня исцелять сокрушенных сердцем, проповедовать (физическим или эмоциональным) пленникам освобождение и узникам открытие темниц (и их глаз).

Исайи, 61:1

В стихах 2 и 3 Исайя продолжает:

Проповедовать лето Господне благоприятное (год Его благосклонности) и день мщения Бога нашего, утешить всех сетующих,

Возвестить сетующим... что им вместо пепла дастся украшение (венок или диадема)...

Бог дал мне украшение вместо пепла и призвал меня помогать другим, чтобы и они позволили Богу сделать то, что Он сделал для меня.

К тому времени как в возрасте 18 лет я покинула отцовский дом, мне пришлось пережить разного рода издевательства: словесные оскорбления, избиения, сексуальное надругательство. В детстве я испытала жестокое обращение со стороны нескольких мужчин. Меня отвергали, бросали и предавали. И мне известно, что значит быть "эмоциональным пленником".

Эта книга не была написана лишь для того, чтобы детально описать мое личное свидетельство. Рассказ о моих личных переживаниях будет кратким, но достаточно обширным, чтобы вы поверили, что мне известна боль, и узнали, как избавиться от нее. Я хочу помочь вам, и мне удастся сделать это лучше, если вы по-настоящему поверите в то, что мне понятны ваши переживания.

Прежде чем начать описывать детали своего детства, хочу сказать, что своим рассказом я вовсе не желаю унизить своих родителей. Я поняла, что обидчиками обычно становятся те, кто сам обижен. Благодаря милости Божьей я могу сказать: "Отец, прости им, ибо не ведают, что творят". Пусть этот рассказ поможет тем, кто, как и я, пострадал от надругательства.

Из-за надругательств, все мое детство было исполнено страха. Мой отец управлял мной, постоянно запугивая меня и выражая свой гнев. Он никогда физически не принуждал меня к сожительству. Однако он заставлял меня притворяться, будто мне нравится то, что происходит между нами, и я желаю, чтобы это продолжалось. Моя неспособность выразить свои истинные чувства, когда меня заставляли вести себя так, будто я наслаждаюсь происходящим, оставила в моей душе глубокие раны.

Несколько раз я робко пыталась объяснить то отчаяние, которое я испытывала. Но гневная реакция моего отца - его крики и неистовство - так пугала меня, что я научилась без возражений выполнять все, что он говорил.

Страх стал моим постоянным спутником: я боялась отца, боялась его гнева, боялась того, что все станет известно, что об этом узнает мама, боялась заводить друзей.

Страх заводить новых, друзей поддерживался двумя основными факторами: если это были девочки, я боялась того, что мой отец заманит их в ту же ловушку, а если это были ребята, меня пугало то, что мой отец мог навредить им или мне. Он никого ко мне даже близко не подпускал, потому что "я принадлежала ему". Часто он гневно обвинял меня в сексуальных связях с моими школьными знакомыми. Во мне постоянно шла борьба: я боялась заводить Друзей и боялась одиночества, но в то же время я не хотела вовлекать в происходящее кого-то еще, зная, что это может представлять опасность для них и принести позор мне.

Я не позволяла моим взаимоотношениям с одноклассниками становиться такими близкими, чтобы мне надо было приглашать их к себе домой. А сами они не вели себя со мной настолько свободно, чтобы попытаться прийти ко мне в гости. Если звонил телефон, и кто-то спрашивал меня, я в панике думала: "Что если это кто-то из школы?"

В выходные дни мой отец сильно напивался; он часто брал меня с собой, так как хотел, чтобы я всегда была у него под рукой. Очень часто он возвращался домой рассерженным и избивал маму. Меня он бил не сильно, но то, что он избивал мать, заставляло меня так же страдать, как если бы он бил меня.

Мой отец контролировал все, что происходило вокруг него. Он решал, когда нам ложиться спать и когда вставать; он решал, что нам есть, что надевать и на что тратить деньги; он определял, с кем нам встречаться и что смотреть по телевизору. Короче говоря, он контролировал всю нашу жизнь. Он был крайне груб как со мной, так и с моей матерью, а позже с моим единственным братом, который родился, когда мне было девять лет. Помню, как я отчаянно хотела, чтобы у меня родилась сестра. Мне казалось, что если в доме появится еще одна девочка, меня оставят в покое, по крайней мере на какое-то время.

Отец постоянно ругался, используя самые грязные и мерзкие слова. Он критиковал все и вся; по его мнению, никто из нас ни на что не был годен. В большинстве случаев нам напоминали о том, что мы - ничто, но были и моменты, когда он был совсем другим. Тогда он давал нам деньги и посылал в магазин; иногда даже покупал нам подарки. Он был манипулятором и насильником и делал все, чтобы добиться своего. Других людей он не ставил ни во что, если не мог использовать их в своих эгоистических целях.

В нашем доме не было мира. Я фактически не знала, что такое мир, пока не выросла и на долгое время не погрузилась в Божье Слово.

В возрасте девяти лет, когда я находилась у своих родственников в другом городе, я пережила рождение свыше. Втайне от них однажды вечером я побывала на богослужении, на котором говорили о спасении. Не знаю откуда, но я понимала, что нуждаюсь в спасении. Могу лишь предположить, что Бог поместил это желание в мое сердце. В тот вечер я приняла Иисуса Христа как своего Спасителя и пережила удивительное очищение. До этого из-за греха кровосмешения я постоянно чувствовала себя грязной, а теперь впервые в жизни я почувствовала себя чистой, будто кто-то омыл моего внутреннего человека. Но так как проблема от этого не исчезла, по возвращении домой мои прежние ощущения вернулись ко мне. Мне казалось, что я потеряла Иисуса, и поэтому истинный внутренний мир и радость были незнакомыми мне чувствами.

А какова была роль моей матери в этой ситуации? Почему она не помогла мне?

Мне было восемь или девять лет, когда я сказала матери о том, что происходит между мной и отцом. Она расспросила меня обо всем и потребовала у отца ответа, однако он заявил, что я лгу, и мама решила поверить ему, а не мне. Какая женщина не хотела бы в такой ситуации поверить своему мужу? Думаю, что в глубине души она знала правду, но надеялась, что это не так.

Когда мне было четырнадцать, однажды мама вернулась из магазина раньше, чем обычно, и фактически застала нас с отцом. Увидев происходящее, она вышла из дома и вернулась через два часа, делая вид, будто она раньше не приходила и ничего не видела.

Моя мать предала меня.

Она не помогла мне, хотя должна была помочь.

Много лет спустя (тридцать лет) она призналась мне, что просто не хотела скандала. Но тридцать лет она даже не упоминала об этом! Все эти годы она была на грани нервного срыва. Каждый, кто знал ее, списывал ее состояние на климакс.

Целых два года ее лечили с помощью шокотерапии, в результате чего у нее были стерты целые участки памяти. Доктора знали, что ей необходимо забыть что-то, но не знали, что именно. Было очевидно, что какие-то воспоминания лишают ее душевного здоровья.

Мама считала, что это болезнь. В молодости она страдала каким-то женским недугом, и сейчас ее мучили его последствия. В возрасте тридцати шести лет ей удалили матку и у нее сразу же начался климакс. Тогда большинство докторов не верили в гормональные средства, и поэтому она сильно страдала. Казалось, что все возможные трудности обрушились на нее, и это было сверх ее сил.

Лично я всегда верила, что эмоциональное крушение моей матери было прямым результатом долгих лет жестокого обращения с ней. Истина состояла в том, что она не решалась посмотреть правде в глаза и разобраться с тем, что она совершила в прошлом. Помните, как Господь сказал нам: ...и познаете истину, и истина сделает вас свободными (Иоанна, 8:32). Божье Слово является истиной, и когда мы применяем его в жизни, оно отпускает пленных на свободу. Божье Слово заставляет нас также смело смотреть в лицо нашим трудностям. Если же мы пытаемся убежать от них, когда Господь повелевает действовать, мы остаемся в своих цепях.

Когда мне было восемнадцать лет, я, пока отец был на работе, ушла из дома - покинула его. Вскоре после этого я вышла замуж за молодого человека, который первым обратил на меня внимание.

Мой новый муж, как и я, имел множество проблем. Он был манипулятором, вором и жуликом. Большую часть времени он не работал, однако много ездил, и однажды он бросил меня в Калифорнии с ящиком лимонада и без цента в кармане. Я была напугана, но так как это чувство было привычным для меня, это происшествие не отразилось на мне так, как могло бы отразиться на менее травмированном человеке.