Только вперёд ! - Николай Григорьев

Котовский, как и многие другие военачальники, распрощался со своими соратниками. Многие из них, расставаясь с любимым командиром, плакали.

И захотелось Григорию Ивановичу каждого своего бойца проводить как сына. Надумал Котовский одарить всех памятной грамотой. Пригласил художников, сказал, какой он хочет на грамоте рисунок.

Так и нарисовали. Скачут боевые кавалеристы в буденовках, преследуя врага,- скачут только вперед.

Памятную грамоту получил каждый демобилизованный. На торжественном собрании кавалеристов.

- А дальше, - спрашиваю, - что было?

- Дальше проводы. Прощальный завтрак по-походному. Григорий Иванович присаживался то к одному, то к другому бойцу, угощался вместе с нами.

Кончился завтрак. Вперед вышел штаб-трубач. Блеснула медью труба, и ветерок шевельнул нарядные на ней кисти. Трубач сыграл сбор.

Демобилизованные кинулись седлать лошадей.

Прискакал верхом Котовский. В бой он выходил только на белом коне, этот же боевой конь был под ним и сейчас.

Котовский привстал на стременах и скомандовал - зычно и протяжно, как принято в кавалерии:

- По ко-о-о-ня-я-ям!..

Демобилизованные мигом - все, как один, - вскочили в седла.

Заиграл оркестр, вынесли боевые знамена, и всадники, построившись в колонну, двинулись вслед за своим командиром корпуса. Умолк оркестр. После кавалеристы лихо спели "Яблочко". А как голоса умолкли, слышен был только дробный перестук копыт на дороге. Так и чередовались в пути - оркестр, песни да перестук копыт.

Но вот и вокзал. На площади перед вокзалом демобилизованные спешились.

Держа лошадей в поводу, построились в шеренгу.

Напротив, лицом к ним, тоже в шеренгу встали новенькие.

Раздались слова команды - и каждый демобилизованный передал коня начинающему службу молодому бойцу.

Еще команда - теперь демобилизованные сняли с себя карабины и передали молодым.

По последней команде новички получили от уходивших товарищей сабли и шпоры.

Потом был митинг. Котовский на митинге сказал:

- Не забывайте, товарищи демобилизованные, своих эскадронов. Пишите нам. И знайте: мы идем охранять границы наших трудовых республик... А если враг навяжет нам новые битвы, знай, боец: мы снова будем вместе на конях!.. И - только вперед!

Да здравствует Красная Армия!

Да здравствует непобедимый Второй кавалерийский корпус!

...Трудно описать последние минуты расставания бойцов гражданской войны с любимым командиром... Сам Котовский несколько раз прикладывал платок к глазам.

А над площадью катилось и перекатывалось неумолчное "ура".

Станционный сторож ударил в колокол. Пора было садиться в вагоны.

И в тот же миг из карабинов прогремел троекратный залп. Команду к салюту подал сам Котовский.

Поезд удалялся и удалялся от станции, но бойцы, прильнув к окнам, долго еще видели Григория Ивановича с поднятой в прощальном приветствии рукой.