Тайны Морлескина - Наталия Викторовна Шитова

голос какой-то… – тревожно протянула Вера в ответ на моё приветствие.

– Какой? – уточнила я, стараясь не шмыгать носом.

– Загробный, – пояснила она, немного подумав.

– Вера, можно я сегодня у тебя заночую?

– А-а-а… э-э-э… – замычала подруга.

– Что, нарушаю планы? – обречённо вздохнула я.

Я чего-то подобного ожидала, поэтому даже не особо огорчилась, если честно. Не мой день, что уж тут поделать.

– Да фиг с ними, с планами, – задумчиво протянула Вера. – Что-то придумать всегда можно… А что случилось-то? Поссорилась с Игорем?

– Я с жизнью поссорилась, – буркнула я. – Я, Вер, теперь нищая безработная бомжиха.

– Эвона как… – снова промычала она. Я услышала приглушенное клацанье клавиатуры: подруга пыталась одновременно работать. Или сидела в соцсетях, что было более вероятно. – Ну, с нищетой твоей я вряд ли что-то смогу сделать, сама не особо-то… С ночёвкой что-нибудь придумаем ближе к вечеру, я тебе перезвоню. А с работой… Хочешь, вакансию одну попробовать? Прямо сейчас?

Вера, добрая душа, регулярно предлагала мне вакансии, но обычно или они мне катастрофически не подходили, или я для них.

– Вер, спасибо, конечно. Но прямо сейчас вот никакого куража нет.

– Ну, а что тебе ещё делать до вечера? – резонно возразила Вера. – Рыдать у фонтана? Сходи. Ничего не потеряешь, наоборот, отвлечёшься. А не исключено, что и развлечёшься.

– В смысле?

– Да есть у меня один клиент, чудик какой-то. Я ему три недели претенденток посылаю. Наверное, больше дюжины уже к нему отправила, никто ему не подошёл.

– А кого он ищет?

– В заявке написано – помощницу по хозяйству.

– Вера, ну, ты даёшь! Где я – и где хозяйство?! – беспомощно возмутилась я.

– Что. Ты. Теряешь? – назидательно уточнила подруга. – Тем более, вакансия с проживанием.

Терять-то я ничего не теряла, это точно. Но и не находила ничего. Ясно же, это совсем не то, чего бы мне хотелось. Хотя… время, когда можно придирчиво рыться в предложениях работы, выискивая вакансию мечты, сегодня прошло безвозвратно. Да и не рыдать же впустую до вечера, тут Вера, как всегда, права.

– А он не маньяк какой-нибудь? – вздохнула я.

– Гарантировать не могу, но никто пока на домогательства не жаловался.

– Ладно, давай адрес.

Глава 2

Двор-колодец оказался не страшнее прочих. Даже наоборот: чистенько и что-то наподобие скверика в центре. Чаще всего в таких дворах только развороченный асфальт, мусорные баки и больше никаких признаков цивилизации.

Нужный мне дом оказался не просто старым, а совсем старым и совсем непростым. Во дворе был всего один подъезд, но это был грандиозный старый подъезд с двустворчатой дверью огромной высоты. Мне казалось, что таких дверей в природе уже не существует, и все они заменены на металлические. А тут ни металла, ни домофона.

Я рванула тяжёлую дверь на себя. За ней-то и оказались и металл, и домофон.

Я набрала номер квартиры, в динамике домофона запикало, зашуршало, а потом замок с лёгким щелчком открылся. Я шагнула за порог и остановилась.

Внизу в подъезде около огромного лифта оказалось и светло, и просторно. Шахта лифта была отделана коваными решётками, а массивные ручки отлиты в виде каких-то человеко-птиц. Вокруг шахты лифта завивалась широкая лестница.

Две девочки лет десяти сидели на нижних ступеньках и тискали огромного полосатого кота. Кот немного нервно мотал хвостом, но терпел.

– Какой ми-и-и-иленький! – восхищённо пропела одна из девочек. – Чей он всё-таки?

– Не знаю. Может и ничей.

– Не, он чи-и-и-истый, сы-ы-ы-ытый, – продолжала сюсюкать девочка. – Он точно чей-то…

– Ну, потерялся, значит, – предположила подруга. – Возьми себе.

– Мне не разрешат, – вздохнула девочка.

Кот и в самом деле был очень даже ничего, сама бы такого пожамкала за бока.

– Да пойдём уже, – нетерпеливо сказала вторая. – Не разрешат так не разрешат. Пусть идёт, куда хочет. Он же кот.

– Ну, пойдём, – печально согласилась первая.

Она взяла кота под мышки, с трудом подняла его, как ребёнка, и пропела:

– Пока, ко-о-о-тик! Ты такой сла-ав-ный…

Она приблизила кошачью морду к себе и, как мне показалось, собралась поцеловать кота на прощание.

Раздался громкий, многократно усиленный лестничным пролётом истошный кошачий визг.

– Ав-мряв-йиушшшшш-иииии!

С криком и шипением кот припустил вверх по лестнице, загнув хвост вопросительным знаком. Девочки тоже завопили, а та, которая вдохновенно сюсюкала над котом, вся в слезах прижала ладонь к расцарапанной щеке:

– Дурацкий тупой кот!!!

– Не