Шестеро смелых и парад монстров - Анна Устинова

— Я собралась к Лизке. Совсем ненадолго. Даже сумку с собой не стала брать. Сунула телефон в карман куртки и побежала. По дороге мне позвонила мама, и я объяснила ей, что нахожусь на пути к Лизе. Положила мобильник в карман, а тут эта бабка…

— Стоп, — перебил ее Клим. — Где ты в этот момент находилась?

— Да примерно на половине пути. Около длинного белого дома, в котором чуть ли не десять подъездов.

— А — а, этот, — кивнул Ахлябин. — У которого боковая глухая стена покрыта голубым кафелем?

— Именно, — подтвердила девочка.

— А бабка с какой стороны возникла? — задал новый вопрос он.

— Вот этого я как раз и не заметила, потому что с мамой говорила.

— Какая разница! — нетерпеливо отмахнулась Лиза. — Далась тебе эта бабка, она к происшествию никакого отношения не имеет. Пусть лучше Марфа дальше рассказывает, самое интересное.

— Я пытаюсь представить себе обстановку, — объяснил Ахлябин.

— Между прочим, бабка некоторое отношение к происшествию все — таки имеет, — заметила Марфа. — Именно из — за нее я в подъезде и оказалась.

— Ой, так с тобой все в подъезде произошло?! — всплеснула руками Крошка Ди.

— Слушайте, вы когда — нибудь заткнетесь? — взревел Илья. — Дайте Марфе рассказать по порядку.

Дождавшись, когда все умолкли, девочка продолжила:

— Ну, появилась откуда — то эта бабка, кидается мне прямо под ноги со своей кучей котомок и хнычет: «Доченька, милая, помоги. Измаялась, сил нету. Накупила сдуру, а ноги не идут. Да тут совсем уже недалеко. Донеси, пожалуйста. Выручи старого человека». А бабусе, наверное, лет под сто. Как тут откажешь! Взяла ее сумки. Тяжеленные — ужас! Откуда у нее только силы взялись вообще их поднять! Я несу, а она впереди семенит, дорогу показывает. Наконец бабуся к своему подъезду свернула, набрала какой — то код на двери, и мы вошли. В подъезде почти темно. Видно, лампочки либо побили, либо украли. Бабка пошла к лифту, я — за ней. Пока мы его ждали, сзади на лестнице — шаги. И голос у меня за спиной: «Девушка, мобильник не одолжишь? А то позвонить срочно надо». Поворачиваюсь — парень какой — то. В темной куртке и черной бейсболке, а козырек так низко надвинут, что лица и не разглядишь. Я растерялась от неожиданности, а он бормочет про какого — то приятеля, к которому, видите ли, приехал, а тот не открывает. Вот, дескать, и надо срочно позвонить. Тут лифт приехал. Бабка вырвала у меня из рук сумки — и в него. Я было за ней, но парень схватил меня за плечи. Двери закрылись, бабка уехала, и я осталась один на один с этим типом. Крикнуть хочу, а голоса нету. Словно в кошмарном сне. А парень меня со всей силы как долбанет о дверь лифта и шепчет: «Гони мобильник и деньги! Иначе порежу». Ну, и что мне оставалось? Протягиваю мобильник и объясняю, что денег нету. Он не поверил, карманы мне вывернул. Разозлился жутко. Особенно когда мой телефон разглядел. «Ну, — говорит, — и дрянью ты пользуешься!» Мама — то мне специально отдала свой самый старый, посчитала, что на него уж точно никто не польстится. Так нет ведь: нашелся охотник. От досады он грязно выругался. Даже не хочу повторять эти слова, — Марфа скривила свои пухлые губки в ироничной усмешке, — потому что приличным девушкам знать такие слова вообще не полагается, а тем более употреблять. Потом мне было велено встать лицом к лифту и раньше, чем досчитаю до тысячи, на улицу не выходить. Ну, а потом этот гад смылся.

— А ты что? — спросила Диана.

— Да я вообще была в шоке!

— И что, считала? — вытаращилась на нее Лиза.

— Какое там, — отмахнулась Марфа. — Первое время вообще ничего не соображала. Потом кто — то в подъезд вошел, и я на улицу вылетела. Парня, конечно, уже и след простыл вместе с моим мобильником. Да если бы он мне на глаза и попался, наверное, все равно бы смылась домой. У меня от страха колени дрожали!

Девочка умолкла. Некоторое время на кухне стояла полная тишина.

— Исто — ория, — наконец протянул Илья. — Не скажу, правда, что уникальная, однако определенные странности наблюдаются.

— Интересно, какую такую определенность ты углядел в том, что у Марфы украли мобильник? — немедленно съязвила Лиза.

— Само по себе, что украли, не странно, — продолжал рассуждать Илья. — Но чтобы в подъезде, да еще при живом свидетеле…

— И вообще, — вклинился Ахлябин, — откуда этот парень просек, что у Марфы с собой телефон?

— Да сейчас практически все их носят, — сказала Диана.

— Совсем нет, — возразил Ахлябин. — Тем более у Марфы даже сумки не было. Но самое главное, она вместе с бабкой стояла. А вдруг это какие — нибудь там бабушка с внучкой? Родная бабка внучку в беде не бросила бы, наоборот, разоралась бы на весь подъезд.

— Ну, бабка, положим, старая, — сказал Данила. — Этот тип, видно, прикинул, что в случае чего и с двумя справится.

— Мне другое интересно, — задумчиво оглядела друзей Диана. — Почему он бабку — то не остановил, а дал ей спокойно уйти? Зачем так рисковать? Ведь после — то он не сразу сбежал, а принялся Марфу обыскивать. Кстати, вполне мог бы и у старушки потребовать деньги. А он ее не тронул и даже не испугался, что она шум поднимет.

— Может, он ее знал? — возникло предположение у Ильи. — Она живет в этом подъезде, а он к приятелю своему туда часто ходит.

— Да наврал он про приятеля! — стукнула кулаком по столу Марфа. — Скорее уж сам из того же подъезда.

— Тогда тем более бабку знает, — настаивал на своей версии Илья. — Потому и связываться с ней не стал.

— А она почему смылась? — спросила Лиза.

— Именно потому, что тоже знает его, — уловил логику в рассуждениях друга Данила, — и боится.

— Замечательно! Марфа помогла ей донести сумки, а она спокойненько позволила ее ограбить! — возмутилась Диана.

— Да, а что ты, собственно, хочешь от старой бабки? — удивленно спросил Данила. — В драку ей лезть с ним бессмысленно, только остатки здоровья вышибет. А домой она рванула, может, как раз для того, чтобы в милицию позвонить.

— Если так, почему тогда милиция не приехала? — продолжала негодовать Крошка Ди.

— А ты уверена, что она не приезжала? — спросил Данила. — Этот парень грабил Марфу от силы минуты две, потом она еще несколько минут простояла в подъезде и убежала. Менты никак не могли за такое короткое время до места добраться.

— Успокойтесь, ребята, не звонила старуха ни в какую милицию! — Лиза повернулась таким образом, чтобы предстать Даниле в наиболее выгодном, по ее мнению, ракурсе. Вообще — то она обычно никогда с ним не спорила, ибо он был предметом ее давней и тайной влюбленности, однако сейчас и впрямь придерживалась иного, чем он, мнения относительно бабки с котомками, а самое главное, ей первый раз за все время, пока они сидели на кухне, представился повод привлечь его внимание. — Такие старые люди обычно трясутся над собственным спокойствием как над писаной торбой. Зачем же ей портить отношения с опасным соседом? Тем более ограбил — то он не ее, а какую — то незнакомую девчонку.

Лиза отметила, что Данила воспринял ее слова с интересом. Не зря она, значит, старалась! Но тут конечно же влез Илья и все испортил. Вечно ему неймется!

— Вот уж, Каретникова, не думал не гадал, что ты у нас такая специалистка по психологии древних старух. Хотя, — он одарил ее до обидного снисходительной улыбкой, — доля логики в твоих рассуждениях есть. Видно, мое воспитание, пусть и не сразу, дало плоды.

Лиза вспыхнула, но возразить — то ей было нечего, и оставалось лишь закусить от досады губу. Ну, Бородин! Так унизил ее перед Данилой, хотя, по сути, вроде как даже и похвалил!

— Впрочем, вызывала бабка милицию или не вызывала, легко проверить, — тем временем продолжал Илья. — Спросите у Сенюшкина. Кстати, Марфа, ты уже заявила об ограблении?

Девочка покачала головой.

— Почему? — изумился Бородин.

Она повторила еще раз то, что уже говорила брату перед приходом друзей.

— Крайне серьезный аргумент, — с осуждением проговорил Илья. — Ты — то, Данила, о чем думаешь? Вправь сестре мозги.

— Между прочим, аргумент действительно очень серьезный, — наконец — то смогла парировать его выпад Лиза. — Не хочу сидеть дома в каникулы. И полагаю, ты, Бородин, на нашем с Марфой месте тоже не согласился бы.

— Вот так, из — за глупых эгоистичных девчонок, которые ставят во главу угла исключительно свои мелкие личные интересы, преступники остаются на свободе и продолжают бесчинствовать! — с пафосом изрек Илья.

— Дело не в моем эгоизме, а в том, что в заявлении мне, собственно, и сказать — то нечего, — обосновала свою позицию Марфа. — Я даже толком внешность его не запомнила. Только темную куртку и черную бейсболку.

— Но рост — то ты должна помнить, — упорствовал Илья.

— Хм, по — твоему, я там, в подъезде, с сантиметром стояла? — смерила его девочка ехидным взглядом.