Танцы во льдах - Александра Лисина

- Нет, - неслышно оборонил эльф, быстро покосившись на снующих неподалеку побратимов. - Просто ты становишься сильнее.

Я скептически подняла бровь.

- Ты уверен? Может, как раз наоборот? Не боишься, что однажды случился непоправимое?

- Нет, Трис. Этого я не боюсь.

- Гм. Тогда чего же ты страшишься, позволь спросить?

Беллри, поколебавшись немного, все-таки присел рядом со мной и со странным выражением посмотрел. Потом перевел взгляд на друзей, задумался о чем-то своем. Кажется, даже позабыл обо мне. Я непонимающе обернулась: у костра деловито орудовал Рес, прилаживая над огнем закопченный котелок; в сторонке Крот и Лех заканчивали с лошадьми - стреноживали, расседлывали и отправляли пастись на вольную травку. Все трое были удивительно похожи в этот момент - молчаливые, слегка настороженные, чутко прислушивающиеся к каждому постороннему шороху. Со спокойными, суровыми лицами опытных воинов, не первый раз путешествующих этими опасными тропами. В одинаково немаркой одежде, с оружием, за версту выдающим в них людей опытных и готовых к любому повороту событий. У Леха за пазухой торчали два пары ножей, меч он даже сейчас не пожелал отстегнуть от пояса. Натруженные руки сновали как будто отдельно от тела, тогда как глаза непрерывно обшаривали окрестности, кончики ушей чуть шевелились, а мысли, судя по отсутствующему взгляду, бродили и вовсе где-то очень далеко.

Крот, сноровисто управляющийся с упрямой скотиной, казался мрачным и чем-то сильно озабоченным. Хотя, может, это просто седина на висках делала его не слишком приветливым. Да и немолод он уже - почитай, пятый десяток разменял. Повидал немало. Знает на собственной шкуре, сколько опасных тварей бродит по здешним лесам, вот и не расслабляется. Кажется, я вообще его не видела улыбающимся. По крайней мере, за то время, что мы шли вместе от Кроголина.

Ресу лишь немногим за тридцать, почти ровесник Леха, но из-за непослушной челки и озорного взгляда он кажется гораздо моложе и несерьезнее, что ли? Понимаю, что на самом деле это далеко не так, и он способен из своего арбалета муху срубить на расстоянии в сотню шагов, но поделать ничего не могу - слишком уж он напоминал мне Яжека. Такой же шустрый, темноволосый и глазастый. Да и на лицо приятен, чего скрывать: суровая жизнь в Приграничье не сумела оставить на нем ни единой отметины, хотя на остальном теле (да-да, я заметила) белело немало старых шрамов, красноречиво свидетельствующих о прожитых рядом с нежитью беспокойных годах.

Что и говорить - напарников в свой гнотт Лех подобрал справных. Надежных. И, что самое главное, готовых поддержать друг друга во всем. Даже в таком безумии, на какое их сподвигло упрямство остроухих побратимов, от которого, видит бог, они вполне могли бы отказаться. Однако не стали. Не бросили на произвол судьбы и даже не обложили остроухих по всем предкам до седьмого колена. Только поворчали пару дней для приличия, попеняли на самовлюбленность, обвинили в преступном сговоре с одной ненормальной девицей и ее четвероногим спутником... а потом преспокойно заявили, что пойдут с нами. Все пятеро. Хоть в Мглистые Горы, хоть в Мертвые Пустоши, а хоть к Повелителю Иира на рога. И сделали это так буднично, до того уверенно и быстро, что даже Ширре стало ясно, что возражения не принимаются.

Тигр, кстати, и не удивился толком, завидев около меня не двоих, а целых пятерых попутчиков, на которых мы с ним никак не рассчитывали. Затем отошел с Лехом в сторонку, внимательно выслушал, покачал головой и... согласился! Представляете?! Принял этих вымогателей, дав им высочайшее соизволение нас сопровождать! Даже кивнул с охотой, когда Лех упомянул про форты Патруля, где без его помощи нам пришлось бы трудновато. Выслушал остальные доводы, подумал, потом повздыхал и все-таки согласился! После чего пришлось, скрепя сердце, согласиться и мне, хотя (убей бог!) до сих пор не могу понять, зачем им всем это нужно. Но еще больше не понимаю, отчего среди слаженной пятерки гнотта вдруг появилось странное напряжение, подозрительно напоминающее обиду. У одних - на то, что побратимы не сказали об отъезде сразу. Вторых - на то, что остальные крайне грубо и непререкаемо навязались следом...

Вспомнив о том, как изящно Лех меня провел и как смотрели они теперь с эльфами друг на друга, я сердито фыркнула. Вот дурные! Нашли из-за чего лбами сталкиваться! Можно подумать, я кого-то с собой звала! И ведь отпиралась, протестовала в голос, отбрыкивалась! Чуть не по головам стучала, чтобы одумались! Так нет же, приспичило им! Упорно лезут на рожон, хотя никто не просил, и теперь глядят друг на друга исподлобья, будто красивую девку поделить между собой не могут! Лех наверняка полагает, что поступил правильно, а остроухие, ясное дело, считают, что он дурак: зря рискует. А скажут... когда-нибудь потом, конечно, но все равно... злые языки скажут, что все это - из-за меня! Что я опять во всем виновата! И где тут справедливость, я вас спрашиваю?!

Беллри, истолковав мое фырканье по-своему, вдруг странно улыбнулся.

- Знаешь, в какой-то мере я даже рад, что мы идем всем гноттом: когда рядом есть надежные руки, можно со спокойной душой встать даже против целого клана вампиров. Надежно с ними. Спокойно. Но, с другой стороны, я бы не хотел, чтобы с побратимами что-нибудь случилось. Ведь, если бы не мы с братом, Лех не рискнул бы соваться в Пустоши таким малым числом.

- Значит, ты этого боишься? Что они пострадают по вашей вине?

- Да, Трис, - наклонил голову эльф. - Наш долг - только наш долг. Им не стоило вмешиваться.

- Тем не менее, они все-таки вмешались, - хмыкнула я. - И, насколько мне помнится, ты не больно-то против этого возражал.

Беллри тихо вздохнул.

- А что мне оставалось делать, если согласился Ширра?

- О! Так дело все-таки в нем?

- И в нем тоже.

- Гм, - прищурилась я. - А ты не думал о том, что Лех тоже не хотел бы потерять вас, обормотов, из-за глупой прихоти? Не думал, что ему не наплевать на ваши долгие жизни, которые могут очень неожиданно оборваться? Не считаешь, что долг хорошего друга - не позволить побратиму погибнуть где-то среди полчищ нежити, а наоборот, помочь ему там выжить? Даже если это будет значить самому сунуть голову в пасть упырям?

Эльф озадаченно нахмурился.

- По-моему, это неразумно.

- Правда? - снова хмыкнула я. - Значит, если бы Лех решил идти в какое-нибудь гиблое место без объяснения причин, ты бы позволил ему это сделать? Отпустил бы, зная, что это смертельно опасно? Развернулся бы и ушел, полагая, что он просто сошел с ума?

- Нет, конечно! По крайней мере, выяснил бы подоплеку такого решения!

- Ага. А если бы не получилось его отговорить, связал бы по рукам и ногам, до тех пор, пока не образумится?