Знаменка (СИ) - Елена Грановская

задачи: советники и референты, секретари и руководители, специалисты и заместители, высшие и старшие офицеры реагируют на запросы иных структурных единиц, отправляются в командировки, визируют положения, утверждают планы. Знаменка всегда мобильна и оперативна, под стать вооруженным силам. Именно в одном из управленческих кабинетов в усадьбе генерала Апраксина сидевший за столом капитан Власов уже замыленным взглядом в третий раз вчитывался в проект разрабатываемого контракта, нервно перебирая пальцами ластик. Мысли были заняты не службой: он ждал звонка.

Мобильник заерзал по папке от вибрации. На экране высветился незнакомый номер. Вдруг это то, о чем он думает? Власов вскочил с места и, быстрым шагом удаляясь из кабинета, принял вызов, приложил телефон к уху:

— Алло, слушаю?

— Здравствуйте. Юрий Витальевич? — на том конце заговорил приятный низкий женский голос.

— Да, верно. — Власов, оказавшись в коридоре, отошел к окну, сосредоточенно глядя в подоконник.

— Главное управление кадров беспокоит.

Сердце волнительно забилось. Капитан переступил с ноги на ногу.

— Поданная вами конкурсная заявка успешно рассмотрена. За вами забронирована министерская квота на обучение. Поздравляю.

— Спасибо! Приятно слышать.

С плеч будто гора железной руды свалилась. Он это сделал! Обошел офицеров министерских департаментов, управлений, отделов и служб! Место досталось ему, капитану Власову.

— Необходимо в ближайшее время подъехать для заполнения некоторых документов. Может, сегодня получится?

— Да хоть сейчас. Скажите, куда, кого спросить?

Девушка назвала адрес проезда и кабинет.

Власов еще раз поблагодарил и отключил вызов. Радостно потряс кулаками, глядя в окно на солнечную Москву. Он может гордиться собой: конкурс в нынешнем году оказался огромен, а самое удивительное и потому подчеркивающее значимость его победы в этом, казалось, обычном состязании было то, что все образовательные квоты академии, куда капитан стремился попасть, министерство отдало личному составу вооруженных сил и только десяток мест — командно-штабному корпусу. Именно он, Власов, и получил одно из них. В этот раз мало кто горел желанием получить дополнительное образование, но всё же нашлись сослуживцы с Фрунзенской набережной, той же Знаменки, решивших попробовать свои силы в объявленном конкурсе и благодаря академической программе продвинуться на службе на ступень выше. И капитан многих из них опередил, обогнал, завоевал лавровый венец.

Отпрашиваясь у Фамилина, объяснив суть срочного и почти безотлагательного отлучения, будто кто-то мог за короткое время вырвать у него вакантное место, Власов в приподнятом настроении и с подъятым духом направился в сторону Боровицкого метро. Стоя в вагоне и держась за поручень, придерживая портфель, капитан от нечего делать водил глазами по изученной сотни раз карте станций под потолком. Он как ребенок фантазировал о будущем обучении, будто это было чем-то невероятным. Хотя может и так: первый опыт зачисления в настоящую высшую военную академию, не просто военную кафедру гражданского вуза.

Поезд остановился на нужной станции, Власов пропустил из вагона вперед себя группку девушек-студенток и вышел из подземки в солнечное утро. Гигантская многоэтажка бросала тень, не дарившую, однако, прохладу в столь погожий час. Капитан обогнул дом и направился вдоль по короткому проезду в сторону четырехэтажного здания кадрового управления. На проходной у ворот он столкнулся с майором, шедшим со стороны двора сталинского дома. Пропустив его перед собой, предъявив на входе удостоверение, Власов оказался в управлении.

Вдоль коридора близ кадрового кабинета толпился десяток военнослужащих. Когда капитан приблизился к ним, из-за двери кабинета показался худощавый полковник, выравнивая в папке-уголке документы, а вслед за ним в кабинет скользнул майор ВКС. Сразу нескольким офицерам гарнизона и министерских департаментов понадобилось именно в один час наведаться в кадры — кому за справкой, кому за заверенной копией, кому за подписанными оригиналами. Прием велся в порядке живой очереди, а, как обратил внимание Власову стоящий перед ним подполковник из Третьего дома, очередь движется не так быстро, как хотелось бы. Капитан разговорился с ним, а через долгих четверть часа вместе с очередным военным из кабинета вышла специалист кадров, обратив на себя внимание вопросом: кто из присутствующих явился за документами по поводу обучения в академии. Обозначили себя четверо, в том числе Власов. Он оценивающе посмотрел на возможных будущих сокурсников: два серьезных майора и один капитан. Сказали подождать еще, документы почти готовы к выдаче. «В чем извечный смысл: соглашаться на выдачу бумаг сей же час, когда те еще не до конца готовы?», в мыслях поворчал Власов и вздохнул, взглянув на наручные часы. Ладно, может не такое большое и серьезное опоздание ему проститься. Он надеялся выскочить из кадров раньше подполковника с Фрунзенской.

Прошла еще четверть часа. В кабинет быстрой походкой устремился генерал, и с его приходом дела словно бы пошли быстрее, будто он придал ускорение работе: ожидающие своей очереди военнослужащие заходили из кабинета и выходили из него чаще, получая заветные документы и долго за дверьми не задерживаясь. Из-за дверей выглянул кадровый специалист, держа в руках тонкую папку с бумагами, и, посмотрев на оставшихся офицеров, назвал фамилию одного из квотированных в академию. Майор последовал за служащим в кабинет и вышел оттуда менее чем через минуту. По довольному лицу было ясно, что он оформил свой комплект бумаг для поступления, и документы одобрили. Вскоре был приглашен другой майор, а через некоторое время и капитан. Все выходили с врученными им документами. Уже вошел в кабинет стоявший перед офицером с Фрунзенской капитан, как в коридор выбежал всё тот же кадровик и громко спросил:

— Капитан Власов? За документами для академии?

— Здесь! Так точно! — Власов проскочил вперед.

— Пройдемте.

Специалист пригласил его за собой и подвел к дальнему в кабинете столу. Из лежавшей на столе незастегнутой папки он вынул четыре экземпляра документов и подал Власову для подписи. Тот черкнул свою незатейливую закорючку на каждой странице.

— Эти вам, — кадровик протянул ему два экземпляра, — это нам, — и убрал оставшуюся пару обратно в папку. — Остальные документы от вас уже в академии, а эти нужно занести. Еще в августе с вами свяжутся для окончательного подтверждения.

— Понял. Спасибо. — Власов кивнул и вышел в коридор.

— Ну что, Знаменка? Поздравить тебя можно? — позвал его подполковник из очереди.

— Да. Принимают, — капитан остановился, убирая листы в сумку.

— Ну, успехов, товарищ инженер!

— Спасибо!

Офицеры распрощались, Власов быстрым шагом направился к выходу.

— Разрешите, ВалерИгорич? — стучась и приоткрыв дверь, спросил Власов.

— Да, проходи, Юр, — кивнул подполковник, сидя за рабочим столом. Он проглядывал какие-то печатные листы с таблицами. Власов закрыл за собой дверь и прошел к смежному с рабочим столу, сел на ближайший к Сезонову стул.

— Дело есть, товарищ главный, — сообщил он вполголоса, сложив руки