Счастье сейчас и всегда - Ирина Семина

— Может, работу сменить? — предположила жена. — Отдохнешь от своих графоманов…

— Как это сменить? — немедленно вскинулся Редактор. — С какой стати? Я люблю свою работу! Я хороший Редактор! А между прочим, знаешь сколько новых авторов миру явил??? А сколько хорошей литературы издал! Да я только за последний год три новые серии запустил! Ты мне, мать, это брось! Что за пораженческие настроения? Еще чего — работу сменить!

Жена слушала и улыбалась потаенной улыбкой Моны Лизы. Уж она-то знала, что сказать и как воодушевить собственного мужа на новые подвиги.

…Вечером, когда Редактор уже забылся тревожным сном, видимо, все еще отбиваясь от лезущих в окна графоманов, его жена стояла перед зеркалом, наносила на кожу ночной крем и тихонько молилась:

— Господи, ну пожалуйста, помоги ему! Ну что тебе стоит? Пошли ему Авторов! И пусть они напишут что-нибудь чистое, свежее, ясное! Для души! Ну продиктуй кому-нибудь, ты же можешь! Он же хороший Редактор! Он литературу любит! И язык чувствует, как бог! И стоящую прозу за тыщу верст чует! И с авторами носится, как курица со своими цыплятами! Пожалуйста, Господи! Не за себя прошу…

…В это же время в своей постельке дочка беседовала с Ангелом, присевшим на край пожелать ей спокойной ночи.

— Пожалуйста, когда домой полетишь, скажи там Боженьке, чтобы он графоманов прогнал, ладно? А то папочка от них устает и со мной мало играет. Пусть к папочке прилет много-много хороших авторов. Пусть они про тебя тоже напишут! И папочка это издаст. Он, когда хорошего автора найдет, радуется, маме дарит новые сережки, а со мной в зоопарк ходит. Не забудь только, ага?

Ангел улыбался, кивал и укрывал ее крылом, как одеялом.

Когда просят не за себя и с чистым намерением — такая молитва летит к Творцу напрямую, минуя все промежуточные инстанции.

И Вселенная немедленно начинает выполнять заказ; подтягивая ресурсы, меняя линии бытия, сплетая разные судьбы в причудливое кружево.

…Где-то там, на Земле, молодая женщина вдруг отложила недочитанную книгу, достала тетрадь и, удивляясь самой себе, вывела на первом листе: «Из жизни Ангелов. Роман».

…Психотерапевт, завершив очередную сессию с клиентом, вдруг подумал: «Эх, сколько материала пропадает! Сказки, что ли, начать писать? „Сказочная психотерапия“ — а что, это идея!»

…Мамочка «особенного ребенка», закончив дневные дела, вдруг решила: «Все, хватит вариться в собственном соку. Надо создать сайт. Нет, даже вот так: Портал Исполнения Желаний. И пусть туда слетаются Ангелы и Творцы. Завтра и начну. Нет, даже сегодня!» И решительно включила компьютер.

…Отец семейства Иванов, выключив телевизор, вдруг сказал: «Слушай, чего мы каждый вечер эту муть смотрим? „Убили-угнали-взорвали-столкнулись…“ Давай, что ли, лучше почитаем на ночь что-нибудь такое… для души! Как в молодости. Ты сходи завтра в книжный, спроси там чего-нибудь позитивное».

…Главный Редактор спал и счастливо улыбался во сне. Ему снились Авторы, выстроившиеся в длинную очередь, почему-то все в белом и с крыльями, и каждый нес в ладонях огромную, переливающуюся перламутром жемчужину.

— Ой, Эльфи, а ты думаешь, сказка подействует? — недоверчиво спросила я.

— Еще как подействует! Если мы действовать будем… «Мы рождены, чтоб сказку сделать былью!» — знаешь такую песню? И перестань препятствовать своему Счастью! — посоветовала мне Эльфи, расправляя радужные крылышки (ого, вот это были крылья, даже лучше, чем я себе навоображала!). — Скажи лучше, чем хочешь поделиться с Миром в первую очередь?

— Счастьем, конечно! — не раздумывая, решила я. — Люблю, когда вокруг много счастливых людей!

— Отлично! — похвалила Эльфика, и в ее глазах вспыхнул огонь вдохновения. — Тогда открываем наш Магазин Счастья!

Сказка вторая

МАГАЗИН СЧАСТЬЯ

онедельник — день тяжелый, и слава богу, что он когда-нибудь заканчивается. Я тащилась с работы, на душе было примерно так же, как и на небе, — хмуро, пасмурно и слякотно. Моросил нудный мелкий дождик, который логично довершал безрадостный день.

В довершение всего, когда я свернула на улицу, ведущую к родному дому, оказалось, что пройти невозможно, — улица была перекрыта, там вовсю кипели ремонтные работы. Дорожники заботливо натянули цветную ленту и повесили табличку: «Выхода нет». Хотя, собственно, и входа тоже не наблюдалось. Это было жестоко: слева — длиннющая ограда школы, справа — забор поликлиники. Оставалось только выбрать — налево или направо. Я мысленно чертыхнулась и поплелась вокруг школы.

Никогда я не ходила такой кривой дорожкой. И поэтому никогда не видела этого магазинчика. Он был расположен в торце обычного жилого дома, а название его сразу поразило мое воображение: он назывался Магазин Счастья.

«Интересно, что может продаваться в таком магазине?» — зачарованно подумала я. В это время дождик брызнул с удвоенной силой, поэтому я с облегчением нырнула в магазинчик. Дверь мягко закрылась за мной, и мелодичный звон колокольчика вызвал вибрацию где-то во мне, в самой глубине. Словно кто-то там засмеялся. И от этого родилось какое-то радостное волнение, будто вот-вот должно было случиться что-то приятное.

Войдя, я невольно остановилась. Честно говоря, я оказалась в некотором замешательстве. Магазинчик был какой-то странный и больше всего напоминал запущенный склад, полный разного хлама. Между стеллажами и прилавками, трогая и рассматривая разный товар, бродили покупатели. И повсюду царило какое-то радостное оживление. К выходу спешила старушка, сияющая, как праздничный фонарик. Поравнявшись, она улыбнулась и подмигнула мне.

— Простите, а что здесь продают? — спросила я.

— Как что? — удивилась старушка. — Что написано, то и продают. Счастье, детка! Счастье!

— А… в каком виде?

— А в каком выберешь, дорогая! Метрами, килограммами и поштучно! — Наверное, я выглядела глуповато, потому что старушка засмеялась. — Да ты не сомневайся, девочка, товар качественный! Я здесь постоянный покупатель. Тебе понравится!

И старушка под звон колокольчика выскользнула из магазина. А ко мне уже спешил продавец в синей форменной одежде и с бейджиком на груди. На бейджике было написано: «Михаил, Продавец Счастья».

— Прошу простить за небольшую заминку, столько покупателей, море работы! — извинился продавец счастья Михаил. — Вы у нас, я смотрю, впервые?

— А вы помните всех покупателей в лицо? — удивилась я.

— Разумеется! Ведь решив однажды быть счастливым, человек обычно становится нашим Постоянным Покупателем, — объяснил Михаил. — К Счастью, знаете ли, быстро привыкаешь, как ко всему хорошему. И сразу хочется попробовать разные виды Счастья!

— А что в ваших товарах такого… особо счастливого? — с некоторым сомнением спросила я.

— Ах, я совсем вас заговорил! — спохватился Михаил. — Разрешите мне провести для вас небольшую экскурсию и показать, так сказать, товар лицом.

Он подхватил меня под локоть и повлек к прилавкам и стеллажам.

— Обратите внимание! Волшебные калейдоскопы! Придают яркость жизни! Постоянная смена впечатлений, феерия красок, множество разнообразных комбинаций!

— Но это же просто игрушка! — запротестовала я.

— А вы, разумеется, полагаете, что жизнь — серьезная штука? — спросил Михаил.

— Еще какая серьезная! — подтвердила я. — Если бы взрослым можно было играть, как детям…

— Так играйте! — предложил Михаил. — Кто же вам, взрослому человеку, может запретить?

— Ну, у меня обязанности… работа. И все такое, — уныло возразила я.

— А вы и в это играйте! Для начала — положите в сумочку калейдоскоп. И когда скучно, грустно или совсем заработались — уделите ему минутку времени. И увидите, как жизнь заиграет яркими красками.

— Я подумаю, — дипломатично сказала я.

— Тогда продолжим! — предложил Михаил, хватая другую вещицу. — Я продемонстрирую вам в действии устройство для запуска мыльных пузырей. Посмотрите! Посмотрите! Какие они разные! И как они лопаются!

— Ну и что? — не поняла я.

— Да как же «ну и что»? — ликующе вскричал Михаил. — Все ваши проблемы лопаются как мыльные пузыри. Легко! Красиво! Радостно!

— Если бы в жизни они так легко лопались, — вздохнула я.

— Большинство наших проблем сильно раздуты. Прямо как эти пузыри. Научитесь относиться к проблеме как к мыльному пузырю — посмотрите на нее, полюбуйтесь ее переливами, формой, размером — и позвольте ей лопнуть! Вот так! — И он выпустил еще серию радужных пузырей.

Нет, этот Михаил говорил странные вещи. Но почему-то мне хотелось ему верить! Было в нем что-то такое… убедительное.

— Ну хорошо, возможно, в этом что-то есть, — согласилась я. — Но поверить в то, что калейдоскоп и мыльные пузыри — и есть счастье, я не могу. Вы уж извините.