Непобедимый 2 (СИ) - Тыналин Алим

Я спросил, так ли это на самом деле, может, она меня обманывает, но сестра с облегчением сказала, что все обошлось без аборта. Ну что же, отлично.

Хотя, мне не мешало бы разобраться с тем хмырем с ее работы, по которому она сохнет. Это не вариант, конечно, дело подсудное.

Впрочем, его можно было бы поймать где-нибудь в подворотне ночью и намять бока. Просто так, для души. Но опять-таки, на это надо будет потратить время и нервы.

Ладно, пусть пока ходит, тем более, что сестра обещала с ним расстаться. Хорошо, что додумалась.

У отца тоже проблемы со здоровьем. Не говорит какие, но вроде в последнее время тоже стало лучше. Улучшился аппетит и сон стабилизировался, а то по ночам все сидел на кухне или ходил туда-сюда по квартире. Курить бросил, хотя это, наоборот, только прибавило ему тревожности. Но сегодня вроде заснул.

У матери вышла чертовски неприятная история на работе. Она рассказала потом, я узнал об этом последним. Дело рассматривали в парткоме, разбирали на многочисленных заседаниях и товарищеских судах, но пока вроде пришло распоряжение оставить ее в покое.

Нервы, конечно, потрепали, но вроде пока оставили в покое. Только позавчера мать сказала, что все разрешилось благополучно. Это хорошо, черт подери.

Поэтому сейчас я со спокойной душой почистил зубы, посмотрел на себя в зеркало и сказал:

— Завтра ты возьмешь первое место. Понял, Виктор Волков?

Сначала было необычно смотреть на себя в новом обличье, но потом я привык. Человек обладает удивительным свойством привыкать ко всему.

Новое тело оказалось как новый костюм. Надо только обносить его, чтобы он пришелся впору. Отличный покрой и дизайн, сшит словно на заказ.

С таким потенциалом я могу добраться до самой вершины, надо только не ставить палки колеса самому себе. Я еще раз похвалил себя за то, что отказался от предложения Ольги, хотя потом тут же горько усмехнулся.

Эх, молодость. Как же хорош этот возраст, причем сам не осознаешь этого. С годами такие предложения будут поступать все меньше и меньше.

Я отправился спать, поставил будильник на шесть утра и заснул, едва только закрыл глаза. О завтрашнем турнире если и беспокоился, то совсем чуть-чуть.

Всю ночь снились непонятные сны, где я с кем-то боролся. Под утро я проснулся от беспощадного треска будильника. Долго валяться не стал, сразу вспомнил, какой сегодня день и бодро вскочил с постели.

Последние два дня я провел в бездействии, по рекомендации Степаныча. Он требовал, чтобы я максимально отдохнул перед соревнованиями. Две недели мы интенсивно тренировались, я ходил в спортзал каждый день, а то и два раза, утром и вечером, но в последние пять дней Степаныч постепенно снизил накал.

Я ходил в зал через день, а вот позавчера он позвонил и сказал, что я должен отдохнуть. Вообще убрать физическую деятельность, только делать разминку и упражнения на гибкость.

Пусть тело само поработает и запишет в прошивку мышц нужные сведения. Для этого ему нужен покой. Я повиновался, чувствуя, что тренер прав и два дня наслаждался ничегонеделанием. Только гимнастика по утрам.

Как и сегодня. Небольшая разминка, с подягиваниями и похрустываниями, чтобы слегка вспотеть. Ладно, хватит.

Теперь легкий завтрак и пора в Дом пионеров, где проводятся соревнования. Видимо, для того, чтобы привлечь к спорту внимание детей и школьников.

Хотя, на мой взгляд, лучше было бы провести соревнования на стадионе АЗЛК. Ладно, хозяин барин, мне все равно, где выступать. Тем более, что на стадионе, кажется, проводят соревнования гимнастов, вольников и по хоккею с мячом. Там и так полно народу.

Мать встала первой и уже хлопотала на кухне.

— Ты выспался? — спросила она. Глянула на меня и тут же отвернулась. В сковороде шипела яичница. — Умылся? Готов к соревнованиям?

Я уже успел умыться и уселся за стол. Надо же, она помнит про мой турнир, хотя близкие не особо интересовались моими спортивными достижениями.

Отец считал это блажью, которая скоро пройдет, Даша вообще смутно представляла, что такое самбо, а мать иногда странно посматривала на меня. Как будто пыталась понять, я ли это.

Я уже давно понял, она чувствует, что со мной что-то не так. Но доказать ничего не может. Чисто на интуиции. Ну, что поделать, так уж вышло.

Признаваться я не собирался, чтобы меня не посчитали сумасшедшим. Приходилось делать вид, что все в порядке.

Выпускные экзамены у меня наконец завершились, сдал последний два дня назад, так что теперь только осталось получить диплом, устроиться на работу и можно переехать в другое место. Тогда будет полегче.

Вскоре поднялся отец, вошел на кухню уже в брюках и рубашке. Даша опаздывала, она обычно долго собиралась и прихорашивалась перед зеркалом, завтракала почти всегда в одиночестве.

Мы молча позавтракали. Я думал о турнире, само собой.Отец просматривал газету, шелестел листами, мать о чем-то думала, иногда вздыхала. Встала раньше нас.

— Ну все, я побежала.

У нее сейчас полегче на работе, школьники уже вышли на каникулы, только старшеклассники сдают экзамены. Тоже уже вроде все прошло, тем более, что у матери под руководством средние классы.

Так что, ей теперь осталось рукой подать до отпуска. Они сейчас сдают отчеты для районо. Но все равно мать по привычке бежит в школу пораньше.

Впрочем, я тоже сегодня тороплюсь. Быстро встал, отправился одеваться. Отец взял меня за руку, слегка улыбнулся.

— Удачи там. На турнире.

Надо же, я думал, он забыл. Я пожал ему руку, поблагодарил. Вышел из дому раньше матери, потому что мне гораздо легче одеться. Она тоже торопливо чмокнула меня в щеку.

— Осторожно там, Витя. Смотри, чтобы ничего не сломали.

Ну и пожеланьице. Но я все равно кивнул, улыбнулся. Тем более, учитывая, все обстоятельства моего вселения в это тело, у матери есть все основания для беспокойства.

— Постараюсь, чтобы ничего не сломали.

На самом деле, конечно же, я не могу ничего гарантировать. Борьба очень травматичный вид спорта, сломанные уши там — это только вершина айсберга, цветочки.

У профессиональных самбистов часто случаются вывихи и переломы конечностей. Реже повреждения позвонка, но тоже бывает. Так что, это уже как повезет. Грамотная самостраховка, конечно же, избавляет от многих неприятностей, но от несчастных случаев никуда не убежишь.

Ладно, теперь вперед. Хватит сомнений и размышлений. Нацеленность только на победу. Вектор движения — не отступать и не сдаваться.

Я выскочил из подъезда, придерживая сумку за лямку на спине. До Дома пионеров идти пять остановок, поэтому я решил проехаться на автобусе, чтобы не терять сил. Можно и пройтись пешком, но еще я хотел приехать пораньше.

Было около восьми утра, когда я приехал на место. Еще рано, соревнования начнутся в десять. Утро выдалось солнечным и жарким, чувствовалось, что опять будет душно.

Народу немного, в главном зале уже установили ковры, на трибунах сидели немногочисленные зрители, в основном, старшеклассники и студенты экономического техникума, расположенного неподалеку.

Но многие участники уже тоже прибыли, стояли у краев ковра и разминались. Судьи и организаторы обсуждали списки участников и о чем-то ожесточенно спорили.

Я заметил пару фотографов с «Зенитами» на шее и девушек-корреспонденток с блокнотами, чтобы делать заметки о происходящем. Видимо, потом будут небольшие статейки в районной газете и в заводском листке АЗЛК.

Степаныч еще не пришел, зато я встретил наших, Суслика и Пряхина. Они тоже разминались, уже успели переодеться. Борька сейчас блистательно отсутствовал, он отдыхал после экзаменов и пока не ходил на тренировки. Обещал прийти позже, к самому началу.

— Где тут можно переодеться? — спросил я у парней.

Суслик показал, где тут раздевалка. Там внутри еще немного народу, тоже самбисты, самых разных весовых категорий.

У нас в районе, оказывается, есть пять секций самбо, в них занимается около полутора сотен человек. Немного, за день со всеми разберемся.