Толстушка Ли (СИ) - Стоун Милана

Нет. Не хочу вставать. Хочу остаться там, в царстве Морфея… с ним. Громко вздыхаю, поднимаясь со своей королевского размера розовой кровати. Боже, когда же её сменят на приемлемую?! Захожу в ванную комнату. Взгляд находит зеркало, которое там стоит, и вижу ненавистную мне девушку. Отворачиваюсь, нужно все-таки попросить снять его. Оно явно прибавляет мне пару кило. Снимаю любимую пижаму с милыми пони, грустно улыбаясь. Она мне давно мала, но я продолжаю в ней спать. Чувствую себя в ней маленькой принцессой. Наспех принимаю душ и иду одеваться в приготовленную для меня чистую и поглаженную школьную форму. Выхожу со спальни пытаясь открыть дверь напротив, закрыто. Хмм. Он опять спрятался, уже начинает это подбешивать. Стучу.

— Маркус, открывай, что ты там делаешь? — прижимаюсь ухом к двери, тишина. Спит ещё что ли? Дергаю ручку и бью кулаком в дверь. Она резко распахивается, ударяя прямо в лоб.

— Ты подслушиваешь? — смотрит на меня сердито мой младший брат, он ещё не собрался, видимо я его только разбудила.

Отталкиваю, и заваливаюсь в просторную комнату, сажусь на кресло, чувствуя под своим задом что-то. Под покрывалом нахожу журнал. Вот так дела. Какая удачная находка!

— Так, так… вот чем занят по ночам мой брат, рукоблуд! — хитро щурясь, держа в руках журнал с голыми девицами.

Быстро среагировав, подлетает ко мне, пытаясь выхватить свой пошленький журнальчик.

— Отдай, глупая толстуха! — пытаясь отнять у меня свою прелесть. Злиться! Ууух весь покраснел.

— Может я и толстуха, но не дура! Что скажет отец, узнав, чем ты тут занимаешься, явно по головке не погладит, и убери свои ручонки! А твоя подруга Эверли? Уже представляю ее лицо, когда она узнает, что с детства дружит с извращенцем. Как думаешь?

— Только попробуй такое ей сказать! Она еще маленькая, что бы знать об это! Ладно, что ты хочешь взамен? — скрещивает руки, смотря то на меня, то на мою находку щенячьими глазками.

— Теперь, когда я нашла твоё сокровище… ты будешь моим рабом всю неделю и исполнять любую мою прихоть. Иначе… — указываю на журнал, начиная его сминать.

— Пойдёт! — выхватывает, под мой истеричный смех, подходит к кровати и прячет его под подушку.

— Не самое надежное место… на твоём месте я бы прятала такие похотливые журнальчики понадёжней, если его найдёт наша экономка, представляю ее удивление! — смеюсь ещё громче до слез в глазах. Брат закатывает глаза и кидает в меня подушкой.

— Ах ты, маленький засранец, извращенец!

Ловлю подушку, подбегая, начинаю бить его. Он хватает вторую и начинается наш любимый бой. Залезаем на кровать, устраивая дикий ор. Запыхавшись, падаем обессиленно. Поворачиваю голову, смотрю на Маркуса.

Мой любимый брат, моя родная кровь, моё сердце. Хоть у нас и разница в два года, мы всегда хорошо ладили, часто подтрунивая друг над другом. Уже в своем возрасте выглядит, как парень с картинки, выразительные голубые глаза, непослушные светлые волосы уже довольно сильно отросли, приходилось ему их постоянно поправлять, что бы ни лезли в глаза. Он недавно сообщил, что собирается их отрастить, вот идиот!

Я заметила как девушки и даже женщины смотрят на него. Марисса говорит, что ему с такой внешностью нужно быть моделью, настолько очаровательным он был.

Как и наш отец, он его молодая копия. Наша бабушка, которая непонятно почему терпеть его не может, как-то сказала мне «нужно опасаться и держаться подальше от таких, попользуются и выкинут тебя как ненужный мусор, а ты останешься одна со своими разбитыми мечтами и в придачу сердцем». Но она не права, папочка любит нашу маму с юного возраста и продолжает уже на протяжении восемнадцати лет. Я всегда смотрела на них, они были примером идеальных отношений для меня. Дориан, с недавних пор занял место мэра города, он наш защитник и опора в семье, бывает грубым и держит все под контролем. Делорис домохозяйка, миловидная женщина невысокого роста с милым добрым лицом, впрочем, и характер у мамы ангельский, она всегда почувствует, что с кем-то что-то не так. Мне с Маркусом она отдала столько заботы и любви, что можно удивиться, откуда у такой маленькой женщины её столько. Они как одно целое, дополняют друг друга. Идеальная семейная пара. Как бы я хотела, что бы у нас с Нейтаном когда-нибудь было так же.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Кстати, — вырвав из моих раздумий, заявил брат, — кто бы говорил насчёт извращенца, ты думаешь, я не видел фотографии Янга у тебя в коробке на верхней полке шкафа? Ты следишь за ним с самого детства… как маньячка! — поиграв бровями, заулыбался он, хитрый лис.

Он был прав, и это было грустно. Знала каждый шаг Нейтана, не могла остановить себя. Я была заражена им. Он был в моих мыслях, во снах. В моем глупом сердце, поселившись там без спроса, в то время, как он даже не смотрел в мою сторону, как бы мне того хотелось. Хотя чему удивляться… парни вообще не замечают меня. А если и случалось такое, то заканчивалось все насмешками или хихиканьями. Иногда люди, окружавшие меня, неприятно отзывались по поводу моей внешностью, подщучивая, но это бывало не так часто, никто не хотел ссориться с семьей Невилл. Все в городе знали взрывной характер моего отца.

— Нам нужно спускаться к завтраку, — даю понять, что Нейтан — это закрытая тема, — Мисс Гарвард будет опять кричать, одевайся, — поднимаюсь с кровати, поправляя форму, выхожу из спальни.

* * *

— Вот же черт! — восклицаю, стоя на весах. Они явно преувеличивают мой вес. Ненавижу эти дурацкие весы. Черт бы их побрал!

— Милая, не выражайся! Девушкам твоего возраста и статуса не к лицу! — возмущается мама, нахмурив так мило свои тонкие брови.

— Да, да, ты не знаешь, как другие девушки моего возраста выражаются и похлеще, — бурчу себе под нос — 154 фунта, я снова прибавила, — грустно заявляю родственникам. С моим 5,5, вся диета коту под хвост. Как только я не издевалась над собой. Это все бесполезно, стоит мне скинуть пару кило, так сразу прибавлялось ещё больше.

— Дорогой, скажи, что-нибудь своей дочери! — не унимается моя мама с фигурой, как у куколки. Маленькая, худенькая, да что она может знать о моих мучениях с лишним весом?

— Лилиан Невилл, у тебя молодой, растущий организм. Ты ещё успеешь похудеть, а сейчас тебе нужно думать об учебе, последние полтора года самые непростые, если ты хочешь поступить в престижный университет, то не должна заморачиваться о своей внешности, а с упорством исправлять свои оценки, Миледи, — посмотрел на меня с осуждением. Как обычно, это делал, стоило ему вспомнить мои хорошие оценки. Да, учеба явно не мой конёк.

Ни фигуры, ни мозгов. Ни талантов.

Что очень обидно, так как в нашей семье каждый имеет, что-то совершенное.

Вот брат, к примеру, отличный пловец. Все возлагают на него большие надежды, и я не сомневаюсь, что он добьётся успеха. Это у него от отца.

Идеальная семья, где я, как единственный изъян!

Хотя есть у меня один талант.

Талант все делать через одно место.

— Сегодня соревнования в два по полудню, — вот и выполз мой брат извращенец. Идеален, как обычно. Почему школьная форма, так хорошо сидит на нем?

— Извини сынок, много дел, поэтому будет только твоя мать, — говорит отец, накидывая пиджак на своё натренированное, поджарое тело, целуя Невилл старшую в щеку и выходя из кухни. — Удачи, люблю вас! — кричит напоследок.

— И мы тебя! — отвечаем все втроём. Это наша традиция из года в год. Дориан всегда покидает дом раньше всех, оставляя нас завтракать без него, мы уже привыкли.

— Ли, Маркус, сегодня вас отвезет в школу мистер Хард, так как у меня много дел. Нужно заехать к Клариссе за платьем и разобраться с накопившихся делами в городе, но на соревнование успею, мой мальчик, — подходит к нам, целуя в щеку каждого из нас. — Что за бардак на голове? — говорит строго, поправляя не послушные волосы брата.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ма, так сейчас модно! — ворчит, но терпит вмешательство маминых рук, на своей шевелюре.