Миссия на счастье - Вера Бен

которую я уже рассказала, познакомилась в баре с парнем, Артемом. И тут самое интересное! Мама этого Артема оказалась приятельницей моей мамы! Это немыслимо! Ее зовут Нина, и о трагедии она узнала не сразу, тем более, жили они тогда в другой стране. Но как только до нее дошли печальные новости, она попыталась связаться с моей бабушкой… Она еще жива была… Бабушка была очень подозрительна (как показал мой личный опыт — небезосновательно), да и вообще, после смерти моих родителей она очень быстро начала сдавать. Бабушка довольно жестко «отшила» Нину и попросила больше не тревожить нас.

В принципе, Нина и Нина. Но, когда мы недавно встретились, она… Знаете, ей было так больно от того, что она узнала. Ну, что я одна все это время была. Что поддержки типа никакой. Если честно, я практически не задумывалась сама об этом. Но, когда Нина эти все чувства на меня вылила, да еще и чуть ли не желание меня удочерить выразила — я… Как сказать… Я ведь понимаю, она, наверно, мою маму любила. И теперь ей хочется сделать что-то для меня, чтобы… Ну, чтобы маме как бы приятно сделать. И мне неловко перед этой Ниной… Потому что я в ней, по правде сказать, не нуждаюсь. Ни в каком плане. Но и игнорировать ее тоже как-то… В общем, не знаю…

Я замолчала, задумавшись.

— Марсель, спасибо большое за Ваш рассказ. Давайте все же постараемся сформулировать вопрос, который Вы бы хотели разрешить в течение наших сессий.

Я посмотрела на психолога. Она сидела чуть поодаль от меня в уютных белых кедах и мягком костюме.

— По правде, не знаю, Татьян, — я наморщила лоб, — Денис говорит, что надо что-то делать с моими ночными кошмарами…

— Вас мучают кошмары, Марсель? — Татьяна как-то встрепенулась, и даже ее уютные белые кеды немного напряглись и перестали казаться такими уютными.

— Да нет, — попыталась я успокоить и психолога, и ее кеды, и, заодно, себя, — просто я часто плачу во сне. Ну, так Денис говорит.

— Вам это доставляет неудобства?

— Да нет же! — я закатила глаза и попыталась объяснить психологу, что у меня вообще в жизни все прекрасно, просто Пижон так давно ни о ком не заботился, что решил вывалить накопленное годами на меня. Резко и беспощадно.

Мы еще поговорили о моих «травмах», я вытерпела положенное время (благо его оставалось довольно мало), попрощалась и вышла из здания.

По коже ласково прошелся теплый весенний ветерок, а лучики солнца задорно щекотали ресницы.

Прекрасное время. А еще мне завтра 24!

Глава 1. Сжигая мосты

Марсель

Нечаев, конечно, в своем духе! Из моего Дня Рождения он сделал тусовку своих приближенных!

Ну, нормальный человек, а?

Вот, говорила же я ему, что мне хочется просто дома (без разницы: у него или у меня) вдвоем посидеть!

Нет, «ты ведь все-таки официально моя невеста», «лучшего повода собрать хороших людей вместе не найти».

Ага. Не «хороших» людей он вместе собрать хочет, а нужных — это раз.

А жених и невеста мы все равно фиктивные. Да, отношения у нас настоящие — тут не придраться. Но, вот кольцо и помолвка перекочевали в нашу нынешнюю жизнь из прошлой: когда у нас был лишь договор на отношения.

При этом каждый из нас стесняется начать разговор об этой самой помолвке. Лично я боюсь, что он подумает, что я сильно хочу за него замуж! И что вообще я изначально надеялась, что все закончится именно вот так. Настоящими отношениями и тем, что я уже почти переехала к нему. Сейчас я еду к себе в квартиру впервые за дней пять.

Почему он не заикается о предназначении моего дорогущего кольца на пальце (которое я, между прочим, зачем-то ношу, не снимая) — мне остается лишь догадываться. Может, ему неловко напоминать мне, что это все было понарошку? В общем, не хочу ломать голову — проще не думать об этом.

Я зашла домой. Взглянула на свое отражение в зеркале над умывальником в ванной.

— Завтра тебе 24, поздравляю! — сказала я сама себе, намыливая руки. Совсем недавно сняли гипс с левой кисти, и я все еще наслаждалась «свободой» движений.

От размышлений оторвал звонок мобильного. Я подошла к телефону: ого! Сам Зазубнов — гендиректор с моего прошлого места работы. Конечно! Я ведь официально оттуда так и не уволилась! Я-то черту подвела в наших трудовых отношениях: сообщила начальнику, что он козел. А вот он, видимо, захотел вытянуть какие-то преференции — ведь моя трудовая книжка все еще у него. А я — с Нечаевым. Человеком, что строит самые крутые торговые центры в городе. Наверняка Виктор Степанович очень уж хочет получить хоть какую-то выгоду от такого положения дел.

Но, на то он и козел: просчитывать причинно-следственные связи — явно не его конек. Иначе ему не взбрело бы в голову за глаза называть меня эскортницей, которую снял Нечаев.

Я тяжело вздохнула и ответила на звонок.

— Машенька, привет! — пропел в трубку Зазубнов.

— Я Марсель, — поправила я.

Действительно, раньше я пыталась откреститься от своего настоящего имени и просила называть меня Маша. Но Пижон… Встреча с ним многое поменяла во мне. И одно из этих изменений — я полюбила свое имя. Меня зовут Марсель. И это круто!

— О, ну, как скажешь. Марсель, — ничуть не обескуражившись, согласился гендиректор, — дорогая, я тебя очень жду в офисе! Надо ведь как-то нам с тобой выходить из кризиса! Я тебе звонил уже много раз, ты все не отвечала. Когда тебе удобно приехать?

Я задумалась. Приезжать в офис «Золушки» мне хотелось примерно никогда. С другой стороны, мне завтра 24 — не самое ли подходящее время сегодня почистить дела уходящего года?

— Я могу сегодня.

— О! Это замечательно! Я еще часа три в офисе проведу! Буду ждать тебя!

Я отключилась. Заглянула в холодильник (пусто) и, решив, что пообедаю рядом с бывшим офисом, вышла из квартиры.

___

Я