Зачарованная река - Ребекка Росс

Не говоря ни слова, Джек достал из кармана плаща сложенный лист пергамента и протянул рыбаку. Тот нахмурился, рассматривая его при свете фонаря.

Джек выучил послание наизусть. Он перечитывал его множество раз с тех пор, как оно пришло на прошлой неделе, в корне изменив его жизнь.

«Ваше присутствие требуется незамедлительно по срочному делу. Пожалуйста, вернитесь на Каденцию, как только получите это письмо. Захватите вашу арфу».

Послание было написано размашистым почерком. Внизу значилась подпись его лэрда, а под той – винного цвета печать, оставленная перстнем Аластера Тамерлейна, превращавшая эту просьбу в приказ.

Спустя десятилетие практически полного отсутствия контактов с кланом Джека вызывали домой.

– Так ты, значит, из Тамерлейнов? – спросил рыбак, возвращая письмо.

Джек с запозданием понял, что мужчина, вероятно, неграмотен, но смог опознать герб. Юноша кивнул, и рыбак пристально посмотрел на него. Джек выдержал этот взгляд, зная, что в его внешности нет ничего особенного. Он был высоким и худым, словно его годами недокармливали, и весь состоял из острых углов и непоколебимой гордости. У него были темные глаза, каштановые волосы и бледная, почти бесцветная кожа – результат множества часов, проведенных в помещении, где он преподавал студентам и сочинял музыку. На нем была обычная серая рубашка и брюки, на которых теперь красовались пятна от жирной еды из таверн.

– Ты выглядишь как один из нас, – удивился рыбак.

Джек не знал, радоваться ему или обижаться.

– Что это у тебя за спиной? – не унимался мужчина, пристально рассматривая единственную сумку, которую нес Джек.

– Моя арфа, – коротко ответил юноша.

– Тогда все понятно. Ты приезжал сюда учиться?

– Да, я бард. Получил образование в университете в Фалдаре. Так что, вы отвезете меня на остров?

– За определенную плату.

– Сколько?

– Мне не нужны твои деньги. Мне нужен дирк[2], выкованный на Каденции, – ответил рыбак, – и способный разрезать все что угодно: веревки, сети, чешую… удачу моего соперника.

Джек не удивился его просьбе. Зачарованный клинок можно было выковать только на Каденции, но за его создание платили высокую цену.

– Хорошо, я могу это устроить, – сказал Джек, немного поколебавшись.

Он вспомнил дирк с серебряной рукоятью, принадлежавший его матери. Вспомнил, как она держала этот клинок в ножнах у себя под рукой, хотя Джек ни разу не видел, чтобы она им воспользовалась. Юноша точно знал, что дирк заколдован; чары были заметны, даже если не смотреть прямо на оружие. Над ним вилась легкая дымка, как будто в сталь вковали отблеск пламени.

Трудно сказать, сколько мать заплатила Уне Карлоу, чтобы та выковала этот клинок, или сколько страданий пережила сама Уна, создавая его.

Джек протянул руку, и рыбак пожал ее.

– Хорошо, – согласился мужчина, – мы отправимся на рассвете. – Он хотел снова закрыть дверь, но Джек не убирал ногу.

– Мы должны выдвигаться прямо сейчас, пока темно, – настаивал он. – Это самое безопасное время для переправы.

Рыбак выпучил глаза.

– Ты что, спятил? Я бы не пересек эти воды ночью, даже если бы мне заплатили сотней зачарованных дирков!

– Вы должны довериться мне, – ответил Джек. – Вороны разносят послания лэрдам днем, а торговый корабль сможет пересечь воды в начале сезона, но лучшее время для переправы – ночь, когда в океане отражаются луна и звезды.

«И когда духов воды легко усмирить», – мысленно добавил Джек.

Рыбак стоял ошеломленный. Джек ждал. Он был готов проторчать здесь хоть всю ночь и весь следующий день, если потребуется. Мужчина, вероятно, понял это и уступил.

– Хорошо. За два дирка с Каденции я переправлю тебя этой ночью. Встретимся у моей лодки через несколько минут. Возле той, что на дальнем правом причале.

Джек оглянулся через плечо на темный причал. Слабый лунный свет поблескивал на корпусах и мачтах, и юноша увидел лодку рыбака – скромное судно, которое когда-то принадлежало его отцу. Ту самую лодку, на которой Джек совершил свое первое путешествие.

Юноша спустился с крыльца, и дверь за ним захлопнулась. На мгновение промелькнула мысль, что рыбак мог его обмануть, лишь бы отделаться, но Джек двинулся к причалу, доверившись словам незнакомца, хотя ветер почти сбивал его с ног, когда он шагал по мокрой дороге.

Он вгляделся в темноту. На океане виднелась мерцающая полоса небесного света, серебряный путь, по которому рыбаку нужно будет следовать, чтобы достичь Каденции.

В небе, словно улыбаясь, висела серповидная луна, окруженная россыпью звезд. В идеале луна должна быть полной, но Джек не мог позволить себе медлить.

Он не знал, зачем лэрд вызвал его домой, но чувствовал, что не для радостного воссоединения.

Юноше показалось, что он прождал целый час, прежде чем увидел приближающийся свет фонаря. Рыбак шел, сгорбившись от ветра под вощеным плащом; лицо его было мрачным.

– Тебе лучше сдержать свое слово, бард, – предупредил он. – Я хочу два дирка с Каденции за все эти хлопоты.

– Ну, если что, вы знаете, где меня найти, – резко ответил Джек.

Рыбак злобно зыркнул на него – один глаз был больше другого, – затем кивнул на свою лодку:

– Поднимайся на борт.

И Джек сделал шаг вперед, покидая Большую землю.

Поначалу океан был неспокоен.

Юноша вцепился в борт лодки, желудок сводило, пока судно поднималось и опускалось в опасном танце. Волны так и накатывали, но могучий рыбак рассекал их, уводя лодку все дальше в море. Он следовал за дорожкой лунного света, как подсказал Джек, и вскоре океан успокоился.

Ветер продолжал завывать, но это был все тот же ветер с Большой земли, несущий своим дыханием лишь холодную соль.

Джек оглянулся через плечо, наблюдая, как фонари Горести превращаются в крошечные точки света; глаза его защипало, и он понял, что они вот-вот войдут в воды острова. Он чувствовал на себе взор Каденции, словно остров пристально следил за ним в темноте.

– Месяц назад на берег вынесло тело, – произнес рыбак, прервав задумчивость Джека. – Всех в деревне это немало обеспокоило.

– Что вы сказали?

– Из клана Бреккан, судя по татуировкам из вайды на его вздувшейся коже. Его синий клетчатый плед прибило вскоре после него. – Рыбак на мгновение замолчал, но продолжал грести, погружая весла в воду в завораживающем ритме. – Перерезано горло. Полагаю, это дело рук одного из членов вашего клана, который затем выбросил несчастного в океан, чтобы приливы прибили труп к нашим берегам.

Джек молча смотрел на рыбака, но озноб пробирал его до костей. Даже после стольких лет вдали от дома имя его врага пробуждало в нем ужас.

– Возможно, это дело рук кого-то из своих, – предположил Джек. –