Приключения Григория Половинки - Всеволод Нестайко

Мама наконец поняла и согласилась.

Так неожиданно мечта стала явью.

Глава II

Дорога. Первые приключения и неожиданности.

Дикая природа.

Перед отъездом Игорь Дмитруха (он этим летом через какие-то семейные обстоятельства оставался в Киеве) научал Котька:

- Как будешь наскакуваты на бахчу, обязательно подкладывай сзади под брюки бляху или в крайнем случае дикточку. Они всегда, пигмеи, туда целят. Три дня потом не сядешь.

- Не бойся! Подложу! Авжеш подложу! Конечно! - Радостно захлебывался Котька. - Такое подложу, что и пушка не возьмет. Небось! ..

Сзади тяжело вздохнул размазня. Он завтра ехал с родителями в Сочи. Котьци стало жаль Тютю.

- Ничего, размазня, не переживай! И ты когда поедешь в деревню. Увидишь!

Но Котька сам хорошо понимал, что никакие слова здесь не помогут.

Собирались так же, как и в Евпаторию, - целый день.

Напакувалы три чемодана («Ох, не забыть этого! .. Ох, не забыть того!"). А ехали ... Когда в Евпаторию ехали, то и ночевали, и чай у проводника дважды брали, и за влажную постель ругались ... А тут ... Сели на «Ракету» - гуррр! - Не успел Котька и ветра всласть наглотаться, как папа уже закричал:

- Вон! Он! «Бережок»! Приехали! ..

На обрывистом песчаном берегу под молодым сосновым леском стояли в ряд два десятка одинаковых, новесеньких, издали похожих на игрушечные, домиков. У них мурашилися люди.

Но «Ракета» почему-то не остановилась, а, даже не понизив ходу, прогурчала мимо «Бережок». Оказалось, пристань была выше километра три.

Ничего-ничего, - успокоил отец. - Там есть наш катер. Специально для доставки на базу. Но на пристани никакого лодки не было.

- Гм, - сказала мама и посмотрела на папу.

- Гм, - сказал папа и отвернулся. - Ну, ничего-ничего, здесь совсем близко.

Папа бодро схватил два больших чемодана. Мама, вздохнув, взяла маленький чемодан и сумку. Котька, засмеявшись, украл удочки и «авоську» с продуктами. И они пошли.

Котьци даже понравилось это - начинались приключения.

Котька шел и пел:

Хорошо живет на свете Винни-Пух!

Оттого поэт он зти пеень вслух ...

Мама шла и кряхтела.

Папа шел и молчал.

Потом мама замолчала, а папа начал кряхтеть.

А Котька пел:

Пусть всегда будет мама!

Пусть всегда будет папа!

Пусть всегда будет-будет,

Будет «Бе-бережок»! ..

- Замолчи! - Раздраженно сказала мама.

- Ху-у! .. - Сказал папа и стукнул чемоданы на землю. - Немножко отдохнет.

- Вот-вот, - сказала мама. - Я уже вижу, какой здесь будет отдых! .. В Евпатории хоть такси взять можно.

Папа молчал, только хекав.

Одхекавшись, они пошли дальше.

На дороге случилась небольшая речушка, которая впадала в Десну. Через речушку был переброшен кладку - две узкие доски на кольях. Доски ломились и пружинили под ногами.

Папа, балансируя, по одному перенес сначала свои чемоданы, потом мамины чемодан и сумку. Котька, радостно гогокаючы, течение кладку бегом.

Мама поставила на кладку ногу, попробовала и решительно сказала:

- Я не пойду!

- Да ты что, Заинька! - Сказал папа. - Здесь же ничего переходить. Но даже если и упадешь, тут же глубина - воробью по колено. Не бойся, Заинька!

- Я не пойду! - Упрямо сказала мама.

- Ну ладно. Я тебя переведу. Давай руку!

Папа взял маму за руку, и они осторожно начали соваться кладкой.

Папа в Котька был мужчина высокий и не худой. Да и мама была удобная, - как говорится, при теле.

Под их совместным весом доски начали сильно вгинатися и скрипеть.

А когда папа с мамой были уже посредственный, мама качнулась. Папа хотел ее поддержать и тоже качнулся. И ...

- Ой! - Воскликнула мама, но кричать уже было поздно. Доски качнулись, спружинила, и папа с мамой, как вот держались за руки, так, держась за руки, подлетели несколько вверх, словно акробаты в цирке, и ... прыгнули в воду.

Такого Ляско Котька отродясь не слышал. Так хлопнуло, что на полкилометра все лягушки выскочили из воды. Тысячи брызг фонтаном взлетели в небо, и вода выплеснулась аж на берега.

Речушка в этом месте таки была мелкая - глубиной полметра не более. Папа с мамой «приводнились» сидя и первый момент так и сидели рядышком, держась за руки, по пояс в воде - папа в светлом чесучовом костюме, мама в цветастом модном платье и крисатому белой шляпе.

Это было так забавно, что Котька ухватился за живот и разразился хохотом. Он так хохотал, так захлебывался, так подскакивал, держась за живот, чуть сам не упал в реку.

Папа с мамой с минуту ошеломленно переглядывались - не знали, сердиться им или смеяться. Потом, видимо, решив, что разумнее смеяться, засмеялись тоже.

Хорошо, что в чемоданах было все, что нужно, и папа с мамой, выбравшись из воды, тут же в кустах начали переодеваться.

Котька не мог успокоиться и продолжал хохотать, визжать и ахать.

Папа с мамой сначала бойко его поддерживали, потом примолкли, и, пожалуй, Котька, увлекшись, чего не учел, так кончилось тем, что мама ударила его по загривке и сказала:

- Хватит! Нашел себе посмешище - родных родителей! Только! Ну! .. Вот такая правда на свете в тех взрослых!

И даже несправедлив мамин подзатыльник не мог испортить приподнятого Котьчиного настроения.

И когда они двинулись дальше, Котька бодро запел:

Каждому, каждому

В лучшее верится,

Катится, катится

Голубой вагон.

Они шли по тропинке, гадючилася берегу, то спускаясь в песчаные отроги, до самой воды, то здираючись на обильные зеленые кручи. На одной из круч тропа едва не срывалась в реку, огибая над водой кудрявые дубы.

- Осторожно, осторожно! .. Котю, осторожно! Ой, как тут висoко! - Забидкалася мама и прикрикнула на папу: - А ну тебя с твоим «Бережко». Придумал!

- Ничего-ничего! - Не оборачиваясь, откликнулся папа. Котька только хихикнул.

И подумал: «Вот если бы отсюда шлепнулись папа с мамой! Вот бы хлопнуло! »

И снова хихикнул.

Но кручу прошли без происшествий.

Из-за рощи на берегу простелився широкий путь. И тем путем просто на них ехал воз, запряженный парой волов. Для Котька это было так неожиданно (он никогда в жизни не видел живых волов), что он не удержался и как-то невольно воскликнул:

- О! А это что такое?

Старичок в выгоревшем военном картузе без звездочки, сидевший на телеге, улыбнулся в рыжие усы:

- Дикая природа!

Папа с мамой засмеялись. Котька покраснел.

- У вас и в зоопарке таких нет. А? - Сказал старичок, останавливая волов. - Садитесь, подвезу. Вероятно, дачники на «Бережок», а?

- Да-да, вот спасибо! - Непривычно сладко проговорила мама, закидывая в телегу свой чемоданчик и сумку. Папа тоже ловко забросил чемоданы на телеги и повернулся к Котька:

- А ты чего? Давай сюда «авоську» и удочки ... - и снисходительно улыбнулся: - Это, сынок, волы. Круторогие украинские волы.

- А то я не знаю! Тоже еще! - Хмыкнул Котька, краснея еще больше.

- Лезь уже на телеге, знаток! - Насмешливо произнесла мама.

Мстительный народ эти взрослые. Ну ничего-ничего! ..

- Дедушка, скажите, а как называется и река, там впадает в Десну? - Невинным тоном спросил Котька и метнул на папу с мамой лукавый взгляд.

- Там-го? - Переспросил старик, показывая кнутовищем. - Ривчак! А ты думал - Миссисипи? Нет! Просто Ривчак и все. Ты что - боялся переходить, чтобы не то ... не булькнуть?

- Я-то ни-и ... - протянул улыбаясь Котька.

- О, смотри-смотри, какое место для рыбалки! - Перебил его отец, показывая на темную заворот реки, над которой склонилась старая коренастая ива.

- Прекрасное! Здесь, пожалуй, и щуки, и ... и сомы водятся, - подхватила мама, хотя в рыбалке не понимала ничего.

«Затирают! Не дают говорить! »- Вздохнул Котька и тут же решил:« Ладно! Не буду уже вас трогать. Знайте что я не такой ».

И ему стало очень приятно от собственного благородства.

Так, не чем-нибудь, а телегой, запряженной волами, въехал Котька в «Бережок».

И то, что это был такой древний способ передвижения, которым пользовались еще их предки, наполняло Котьчине сердце особенным наслаждением. Он уже представлял себе, как он будет рассказывать об этом ребятам в школе и какое это будет оказывать на них, а особенно на Игоря Алейников, впечатление, и в груди ему сладко тенькало. Что же, первый день в селе начался прекрасно - и папа с мамой в воду упали, и волами ехать пришлось ... Есть, есть о чем рассказывать! Не то что Евпатория.

А несчастный размазня раза в Сочи под пальмой на пляже мучается ...

Глава III

Первые впечатления от «Бережко».

Спиридон Спиридонович и его посимейство.