Повседневный гарем с опасными леди-монстрами - Вячеслав Танков

Не успели отгреметь последние гражданские войны по переделу территорий и прав между нашим и чужим мирами, как возле каждого портала отгрохали огромные комплексы, защищенные не только толстыми стенами, но и тройным кольцом вооруженной до зубов охраны, состоящей как из людей, так и добровольцев «оттуда». Вскоре с той стороны пошел тоненький ручеек желающих поселиться в мире людей, которые спустя пару месяцев вызвал невероятный ажиотаж среди молодых мужчин всей планеты. Вскоре правительство обнародовало невероятную новость! Оказывается, вторжение, успешно отбитое вооруженными силами всей Земли три года назад, было начато совсем не по той причине, что кому-то из королей Ориона (название чужого мира) захотелось повоевать или захватить новых рабов.

Существовало некое пророчество, гласящее о том, что каждую тысячу лет грань между нашим миром и Орионом стирается так сильно, что через дырки в ткани Мироздания можно провести целое войско! Пусть атака провалилась, но порталы по неизвестной причине не исчезли. Лишь благодаря совместным усилиям ученых и шаманов обоих миров удалось закрыть те, через которые в наш мир могло проникнуть нечто злое и не поддающееся контролю, равно как и ракета с ядерной боеголовкой, которую террористы могли отправить «в подарок».

Но я отвлекся. Безумное вторжение объяснялось тем, что разумные расы Ориона… находились под угрозой вымирания! С некоторых пор страшный недуг или проклятье постигло все без исключения племена чужого мира. Все реже и реже рождались здоровые мальчики, даже у плодовитых рас, славящихся здоровым потомством. Взрослые мужчины и самцы умирали чаще и чаще от атак безмозглых монстров. Все шло к тому, что разумное население Ориона вскоре погибло бы от лап вечно голодных чудовищ. Но тут-то наше мировое правительство пошло навстречу гражданам чужого мира, предложив равноценный обмен…

И вот я стою возле одного из Центров по Обмену с друзьями в ожидании начала самого необычайного собеседования, который только можно увидеть в нашем Мухосранске. Город, как город, не большой, но и не село. Со столицей не сравнить, но и достопримечательностей у нас тоже хватает, как и своих бандитов, продажных чиновников и вечно неработающих коммунальных служб. В общем, самый обычный Зажопинск, название которого я даже не буду здесь приводить. Уверен, мы все живем в подобных человейниках. Хотя бы у нас есть Центр. Его огромное здание также является одним из примечательных мест нашего города. Портала в другой мир, увы, у нас нет, зато есть прямая авиалиния в столицу, откуда к нам и прибывают эти замечательные, опасные и чудовищные…

* * *

— Рик, и все-таки ты идиот! Как ты мог купиться на рекламу этих уродов⁈ Да стоит тебе только свистнуть и тебе даст любая прямоходящая самка человека в возрасте от восемнадцати до шестидесяти в радиусе пятнадцати километров! Что с тобой не так⁈ Почему ты променял их на… на этих⁈..

Меня зовут Рикардо Пржевальский. Для друзей — Рик, Рич, Рикки. Мамочка моя была испанским дипломатом, а папаша — русским офицером военной разведки, первопроходцем Ориона. Он был одним из первых разведчиков, кто погиб от переизбытка маны в организме, когда люди еще не знали причины эпидемии. А мама умерла еще раньше, когда я был совсем маленьким, поэтому я вот уже два с половиной года живу совсем один. В этом году мне исполнилось двадцать пять, государство выплачивает мне крохотную дотацию, размер которой даже озвучивать смешно. Но не все так плохо, как кажется. Мои родители на самом деле владели фармацевтической компанией, приносящей им немалый доход. А с кончиной отца управление перешло ко мне. Формально я мало в чем разбирался, а потому и со спокойной душой передал бразды правления другу отца. Мне начислялся довольно неплохой месячный доход, повлиять на который не мог никто, даже временный директор. Таково было условие отца в найденном завещании. Папа подстраховался, уходя в неизвестность чужого мира, за что я ему очень благодарен. Без денег компании точно не выжил бы. Уход из жизни отца меня сильно подкосил морально, поэтому я с головой ушел в учебы, забив на все передряги, которые происходили во всем мире в связи с вторжением пришельцев. Наши военные быстро справились с атакующими, а потом началось строительство Центров… Я краем уха слушал новости, но не вникал. У меня хватало забот с учебой, переездом из дома родителей в новый отстроенный частный коттедж в другой части города на морском побережье, продажей собственности, принадлежащей родителям, и многого другого. А закончив универ и отдохнув недельку, я вдруг понял, что остался совсем один в незнакомой части города, не считая пары сокурсников-друзей.

Вот почему я сейчас стою вместе с ними напротив заветной двери, до открытия которой остаются считанные минуты, а мои бывшие однокашники изо всех сил пытаются меня отговорить от следующего шага. Но я твердо решил, что не хочу заводить отношений с обычными девушками. Да и вообще не хочу каких-бы то ни было отношений! Вот только в завещании была небольшая приписка:

«Все мое состояние перейдет в управление сына только в том случае, если он за такой-то срок станет полноценным мужчиной!»

Ниже шло объяснение того, что именно он подразумевал под «полноценностью» и почему так решил. Оказалось, что папаше до жути надоела моя затворническая жизнь. Я и до института был довольно тихим и спокойным парнем, предпочитая комнату с компьютером улице и сверстникам. За отведенный им срок мне предстояло как минимум завести отношения с противоположным полом, а еще лучше — жениться, чтобы они были подтверждены на бумаге. Это было не обязательным условием, а так, для галочки.

Между прочим, срок довольно скоро истекал, а у меня в голове было пусто. Знакомиться с девушками в универе не получалось, хотя желающих окрутить одинокого и симпатичного студента с квартирой и денежкой в портмоне было предостаточно. Однокурсники только пальцем у виска крутили, когда я в очередной раз отправлял подальше от себя новую халявщицу, готовую раздвинуть ноги и широко открыть рот ради безбедной жизни в замужестве. Нет, конечно, мне встречались нормальные девушки, но дальше одноразового перепихона дело не заходило. Я не ощущал к ним никакой тяги, не говоря уже о любви. Сексуальное влечение максимум. Должно быть, что-то во мне перегорело после смерти отца…

— Почему я променял баб, озабоченных только собой и своим существованием, вечно спорящих и пилящих своих парней⁈ — разозлился, наконец, я, устав от причитаний Васьки и Санька. — Почему я променял их на других опасных монстров из неизвестного мира? Вот я