Оператор совковой лопаты - Сергей Калашников

   Заночевал на берегу широкого плёса, точно также устроившись под ёлкой. Меню не менялось.

   Следующий день опять провёл в дороге. Речка вывела его, наконец, к обширному водоёму, вероятней всего к реке, поскольку, хотя направленного течения глаз не отмечал, но противоположный берег просматривался чуть менее чем в километре, а несколько островов имели явно вытянутую форму. Как будто нанесены водным потоком. Вправо и влево обзор ограничивался поворотами. Ни лодки, ни плота, ни пристани.

   Сел и пригорюнился. Один как перст, и никому не нужен. По всему выходит, что рассчитывать ему предстоит только на себя. Бедный Робинзон! Кажется, это была основная мысль героя детской книги. Но у того рядом оказался севший на мель корабль с ужасно полезными вещами. А тут лопата, то, что в карманах и... куча строительного мусора. Если он её найдёт.

   Он её собственноручно закидал в фургончик, но, что там было, наверняка не помнит. Обычно среди обломков кирпича и засохших комков штукатурного раствора попадаются гнутые гвозди, пластиковые и жестяные ёмкости, ошмётки бумаги, картона, обрывки шпагата. Где ещё он это отыщет в предстоящем ему каменном веке? Как ни крути, надо возвращаться. Тем более, камней, основы его будущего инструментального хозяйства в тех местах значительно больше.

   Встал и потопал обратно.

   В дороге его кормилица - острога, начала терять зубья, расшатываться и расползаться. По мере того, как река становилась глубже, добычливость падала. Слишком уж сильно "метла" тормозила в воде. Мишка её несколько раз перевязывал, уменьшая сечение. Закончилось всё тем, что он просто расщепил ударный конец на четыре острия, а чтобы трещина не ползла дальше, наложил верёвочный бандаж. Удар у него теперь был неплохо поставлен, и места, где рыбка стоит он научился присматривать издалека.

   Ночуя под ёлками, никогда не забывал соорудить толстое ложе из лапника. Не каждый раз эти живые шатры дислоцируются на пригорках. Обживался, одним словом, помаленьку. Даже от летучих кровососов теперь почти не страдал. Такое впечатление, что организм начал вырабатывать антидот к той гадости, что эти крылатые кровопийцы заносят под кожу. Да и интенсивность нападений заметно снизилась. Не иначе, организм начал производить и выделять через кожу дихлорэтан... дихлофос... диметилфталат? Антипреспирант, короче. Или, а фиг его знает! Отпугиватель, в общем.

   До места первой ночёвки добрался без приключений. Также без труда разыскал и ручей, из которого напился. А вот выйти к мусорной свалке удалось не сразу. Очень уж деревья в лесу друг на друга похожи. Два дня прочесывал местность, пока не увидел то, что разыскивал. Первый же взгляд вызвал у него разочарование. Куча оказалась крошечной. Конечно, много ли входит в фургончик, пол которого расположен чуть выше колена. Грузить удобно, за что его охотно использовали, и для разгрузки эта машинка отлучалась ненадолго. Теперь-то понятно, что водитель просто заезжал за угол и возвращался с пустым кузовом, поскольку содержимое его мгновенно перебрасывалось черт те куда. Оригинальное использование придумал ушлый делец для... а как это назвать? Исчезательный шкаф, пожалуй.

   Ясное дело, перебрал он это всё по кусочку, по камушку. Умеренно помятое жестяное ведро из-под текстурной пропитки и четыре крышки к нему оказались, пожалуй, самой весомой добычей. Еще металлическая лента от упаковки вызвала в нём лёгкий намёк на радость. Пара пластиковых полуторалитровых флаконов, один из которых даже с крышкой. Несколько отхваченных сварщиком обрезков арматуры, куски проводов, обрывки шпагата, пяток гнутых гвоздей. Ни слетевшей с рукояти каменщицкой кирочки, ни поломанной стамески, ни обрезка ржавой трубы. Бедный улов. Собственно, в ведро всё и вошло. Немного прилипшего к обрывкам бумаги битума так, не отковыривая, и унёс с собой. И кусок засохшей шпаклёвки прихватил, хотя, после застывания, водой она не растворяется.

   Теперь следовало определиться с местом жительства. Никаких сомнений в том, чем следует заняться в первую очередь, у Мишки не возникало. Это известно совершенно точно - любая культура начинается с керамики. Так что место ему нужно такое, чтобы вода, глина и дрова оказались под рукой. А еще ему нужна обжиговая печь, потому что в течение суток кормить жаркое пламя открытого костра - это занятие для истинных пироманов.

   Отклониться от надоевшей рыбной диеты ему удалось, когда он заподозрил в одной травке лук. Копнул, обмыл светлый толстый корешок, отведал - оно. Причём практически не горький. Довольно сытный, кстати. А если сварить? Вот. Нечего прохлаждаться, надо горшки делать.

Глава 3. Надо обживаться

   С местом жительства помог определиться обрывистый берег. Высота откоса здесь метров пять, угол - поболее шестидесяти градусов к горизонтали. Тонкий слой почвы, травёшка пучками, жиденькие кустики, а внизу метров пятнадцать пляжа, заливаемого при подъеме воды в реке. Мишке сразу понравилось, что в этом месте чувствуется ветер, а то среди деревьев только по шуму в вершинах, да по подвижности теней понимаешь, что воздушные массы не замерли в неподвижности, а, как им и положено, заняты перемещением в пространстве.

   По всему выходило, что вода этот откос больше не подмывает - унесла всё, что мешало ей утекать в половодье. Выше - плавный уклон местности, повышающейся по мере удаления от реки, был выражен слабо, постепенно переходя во вполне убедительный склон холма, заросший лесом и какой-то бугристый. В низких местах - влажный, что указывало на наличие множества родников, не вполне еще оформившихся, не собравшихся в ручьи. Сыренькое здесь место получалось даже безо всякого подтопления водой. Однако, при наличии лопаты и знании благотворного влияния канав на гидрорежим локальных участков местности, уровень пессимизма легко понизить.

   Слой дёрна здесь невелик, сам он не слишком плотен - глина тут не близко, а очень близко. Меньше, чем на штык. А лопата у Мишки не простая. Можно сказать - элитная. Он, когда они с отцом заглядывали на строительный рынок, всегда проходил мимо места, где эта прелесть красовалась, отпугивая покупателей своей нереальной ценой. Не штык, не совок, а на буржуйский манер - ни то ни сё. Лёгкая, блестящая, с чуть изогнутой невесомой рукояткой и зубцами на правой кромке лишенной боковых закраин лопасти.

   На день рождения он получил её в подарок, а уж потом, когда в каникулы устроился подработать на стройку, быстренько притащил её туда. Всяческие упражнения с шанцевым инструментов работнику второго разряда поручают охотно и часто, а состояние табельного инструмента... замучился он рукоятки насаживать, так часто их ломают. Своё же сокровище никому не давал и хранил в одёжном шкафчике в раздевалке.

   Так что неглубокую канаву, внешне больше похожую на борозду, оборудовать нетяжело. Больше внимания требовал выбор оптимальной траектории - рельеф здесь далеко не равнинный. В одном месте даже пришлось оборудовать нечто похожее на коллектор - лужу площадью около трёх квадратных метров, обвалованную глиной, чтобы вода не сочилась сквозь дёрн. И на двух из трёх втекающих неё ручейков также берега гидроизолировал на несколько метров вверх по склону.

   За пару дней соорудил небольшую гидросистему, собравшую сочащуюся по земле влагу в ручеёк, который вывел к облюбованному месту. Ведро у откоса, в месте, где оборудовал глиняный бассейн с отводным желобком из уложенных на глину камней, натекало примерно за полминуты. Ещё день потратил на разборку со стволами молодых деревьев, которые в процессе земляных работ ему пришлось удалить с местности. Зубчатая сторона лопаты справлялась со стволиками диаметром до шести сантиметров, а росло их здесь уж слишком много. В тесноте вытянулись вверх - так что, очистив их от ветвей, получил целую груду тонких жердей, которые устроил на просушку в тени. Прямых среди них было более половины.

***

   Гончарное дело начинается с навеса. Дождик - событие непредсказуемое, а испортить результаты многодневных трудов может в мгновение ока. Ведь самое долгое в производстве керамики - это сушка изделий перед обжигом. Обидно будет, если размочит ливнем. Жердей у него много, но нечем их скрепить. Верёвочки и проволочки, что нашлись в мусоре - маловато будет. Так что пора искать липы. Их луб, как он слышал, раньше был важнейшим источником волокон для массы изделий.

   В том, что отыскал именно липы - уверенности не было. Похожее дерево. И слой камбия под корой прочный, однако, зубчатая кромка лопаты со всем этим справляется отлично. Поначалу не всё шло гладко, но когда сообразил, что драть надо сверху вниз, дело пошло веселее. У кромки берега выкопал яму, и устроил в ней бучило. Прижал мочало ко дну камнями, а вода сама натекла. Зачем это делается - а кто его знает, но про вымачивание упоминают всегда.